Драко поднялся на локтях и посмотрел на неё. Всё это время её глаза были закрыты, но она чувствовала и знала, что он исследует её. Она ощущала его взгляд. Знала, что он смотрит на неё и чувствовала, как скользит по её скулам, глазам, лбу и как он заострил внимание на её волосах.

Гермиона продолжала лежать и ощущать тепло, которое разливалось у неё в животе. Она слышала как Драко встал и как её кожи коснулся мягкий бархат. Но она продолжала лежать с закрытыми глазами и ощущать себя на карусели как в детстве, когда соседский мальчишка раскачивал её со всей силы, а она открывала рот и пыталась дышать, тогда было так весело и смех вырвался из её груди, тогда как мир начинал расплываться. И вот сейчас было то же самое, и она хотела открыть глаза, но казалось, что эта эйфория может исчезнуть.

Гермиона чувствовала парня и знала, что он стоит рядом и продолжает на неё смотреть. Девушка перевернулась на другой бок и потянула на себя бархатную ткань, при этом согнув ноги в коленях, свернулась эмбрионом с лёгкой улыбкой на лице.

Картинки в голове стали блёкнуть, не смотря на то, что они интенсивно перелистывались. Мысли стали медленными. И в конце концов карусель остановилась, а Гермиона уснула.

***

Она чувствовала, как сквозь веки проходит свет, и он был настолько ярким, что разгонял темноту. Гермиона, приоткрыв один глаз, увидела комнату в другом свете: мебель стала на несколько оттенков светлее, а зелёный цвет перестал быть хвойным. Девушка всмотрелась и, перевернувшись на спину, поняла, что находится одна. Откинув бархатную ткань, и резко поднявшись, девушка села на кровать и посмотрела в разные стороны.

— Драко, — позвала она, — Драко, — но его не было.

Встав, и таща за собой ткань, в которую она обернулась, на цыпочках пошла в сторону закрытого кабинета и, коснувшись ручки двери, приоткрыла её. И как только та распахнула дверь, увидела, как Драко сидит и снова что-то выводит пером.

Подняв голову, он внимательно посмотрел на неё. Его лицо не выражало ни единой эмоции. Он был абсолютно спокоен и холоден. Всё было точно так же, как много лет назад. Как в школе, когда-то, когда он не был для неё Драко, а был просто Малфой, тот, кто был по другую сторону. И сейчас на неё смотрел именно он.

Гермиона замерла, а сердце забилось чаще, предательски громче. И сделала несколько шагов назад, громко захлопнув дверь.

Девушка скинула ткань, будто бы она была во всём виновата и направилась в ванную комнату.

Гермиона посмотрела на своё отражение в знакомом зеркале, но всё, что она увидела, был лишь кулон. Прикоснувшись, она сжала его в ладони и слёзы скатились по щекам девушки. Она смотрела на девушку в отражение и ей так стало её жаль, за те чувства, которые она испытала, за то, что открылась и за то, что испытала нежность и любовь, которую она впервые испытала к мужчине. И это была именно она.

Гермиона плакала, продолжая крепко сжимать кулон и поднеся ко рту кулак укусила себе за кожу на указательном пальце.

Дверь распахнулась и она увидела в отражении зеркала его.

— Почему ты плачешь?

Гермиона выдохнула, не зная, что сказать. Она открыла рот, совершенно не понимая, что он от неё хочет.

— Выйди, мне нужно собраться. Я опаздываю в Министерство, выйди, Малфой, — только она произнесла последнее слово, как он резко закрыл дверь.

Гермиона хотела ударить зеркало, но, выдохнув, опустила руку.

***

С тех пор прошло три недели. Гермиона больше не приходила в Малфой Мэнор. Она запретила себе даже думать о нём. Всё, что произошло, не было ошибкой, а было иллюзией, в которой она позволила себе утонуть.

Гермиона была счастлива, всего несколько дней и эти дни не могла забыть. Каждый раз засыпая, она вспоминала его лицо, холодное, безразличное ничего не выражающее.

«Почему ты плачешь? — это последнее, что она слышала».

Всё что произошло между ними, будто бы и не существовало. Дни тянулись, будто бы превращаясь в года и Гермионе казалось, что прошло несколько лет. Каждый час был наполнен тяжестью воспоминаний и из-за этого она, до глубокой ночи, проводила время в своём кабинете в Министерстве, занимаясь текущими делами и создавая всё новые и новые задачи.

