— Лунатик!!! — радостно закричал брюнет начиная трясти друга. — Лунатик, Мерлин тебя подери, проснись!

Римус испуганно открыл глаза, подскочил. Осмотрелся по сторонам и, осознав что происходит, громко чихнул.

— Да ты издеваешься! — закричал Сириус. — Нет у тебя никакой аллергии! Это все осознанно! Ты осознанно не хочешь, чтобы я к тебе подходил, и это твоя защитная реакция!

— Не говори ерунды!

— Да я тебя только что поцеловал и ничего!.. — брюнет, поняв что сказал, в ужасе распахнул глаза.

— Ты что?.. — затравленно шепотом спросил Римус.

— Лунатик, прости. Я не хотел, оно само получилось… — начал тараторить объяснения мальчик.

— Ты ничего никогда не хочешь, только все издеваешься надо мной и провоцируешь! — выкрикнул Римус. Видимо, теперь пришла его очередь сбежать и оставить растерянного Сириуса хлопать глазами ему в след.

***

Дамблдор тяжело вздохнул, впуская растрепанного Римуса в кабинет. Он уже собирался идти спать, когда в его дверь застучали. Профессор усадил ученика на тот самый пуф, где ещё недавно сидел Сириус, и обреченно направился готовить такой же чай.

— Что случилось, Римус? — спросил старый волшебник, выходя с чайником из маленькой комнатки под лестницей.

— Это Блэк, профессор…

— А что с ним? У него тоже аллергия?

— Да нет у него… Подождите! А Вы откуда знаете про аллергию?! — встрепенулся и подскочил Люпин.

— Вот как хорошо, что я тебе чай не успел передать, — пробубнил себе под нос профессор, ставя чашку на стол и жестом предлагая Римусу самому ее взять.

— Не успели чай… Да что вообще происходит?

— Твой друг был тут около часа назад. Жаловался, что у тебя какая-то магическая аллергия на него, — Дамблдор по доброму хмыкнул. — Два дурачка. Знаю я эту аллергию.

— Знаете?

— Римус, ну у Сириуса я ещё готов поверить в полную наивность, но ты слишком умён чтобы не понимать.

— А Вы как поняли? — опустил голову Лунатик и, уже с чашкой чая, сел назад на пуф.

— Мальчик мой, ты думаешь, вы первые с такой «аллергией»? — грустно улыбнулся профессор. С этими словами он подал блондину колдографию, которую с нежностью берег много лет.

Римус принял снимок и стал внимательно рассматривать. Двое юношей стояли очень близко и поэтому только при придирчивом изучении можно было заметить, и то когда более высокий парень шуточно пихал плечом второго, их пальцы были крепко переплетены. Но зато взгляды, полные любви, которыми они обменивались, и нежные улыбки были видны всем и сразу бросались в глаза.

— Это Вы?

— Да.

— Это другое. Сириус не испытывает ко мне ничего подобного.

— Ну хоть про себя ты не отрицаешь, — устало потёр переносицу Альбус, забирая снимок и аккуратно пряча его в стол.

— Это значит, что Сириус отрицал это?..

— Нет, он ничего на это мне не сказал. Не думаю, что он сам понимает пока, почему ему так важно быть к тебе ближе, этого вашего, расстояния «чиха».

— Он понимает. Это любопытство и задетое самолюбие. Как же так, неподражаемый Сириус Блэк, и у кого-то на него аллергия.

— Ну раз ты так думаешь, то и тебе мне больше сказать нечего. Иди спать, само пройдёт со временем. Все проходит, Римус.

— А у Вас прошло?

— Конечно прошло, мой мальчик.

— А как же снимок?

— А что снимок? Это безжизненное напоминание, заключённое в одном моменте. Иди, иди. Я очень устал.

Римус попрощался и покинул кабинет под хитрым взглядом профессора, о котором уже не мог знать.

***

Римус и Сириус решили тактично игнорировать события прошлого вечера, тем более, что когда вернулся Люпин, в комнате были уже все обитатели спальни.

На следующий день Сохатого вызвал директор и, напоив его чаем, попросил сегодня обойтись без шалостей, так как в Хогвартс должны были приехать люди из министерства.

— А чего он только тебя вызвал? — спросил Бродяга, подсаживаясь ближе к другу.

— Не знаю, но сказал что-то про «главаря мародёров» и что «такая примерная ученица, как юная мисс Эванс явно бы не одобрила…». Короче, у него есть на что надавить, — пожал плечами в обреченном жесте Джим и потом покосился на Блэка. — Слушай, Бродяга. У собак же повышенная температура тела?

