- Извини, - поднял руку Марко, - А спорить или возражать, как всегда, бесполезно?
- Угадал - с собой я беру только одну смену одежды и свои записи. С остальным наследством поступайте по своему усмотрению.
- Какие-нибудь рекомендации и пожелания по поводу наследницы? – спросил Бенуа.
- Опять он за свое! Марко, скажи ему!
- Бенуа, я тебе голову отвинчу, честное слово… - устало сказал Марко, - потерпите еще пару дней – потом все эти обиды и неразделенная любовь уйдут в прошлое.
- Да в общем, нечего больше обсуждать. Просто спасибо за все, с вами было весело, но пора бы мне и повзрослеть. Уезжаю дня через три. Душещипательные прощальные беседы – это, конечно, хорошо, но на похоронах обо мне столько хорошего наговорили, что остальное будет уже лишним, я могу, прости Господи, возгордиться. Особо обо мне не беспокойтесь. Еды мне почти не надо – пора начать пост. Две порции каши и два литра воды – все, что мне требуется до отъезда. А теперь идите с Богом, братья, я больше не могу сидеть, - Марго со вздохом облегчения сползла с подушек и легла.
***
Тано процеживал только что надоенное молоко, когда в затылок ему что-то прилетело. Он обернулся и поднял с земли свернутые в плотный шар носки. Его взгляд оценил траекторию и увидел в окне Маргариту, энергичными жестами призывающую его зайти к ней и не создавать шума.
Тано зашел в ее комнату уже с кружкой.
- Молока? Оно еще хранит тепло тела Мими.
- Господь с тобой! Оставь для вашего дитя.
- Она не успевает все потребить. А ты что так разоделась?
Марго, действительно, сидела, одетая в бесформенные черные штаны, необъятную толстовку с капюшоном, кепку и даже ботинки.
- Мы с тобой сейчас уезжаем. Надеюсь, ты успел собрать вещи, потому что топливная политика государства не позволит тебе ещё раз сюда приехать.
- Но мы же должны только послезавтра…
- Сюрприз! У меня две веские причины поторопиться. Во-первых, не хочу травмировать неустойчивую психику наших братьев долгими прощаниями, а во-вторых, у меня обнаружились проблемы со здоровьем, и нам надо найти какого-нибудь лекаря, пока это не стало серьёзно.
- Ты что раньше не сказала? – Тано дотронулся до ее лба. – У тебя температура.
- Ты констатируешь очевидное. Я уже приняла порошок, которым нас снабдил Карло. Шевелись, выезжаем через полчаса. Машину подгони к садовой калитке.
- Так может, мы к Карло сразу и поедем?
- Нет уж. Он сразу догадается, от чего у меня этот недуг.
- Я быстро. Еду брать?
- Будь так добр. Я-то здесь в заточении.
Через полчаса, пользуясь тем, что вся остальная семья отправилась прогуливать детей, Марго и Тано тихо покинули дом.
- Ты ему даже записки не оставила? – осторожно поинтересовался Тано.
- Это лишнее, - Маргарита удобнее устраивалась на лежачем месте. – Ты, наверное, и вправду думаешь, что я чудовище, бросившее бедного влюблённого мальчика, да еще и сделавшее из него отца-одиночку… - она усмехнулась, - Это все просто стечение обстоятельств. Если бы мне не нужно было так срочно уезжать, через пару месяцев всё это угасло бы естественным образом, а сейчас конечно, осталось небольшое ощущение трагичности…но это пройдет. Да и один Бенуа надолго не останется, вот увидишь.
- Ну, если ты так говоришь… Как едем?
- Нам нужно заехать в Зальцбург – там должен быть лечебный пункт. Все, что мне нужно – это медсестра, стерильные инструменты, спирт и анестезия…впрочем, последнее лишнее – обойдемся своим морфином, а потом залить всё антибиотиком - и ждать улучшения. Будешь ассистировать?
- Nazzo, Марго, ты, видимо, хочешь, чтобы все члены семьи познакомились с твоими внутренностями!
- Какие еще внутренности? Это всего лишь грудь! Я надеюсь, что только она. Там и разрезать-то почти ничего не придется!