Гермиона погрязла в работе, не замечая ничего вокруг и даже погода, которая всё ещё была благосклонна и в Лондоне не наступил сезон дождей, не могла порадовать её. Мир перекрасили в чёрно-белый цвет, словно что-то сожрало всю краску.

Ей даже не хотелось видеть друзей, её раздражали люди, их голоса и даже музыка. Всё превратилось в шум.

— Гермиона, — девушка вздрогнула и обернулась.

Это была Джинни.

— Привет, — она увидела как миссис Поттер растянулась в улыбке и коснулась плеча Гермионы, нежно улыбаясь. — Ты избегаешь нас. Мы давно тебя не видели, ты постоянно теряешься в толпе и мы не хотели тебя беспокоить. Гарри сказал, что у тебя сложный период. Эй, да что с тобой?

— Всё нормально, — Гермиона слышала свой голос и казалось, что он не принадлежит ей.

— Ты плохо выглядишь. Что-то изменилось. Ой, что я такое говорю. А приходи к нам в воскресенье. Я приготовлю утку.

— Утку, — слова дублировались автоматически и она никак не могла понять их смысл.

— Что с тобой? Тебе плохо?

— Утка – это хорошо. Я приду, — и, развернувшись, пошла прочь.

Каждый шаг словно отпружинивал и, дойдя до своего кабинета, она отодвинула стул, сев, уронила голову. Даже запах пергамента не доставлял ей удовольствия, а в книге каждая строчка была неправильной, чтобы она не сделала, всё было не так. Гермионы словно больше не существовало.

***

Воскресное утро не отличалось от других дней, оно было тянучим и, к тому же, дождливым.

Гермиона, потянувшись, коснулась своих волос и, сев, плотно сжала голову. Ей хотелось завыть подобно волку: громко и протяжно.

Встав, она подумала, что единственное, что ей нужно это прохладный душ и как только она коснулась ногами пола, комната поплыла. Дойдя до стены та коснулась её ладонью и почувствовала странный прилив. Он шёл как будто от солнечного сплетения к её горлу, будто бы кто-то сжимал его своими цепкими пальцами. Это была не боль, это было что-то другое.

Гермиона подняла плечи и коснулась ладонью своего рта, запах кожи вызвал резкий рвотный рефлекс и только когда взгляд сфокусировался Гермиона видела перед собой последствия этого необратимого рефлекса.

Девушка коснулась лбом стены и, закрыв глаза, стукнула несколько раз кулаком в стену, прошептав:

— Твою ж мать, Малфой.

Комментарий к Глава 18

Возможно это будет неожиданно, и вызовет отрицательные эмоции. Ну как это так? Всё же было хорошо. Но ведь в жизни бывают подобные казусы? Мы не всегда можем управлять своим настроением и не всегда разговариваем, разговоры отличаются в жизни, от разговоров в книгах. Часто нет того самого масла, которого не хватает.

Да и вообще, чужая голова это потёмки. Что там…

Хочу напомнить, что история будет со счастливым концом. Так на всякий случай.

С любовью, Ваша Ли❤

========== Глава 19 ==========

Драко плотно сжимал свою волшебную палочку в руке. Он оглядывался по сторонам.

«Не может быть, чтобы это повторялось. Этого ничего нет, — первые мысли в его голове».

Он слышит, как слова отражаются и эхо разносит каждое его слово:

Не может быть, не может быть, не может быть.

Драко видит спину, величественную спину волшебника, которого он чуть не погубил, который исчезнет навсегда в эту самую минуту, но не от его руки. Это уже было, всё уже произошло…

— Ты же мёртв! — закричал Драко изо всех сил.

Мёртв, мёртв, мёртв, мёртв - эхо разносило его слова.

Старик повернулся и Драко видит его ясные, голубые глаза. Волшебник улыбается ему.

— Да, Драко, меня больше нет, но ты есть, — он поднимает руку и указывает пальцем на него. — Ты жив и ты сделал свой выбор, мальчик. Ты сделал правильный выбор.

— Что здесь происходит?

Он слышит шаги, оборачивается и видит её: тёмное платье, чёрные губы, растрёпанные волосы.