Ее губы дрожат в улыбке, из глаз бегут теплые слезы.

— Положительный, — шепчет в ответ Северус и, не находя больше слов, накрывает ее губы своими.

Они решают в этот раз все сделать иначе.

Вселенная улыбается им, дает еще один шанс. Дает им надежду. Они оба понимают, что единственный способ сделать все правильно — это перестать бояться. Это сложно, но так нужно. В противном случае они разгневают судьбу.

Им предстоит плыть по течению.

Северус и Гермиона поддаются этому ритму.

Они рассказывают долгожданную новость друзьям тем же вечером. Никаких уверток, никаких тайн, никакой скрытности. Джинни начинает плакать, когда слышит это, и заключает лучшую подругу в объятия. Гарри жмет Северусу руку и искренне поздравляет с долгожданным событием.

Август хлопает Северуса по плечу, когда поздравляет его, а Марианна от переполняющих эмоций кладет худой кулачок на грудную клетку, не в силах справиться с эмоциями. Разумеется, Август сразу же просит их прийти в ближайшие дни сдать анализы и встать на учет, и Гермиона заверяет, что прибудет на прием завтра с самого утра.

Имя Гермионы Джин Снейп снова числится среди пациентов больницы Святого Мунго, только по другой, более приятной причине.

Она встает на учет по беременности, находясь при этом на сроке в девять недель.

В конце недели Дейзи Снейп получает с утренней почтой письмо и, не веря собственным глазам, предлагает Джеймсу прочесть его ей вслух еще раз, чтобы наверняка. Собственное зрение ее не подводит. У нее появится брат или сестра. Дейзи не знает, кто это будет.

Знает только, что любить этого маленького волшебника будет всем своим огромным сердцем больше собственной жизни.

Эта беременность протекает иначе, потому что Гермиона действительно прекращает бояться. Она носит обтягивающие вещи, даже в первый триместр позволяет себе надевать привычные каблуки. Гермиона не пользуется больше машиной, не боится трансгрессировать, потому что, оказывается, никаких противопоказаний по поводу этого магического перемещения никогда не было, и в прошлый раз она сама рисует себе рамки.

Они с Северусом рассказывают об этом всем близким родственникам и друзьям, чтобы все были в курсе, и Северус, в этот раз, лично сообщает эту новость Розамунд, когда приглашает в гости вместе… Вместе со своей женой. Рита в шутку говорит о том, что новость так и просится на первую полосу Ежедневного Пророка.

Гермиона едва успевает пресечь гром и молнию из глаз супруга.

На работе Итан Забини с нее пылинки сдувает, а жена Блейза, которая подарила ему трех сыновей, проникается к ней еще большей симпатией и даже не сетует на мужа, когда он придумывает Гермионе новую кличку: Золотая девушка с бриллиантом.

Они даже не замечают, как приближается Рождество, и вся их семья снова оказывается вместе. По традиции все снова собираются в Норе, но большое скопление родственников не вызывает тревоги.

Виктуар в этом году не приезжает на праздники, потому что решает остаться в Шармбатоне, а Тед Люпин даже в Рождество пропадает на работе в банке. Дейзи не интересно, почему так все происходит, она просто наслаждается временем со своей семьей.

Северус все равно бережет Гермиону, не дает ей таскать тяжести, помогает во всякой, казалось бы, мелочи. Однако эта беременность отличается от предыдущей, поэтому Гермиона имеет поддержку на этом сроке со всех сторон, а не только в лице супруга.

В этот раз Гермиона не переделывает весь дом, только пару раз хватается за краску, на что Джинни шлепает ее по ладоням и говорит, что все сделает сама. Молли вызывается помочь с выбором новых детских вещей, потому что все предыдущие Гермиона отдает на благотворительность, а Северус возвращает прошлый заказ мебели для детской и просит мастера по дереву сделать все с нуля.

Он соглашается. Не может отказать своему самому лучшему клиенту.

Все идет своим чередом.

Родственники и друзья в курсе, плановые процедуры у Гермионы каждую неделю, никаких лишних стрессов, никакой нервотрепки. Малыш развивается хорошо, лежит правильной стороной. Никаких отклонений в развитии нет.

Май приближается незаметно.

