– Да, есть такой. В харчевне на первом этаже с дружками гуляет.
Никитка кинул хозяину монету, сдал на хранение ценный ковёр и отправился в указанное злачное место.
Под низкими закопчёнными сводами грязной харчевни теснились маленькие квадратные столики. Тусклое освещение редкими масляными фонарями позволяло клиентам не промахнуться вилкой мимо тарелки. Угрюмые фигуры отбрасывали на пол бледные расплывчатые тени. Лица многих скрывали низко надвинутые капюшоны. Под чёрными плащами топорщилась скрытая сталь.
– Наёмники, – нервно сглотнув, опознал опасных личностей Жорик и крепче сжал рукоять трофейного меча.
– Летучие мыши, – кивнул Никитка, поняв, что чёрные фигуры укрыты не плащами, а сложенными кожаными крыльями.
– Зря мы сюда зашли, – осторожно попятился сразу потерявший аппетит Жорик.
– Эй, друзья, давай к нам! – неожиданно раздался из самого тёмного уголка зала приветливый голос добродушного Тузика.
За дальним столиком развалились три субъекта. Помимо Тузика и Циклопа, маячил ещё и старый знакомец, Упырь.
– Вот так компания! – присвистнул Никитка.
– Все мы тут чужестранцы, – в ответ пьяно мотнул головой Упырь. – Чужаки-и-и!
– Чего грустный такой? – усаживаясь, хлопнул наёмника по плечу Никитка.
– Не любит нас никто-о-о! – пустил с жёлтых клыков слюни обиженный Упырь. – Только ты, падишах, нас пожалел, денежек бродягам дал. А мы ведь врагами тебе были.
– Однако расстались вроде союзниками, – поправил Никитка.
– Да, к Северным колдунам нам путь отрезан, – мрачно кивнул Упырь. – Но и местный владыка принимать на службу не хочет. Не нужны ему наёмники. Вот и прозябаем в нищете да голоде.
– Оно и видно, – подгребая ближе к себе тарелки с разносолами, недовольно хрюкнул поросёнок. – Жируете тут, пока мы с атаманом жизнью рискуем.
– А я чего, я тоже рисковый! – вскинул голову отчаянный профессионал. – Ты мне только хорошо заплати, и я кому хошь за атамана глотку порву!
– И много тут охочих до войны пацанов? – задумчиво поскрёб подбородок Никитка.
– Для настоящей войны маловато, – скривил рожу Упырь. – Но заварушку организовать можно большу-у-ую!
– Сколько бойцов? – ближе придвинулся Никитка.
– Настоящих, – выпятил грудь Упырь и окинул затуманенным взором тёмные уголки тесного мирка, – полсотни найдётся, остальные разлетелись кто куда.
– Если крылатые собратья не потребуют аванс, то я, пожалуй, смогу всех обеспечить работой, – бросил Никитка заманчивое предложение безработным наёмникам.
– Кому другому не поверили бы, а тебе, падишах Кроликобада, братва выкажет уважение, – за всех летучих мышей подписался Упырь.
– Нанимаю на службу, – пожал протянутую ладонь Никитка. – Упырь, вкратце обрисуй обстановку.
– Ну, Бальтазар увёл всё войско в устье реки Рат и с трудом сдерживает бешеный натиск Северных колдунов, – просветил работодателя Упырь. – С другой стороны долина прикрыта неприступной горной грядой. От пограничных стражей давно нет вестей. Но горожане верят, что пока жив хоть один пограничник, врагу не пройти через ворота крепости Горабор.
– Надеются и беззаботно сидят в Бальтазаробаде, – зло укорил глупцов Никитка.
– Ленивые профаны, – презрительно фыркнул профессионал войны. – Купчишки Бальтазаробада откупились от армии и расселись по лавкам. Чудаки думают задобрить оккупантов дарами и покорностью.
– В бою от трусов толку не будет, – сверкнув глазом, вынес приговор Циклоп.
– Ничего, я заставлю жирных трутней родину любить! – стиснув зубы, пригрозил Никитка. – А как переживают нашествие бедняки?
– Работягам всё равно, на кого батрачить, – отмахнулся Упырь от идеи рекрутировать пролетариат в армию. – Нет, падишах, в этом городишке тебе войска не собрать. Уводи зверят, летучие мыши прикроют с воздуха отступление.
– Мы ещё повоюем! – стукнул кулаком упрямый Никитка. – Я встречал в переулках толпы бродяг. Кто эти падшие личности?