— Вроде да, а что?

— Да что-то ты какой-то горячий.

— Пф… Сохатый, ты только опомнился? Да я вообще ходячий секс! — довольно хмыкнул Сириус, оглядевшись по сторонам и доставая сигарету.

— Да я не про это, бестолочь! Ты как подсел, я аж вспотел! И вообще, не кури рядом со мной, Лили ругается, что от меня несёт, как из паба.

— Да ради Мерлина, — развёл руками Блэк и отсел на соседнюю лавочку.

Римус нахмурил брови, но ничего так и не прокомментировал.

Вечером ребята уже окончательно изнывали от скуки в своей спальне. Римус сидел на полу у своей кровати и неторопливо попивал сливочное пиво. Питер сидел за столом и качался на стуле, а падение с этого самого стула уже явно было не за горами. Сириус и Джим валялись на кровати второго, свесив головы и рассматривая друзей.

— Сириус, свали к себе, — возмутился Сохатый.

— С чего это?

— Говорю же жарко с тобой. Ну или отляг что ли.

— Оу, сорян, я думал это было разовое явление, — Сириус со смехом скатился с кровати и довольно плюхнулся на мягкий ковёр.

— Ну точно псина! — заржали Питер и Джеймс. Римус снова промолчал.

Так прошло ещё пара дней. Сохатый постоянно жаловался, чтобы Сириус не садился с ним рядом, и тот в итоге начал сам соблюдать дистанцию. На их отношения это ровным счетом никак не повлияло, но зато Сириус постоянно продолжал пытаться найти лечение странной «аллергии» Лунатика.

— Бродяга, слушай, чего ты ко мне докопался? Ну серьезно? Обидно тебе? Так вон на Поттера ты не сильно обижаешься. А ты ему и горячий, и табаком воняешь.

— В смысле? Причём тут твоя аллергия и Сохатый?

— Ну, с ним тебе дистанцию держать не проблема, чего со мной-то неймется! Я в ней, между прочим, больше него нуждаюсь, — выпалил Римус и резко покраснел, поняв что ляпнул.

— Да я как-то и не обратил на дистанцию с Соха… Стой! Что значит, ты в ней нуждаешься?! Чего это ты в дистанции со мной прямо нуждаешься!

— Аллергия у меня! — нашёлся Люпин. — А ты чего на расстоянии «чиха» со мной держаться не можешь?!

— На расстоянии «чиха»… Где-то я это уже слышал!

Мальчишки одновременно ахнули. Это все старик Дамблдор! И эта странная реакция у Сохатого началась после его «чаепития» у директора. Они оба утвердительно кивнули друг другу и понеслись в кабинет главы школы.

***

Дверь открылась, не успели ребята даже постучать. Они переглянулись и, решив что это приглашение, прошли в глубь и испуганно подскочили, когда за их спинами с грохотом захлопнулся путь к отступлению и послышался щелчок замка.

— Эм… это как понимать? — помялся Бродяга.

— Старый интриган… — прошептал не зло Римус, заметив уже знакомую колдографию на идеально убранном столе. Явно так, чтобы одинокая карточка сразу притянула взгляд.

— Что это? — спросил Сириус, проследив куда смотрит друг и подойдя ближе. — Кто они? Ты знаешь?

— Да, это Дамблдор и его «аллергия».

— Не верится, что старик когда-то был молодым. У него тоже была аллергия на друга?

— О Великие Волшебники, Сириус! Они действительно похожи на друзей? — застонал Римус, сдаваясь перед непроходимой наивностью друга.

— Нет, — отчеканил Блэк.

— Мне стоит ещё что-то объяснять или ты оставишь мне остатки моей гордости? — грустным голосом прошептал Лунатик отходя к окну.

— А может это мне стоит объясниться и растоптать остатки Блэков в себе? — как-то странно отозвался вопросом на вопрос Сириус.

Люпин вопросительно посмотрел на Блэка, который все еще крутил в руках снимок.

— Знаешь, Лунатик, а мне ведь и правда плевать, что с Джимом рядом не посидеть. А с Питером не особо и тянет. А вот с тобой это прямо как-то физически больно. Я так хочу обнять тебя, и чтобы ты мог нормально дышать рядом. Знаешь как я был счастлив поняв, что я целую тебя, а ты улыбаешься, а не заходишься этим своим чиханием, — он с грустной улыбкой отложил карточку и, наконец, перевёл взгляд на Римуса. — Я хочу чувствовать тебя очень близко и хочу чтобы это было и твоё желание! — уже уверенно закончил брюнет.