Итан Забини с легким сердцем отправляет Гермиону в декрет и снова вызывает сына на работу, а тот только и рад оказывается. Дейзи пишет каждые несколько дней и просит держать ее в курсе всего. Узи так и не показывает пол, но Гермиона знает, сердцем чувствует, что будет мальчик.

Эта беременность украшает Гермиону, она словно становится моложе. Всю весну она проводит на свежем воздухе в саду в свое свободное время. Едва прогревается земля, начинает восстанавливать сад. Только в этот раз в земле копаться тяжело, пусть и очень хочется, поэтому она пользуется магией.

Санни кружится возле нее днями напролет. Магическое существо щебечет, заливается песнями, а иногда прилетает и устраивается на животе Гермионы, грея перышки под теплым весенним солнцем. Как, например, сейчас.

Теплый ветер треплет волосы, и Гермиона терпеливо заводит их за уши, продолжая гладить синее оперение Санни. Пташка щурит глазки-бусинки, наслаждаясь лаской. Гермиона непроизвольно улыбается.

— Он себе семью завел, ты видела?

Гермиона оборачивается, когда Северус присаживается рядом с ней в глубокое плетеное кресло. Девушка забавно морщит нос.

— Правда? — улыбается она.

— Правда, — кивает он. — Смотри…

Северус набирает в легкие воздуха и издает необычный свист, который переливом мчится по участку. В кроне тополя слышится копошение, и Санни начинает озираться, бегло глядя то на Северуса, то на свой дом.

Вспорхнув, синее пятнышко мчит в сторону кроны. Гермиона чуть привстает на локтях, чтобы сесть ровнее, и щурится на солнце, глядя вперед. Рядом с Санни появляется второе синее пятнышко. Они кружатся рядом друг с другом, а после исчезают среди веток.

— Никакая сыворотка правды не стоит того, чтобы лишать этих магических существ жизни, — задумчиво произносит Гермиона и смотрит на качающиеся ветки дерева. — Скоро и они обзаведутся потомством, и тогда этот сад станет первым местом во всем магическом мире, где птенцы болтрушаек смогут расти, не переживая о том, что ждет их завтра.

Северус кивает, соглашаясь с ее словами. Какое-то время они сидят в тишине. Гермиона знает эту тишину, поэтому оборачивается, замечая на лице супруга знакомую эмоцию. Она свешивает одну ногу вниз, усаживаясь боком.

Она видит, что он встревожен.

— Северус, — мягко зовет она.

Мужчина оборачивается.

— Прикоснись, — просит она, разглаживая на внушительных размеров животе футболку.

— Что? — заочно беспокоится он, сдвинув брови.

Гермиона улыбается.

— Все в порядке, — заверяет она. — Просто прикоснись.

Северус свешивает ноги и, потянувшись вперед, опускает ладони на ее живот, чувствуя приятное тепло от нагретой солнцем ткани. Гермиона опускает на его руки свои, ощущая приятную, родную сердцу суховатость.

— Он затаился, — чуть улыбается она, глядя на мужа, — давай, скажи ему что-нибудь.

Северус сначала немного колеблется, глядя на Гермиону, а после склоняется ниже и прикасается губами к футболке, оставляя на животе мягкий поцелуй.

— Мы тебя ждем, — произносит он, перебирая пальцами. — Мы ждем тебя так сильно, что ты и представить себе не можешь, молодой человек.

Гермиона улыбается и забавно морщится, когда ожидаемая реакция не заставляет себя ждать. Малыш шевелится, давая о себе знать. Северус с замиранием сердца смотрит на это чудо. Гермиона наблюдает за мужем какое-то время, а после решает озвучить мысль, которая последние две недели не дает ей покоя.

— Северус, если что-то случится…

— Ничего не случится, — мгновенно подняв взгляд, отзывается он.

Она мягко обхватывает его лицо ладонью.

— Послушай меня, пожалуйста, — плавно ведет она большим пальцем по контуру его лица.

Северус сглатывает и кивает. Гермиона набирает в легкие воздуха.

— В этот раз предупреждены все, — начинает она. — Даже малейший дискомфорт я стараюсь предупредить, — кивает она и недолго молчит, взвешивая слова.