- Давай тогда сейчас показывай.
- Что?
- Грудь. Все равно увижу.
- Фу, извращенец! А еще брат называется! – Марго дала ему подзатыльник.
- Очень логичный поступок, - вздохнул Тано, - Ладно, буду ассистировать с закрытыми глазами.
***
По пути в Зальцбург Маргарита закамуфлировалась блондинистым париком с челкой и двумя косами и очками с уродливой квадратной оправой. Врач лишних вопросов не задавал, принял в качестве оплаты канистру бензина и оказал всю возможную помощь. На следующий день он убедился, что серьёзного воспаления не наблюдается, дал пару рекомендаций в виде схем и знаков, так как фритишем почти не владел, и отпустил больную восвояси.
- Когда, думаешь, доедем? – спросила Марго.
- Завтра к вечеру. Будешь ночевать в нашей квартире?
- Нет, пойду к Витторе. И мне лучше не знать, где вы будете жить. Для вас же безопасней. Но на всякий случай нам нужна контрольная встреча. Через три дня после моего прибытия зайди в старую квартиру Марко. Если в прихожей стоят ботинки, связанные шнурками, все в порядке. Если нет, ничего уже не поделаешь.
- Всё-таки не всё ясно с Карло?
- Да нет, он замечательный…политик. И это отлично, что он не мешает в кучу все отношения, но в первую очередь думает не о том, что мы старые друзья, а о том, что лучше для будущего государства. У него же ничего в этой жизни нет, кроме этой идеи. И я, наконец-то, стану, как он! Я пыталась донести эту мысль до вас всех, но если вдруг до наших братьев это не дошло, напомни им.
- Непременно.
- Я же вас все равно всех люблю…хотя это можно и не передавать.
***
- Добрая…ночь, - сказала Маргарита, когда жмурящийся от света Витторе открыл дверь.
- Здравствуй…те, синьора, - он отступил, пропуская ее в прихожую.
- Синьоры пока достаточно, я уж боялась, что ты скажешь «Мать моя». У тебя лампа на крыльце! Нереально круто! Сто лет такого не видела.
- Цивилизация, с Божьей помощью.
- Далеко она распространяется?
- Куда достают две электростанции. На скромное существование 300000 человек без использования энергоемких бытовых приборов хватит.
- И прямо водопровод работает?
- Конечно.
- Витторе, ты чудо! Где моя комната?
- На втором этаже. Хотите перекусить?
- Ох, сын мой, ты же не молодой человек, тебе отдыхать надо. Воды сюда – и хватит. – она достала из рюкзака маленький термос. – Утром поболтаем.
Когда Старейшина Рима вернулся с водой, Марго спросила:
- А мы сможем Карло как-то известить, что я прибыла?
- Я позвоню ему утром.
- Что теперь значит глагол «позвонить»?
- Маргарита, Ваше неверие в наши способности удручает…Мы обслуживаем около ста номеров – это тестовый режим. Участвуют все Старейшины и наши сто техников. Можно даже врача вызвать…вернее, констататора.
- Кого?
- Дело в том, что если человек себя более-менее хорошо чувствует, он к врачу не обращается. Если средней тяжести заболевание – сам придёт в лечебный пункт, ну а если ему совсем плохо – ищут срочного врача. У него не всегда есть автомобиль и необходимые медикаменты, так что обычно он приходит только констатировать смерть.
- Безумно интересно. Завтра ещё расскажешь мне о местных порядках. Мыло там есть?
- Да, как и зубной порошок. Есть и экспериментальный шампунь, но его надо заранее заказывать, а то у него срок годности чрезвычайно мал.
- Обожаю свою работу! Спокойной ночи, Витторе! Завтра нас ждут великие дела!
Добравшись до своей временной комнаты, Маргарита первым делом зашла в ванную и включила горячую воду.
Это было одно из самых чудесных мгновений в её жизни. Нельзя сказать, что они жили в Париже, как дикари, умываясь раз в неделю и моясь только летом в реке… Но получение горячей воды было очень трудоёмким процессом, а хватало её потом все равно минут на шесть. Таким образом, лень толкала многих людей на закаливание.