– Разруха и голод согнали в Бальтазаробад разношёрстные воровские шайки, – пожал плечами Упырь. – Зверята совсем безбашенные.
– Циклоп, станешь авторитетом для местной братвы? – с надеждой посмотрел на бывалого уличного бандюгана Никитка.
– Если найдётся интересное дельце, то я, пожалуй, смогу сколотить шпану в организованную банду, – потеребил ус Циклоп. – Но идейного войска из безродных бродяг не слепить.
– Зато сильная ватага получится! – зарядил всех оптимизмом Тузик.
– Атаман, ты серьёзно решил собрать войско из отбросов? – оторвавшись от миски, презрительно хрюкнул Жорик. – Зачем нам здесь уродоваться? Не хотят паразиты драться – станут рабами. Северные колдуны накажут за лень и тупость. Бальтазаробад обречён. Гадкий городишко. Гнилой.
– Жорик, умей в бою драться любым оружием, – подняв палец, изрёк военную мудрость Никитка. – Нужно только правильно использовать его сильные стороны.
– Эх, размажут нас вместе с горе-вояками! – Жорик бросил злой взгляд на пьяненького наёмничка и решил напоследок хоть наесться как следует. Уж поросёнок не оставит провиант захватчикам Бальтазаробада! Деревянная ложка застучала о дно полной миски, как отдалённый бой полкового барабана.
Старые враги
Визирь Бальтазаробада, после того как на его жизнь совершили покушение коварные чужестранцы, совсем затворился во дворце. Но одного посетителя стражникам было велено пропускать к нему в любое время. Белая крыса-инвалид вальяжно ковыляла на костылях сквозь все сторожевые посты. Через тёмные очки с круглыми стёклышками хитрые маленькие глазки шпионили за обстановкой во дворце. Младший советник Бальтазара внимательно отслеживал перемены.
– С чем пожаловал, Альбиносушка? – ласково принял белую крысу в своих покоях перебинтованный Визирь.
– Слышал, что вероломный чародей из Арбузовки подло напал на вашу светлость, – низко прогнулся в поклоне Альбинос, – но вам удалось героически отбить дерзкий налёт.
– Да уж-ж, – кряхтя, признал очевидный факт хоть местами ошпаренный, но всё же живой Визирь.
– Я предупреждал вас, светлейший, об опасности, – напомнил Альбинос. – Никитка будет мстить за гибель Ибрагимыча. Жестокий мальчишка желает уничтожить всех волшебников Бальтазаробада.
– Но в городе я один! – жалобно заскулил напуганный Визирь.
– Усиль стражу Затворной башни, – подсказал советник. – Никитка обязательно попытается захватить в плен детей магов.
– Малявки хорошо охраняются, – отмахнулся Визирь. – Чужеземцу не проникнуть в Затворную башню. Да и зачем ему малявки? Они не виноваты.
– Взяв малявок в заложники, Никитка получит власть над всеми колдунами Бальтазара. Шантаж – это сильное оружие, – со знанием дела поведал опытный интриган.
– Но вход в Затворную башню охраняет могучее заклинание Бальтазара, – ухмыльнулся Визирь. – Никто без ведома повелителя не сможет туда войти.
– Даже его лучший Визирь? – лукаво прищурился Альбинос.
– Я могу, – важно подбоченился Визирь. – Но только если жизни детей магов угрожает смертельная опасность.
– Малявки в опасности!!! – тут же призывно завопил хитрый Альбинос. – Нужно их спрятать от жестокого Никитки!
– Чары могучего Бальтазара нерушимы. Мальчишке их не порвать! – упрямо бубнил Визирь.
– Возможно, Никитке и не по силам разрушить затворные чары, – уступил Альбинос. – Но вот войско ящеров развалит башню на кусочки без всякой магии.
– Какое войско? – насторожился Визирь. – Разведка донесла, что Никитка разбил армию Кикимора у стен Кроликобада.
– Кикимор убит, его армия побеждена, – согласно склонил голову Альбинос и заговорщицки прошептал: – Но полностью не уничтожена.
– Колдунов много выжило? – промокнул платочком лысину испуганный Визирь.
– Подмастерьев достаточно, чтобы управлять двадцатитысячным корпусом злобных голодных боевых ящеров, – сделав паузу, нагнал жути Альбинос.
– Двадцатитысячным?! – ужаснулся трусливый Визирь и, заикаясь, признался: – Вся стража города – полтысячи бойцов. К тому же верных мне молодых шакалов не наберётся и полусотни, остальные же ветераны – никчёмное старичьё.