— Ты не обязан делать это, — пробормотал Нил, когда несколько из них сгруппировались для экскурсии.

— Я пригласил тебя, помнишь? Ты можешь заплатить за обед, если так оскорблен.

Нил сузил глаза на это предложение, но правый уголок его рта немного дернулся.

— Что ты думаешь насчет хаггиса{?}[традиционное блюдо Шотландии из бараньих потрохов]?

Настала очередь Эндрю делать всю фигню с ‘сужением глаз’.

— Я всеми руками за то, чтобы запихнуть его тебе в глотку одним куском.

Черт возьми, это было неестественно, как его желудок перевернулся, когда Нил так засмеялся — он говорил себе, что это было последствие долгой поездки на поезде, и послал девочкам холодный взгляд, когда они вытаращились на его друга.

— Я серьезно, — сказал он улыбающемуся идиоту.

— Я знаю, — сказал Нил, когда они зашли под большую арку, которая была ‘входной дверью’ в замок Стерлинг. — Я просто думаю, что это возможно стоит того, чтобы увидеть, как ты коснешься блюда, чего-то не сладкого хотя бы раз.

— Ха, ха. — к счастью, они были избавлены от последующих глупых комментариев, так как началась экскурсия, и Нил колебался около Эндрю, как будто ища какого-то рода защиты от различных актеров, которые притворялись историческими фигурами, и оживленных экскурсоводов: пожилая пара и подростки выглядели очарованными всем этим, пока Нил изредка фотографировал архитектуру замка или картины. Эндрю посчитал сады и далекие виды деревни самыми интересными и сделал пару фотографий, чтобы послать Ники (чтобы паразит оставил его в покое по поводу ‘упущенных шансов на то, чтобы сделать что-то’).

Как только они снова оказались на основной территории, они пошли в тюрьму Стерлинга (главная причина их визита), которую девочки пропустили, но пожилая пара также посетила: там было больше реконструкторов, и Эндрю был более внимательным, так как ему нужно было написать работу об исторической достопримечательности. Нил помог тем, что сделал фотографии и задал некоторые вопросы, пока Эндрю читал различные таблички.

В итоге это заняло несколько часов, и к этому времени они были достаточно голодны, чтобы быстро перекусить, прежде чем отправиться обратно в Глазго. Эндрю демонстративно провел пальцами правой руки по левому предплечью, когда Нил попытался втянуть его в ‘традиционный’ паб, который мог похвастать хаггисом в качестве специального блюда и шотландскими пирогами с бараниной, только для того, чтобы его друг снова посмеялся, прежде чем они остановились на более ‘современном’ месте, которое продавало сэндвичи с собой (Нил взял что-то с копченым лососем, Эндрю с куриным салатом), которые они могли съесть пока ждали автобус.

— Тебе теперь достаточно для твоего задания? — спросил Нил, когда они сидели снова лицом друг к другу, и хмыкнул, когда Эндрю кивнул. — Так… есть какие-то дальнейшие шаги? Ты посмотрел тюрьмы, что еще ты изучаешь? Телесные наказания? Криминалистику? Тебе надо будет потусоваться в морге? Поспать в ящике? Можно я тебя закрою? — он выглядел слишком уж восторженным этой идей.

— Иди к черту, — сказал Эндрю с грубым жестом, слегка позабавленный против своей воли. — И нет, ничего из этого в этом году.

— А жаль. — Нил казалось немного сдулся, услышав отрицание Эндрю. — Было бы весело посмотреть другие места.

Эндрю помолчал, теребя край своего левого рукава пару секунд.

— Не значит, что мы должны посетить их для задания, не так ли? — сказал он, пока его сердце громыхало в груди. — Это если тебе понравилось заниматься этим сегодня, — попытался продолжить он в равнодушной манере.

Нил смотрел на него, кажется, вечность, прежде чем улыбнуться в той скромной манере, которая вообще не влияла на Эндрю.

— Мне нравятся музеи, — признался он тихим голосом. — И художественные галереи. Это более весело без экскурсий, когда ты можешь гулять и смотреть на все картины и статуи самостоятельно.

Да, Эндрю заметил, что Нилу не нравится быть с другими, с актерами, которые пытаются его вытащить и сфокусироваться на нем. И все же он не жаловался, не просил Эндрю пропустить какие-то части экскурсии или поторопить, продолжил следовать их плану (плану Эндрю).

— Я уверен, мы можем… мы можем найти что-то, куда пойти, если ты хочешь, — пробормотал Эндрю, засовывая руки в карманы куртки и отказываясь вести себя так, словно улыбка Нила тогда повлияла на него хоть как-то (это был автобус, он не привык к таким долгим поездкам на автобусе).

Он также отказывался смотреть на слабую улыбку на привлекательном лице Нила все оставшееся время, и довольно скоро они снова были в Глазго. Так как у них было еще несколько часов перед возвращением в Манчестер, они слонялись по городу, Нил быстро подмечал разные художественные музеи, что заставило Эндрю молча запланировать повторную поездку (если ничего не проебется за следующую неделю или две): в конце концов они вернулись на торговую площадь, где погуляли по крытому ремесленному рынку, Нил снова зависал ближе к Эндрю из-за толпы.

Он мог сказать, что его друг был на грани из-за всех незнакомцев, был достаточно обеспокоен, чтобы быть внимательным к каждому, кто подходил слишком близко, и все же Нил был заинтересован в бесчисленных столах с картинами и фотографиями, с рукодельными украшениями и безделушками. В этом худощавом теле было напряжение, говорящее о чувстве тяжело заработанной осторожности, о ком-то, кто ожидал от людей худшего, кто будет бороться или бежать при малейшей провокации.

О да, Нил был настолько прямо-таки интересной загадкой.

И все же, несмотря на его осторожность, его лицо загорелось восторгом, когда он заметил разукрашенную фигурку маленького черного кота, умело вылепленного из глины, и купил ее, прежде чем они пошли поесть что-нибудь в каком-то паназиатском ресторанчике, где Эндрю заказал пару десятков куриных и овощных пельменей, тогда как Нил взял собу. Эндрю выпил пару бутылок пива, а Нил остановился на каком-то безалкогольном пунше из зеленого чая.

— Я не слишком люблю пить, — признался британец слегка пожимая плечами, используя палочки, чтобы есть лапшу без каких-либо проблем. — Все в порядке, если ты хочешь, но я бы не хотел.

— Полагаю, что трудно присоединиться к братству и ходить на все вечеринки, когда ты учишься онлайн, — протянул Эндрю, прежде чем глотнуть своего пива. — Такой ты конечно тусовщик.

Нил пожал плечами, чтобы показать, что его не беспокоил комментарий.

— Жизнь — достаточное приключение без того, чтобы все время напиваться. Мне нравится оставлять свой ум при себе, спасибо большое.

— Какой ум? — дразнил Эндрю, изгибая бровь, когда Нил бросил упаковку от своих палочек в его сторону. — Продолжай в том же духе и твоим следующим ‘приключением’ будет посещение реанимации Глазго после того, как тебя толкнут под автобус.

— Ты этого не сделаешь, — сказал Нил с небольшой улыбкой и слишком уверенно.

Все, что сделал Эндрю, — цокнул языком и съел еще один пельмешек.

Они походили по городу еще немного, прежде чем им нужно было идти на железнодорожную станцию: Нил, кажется, знал общую планировку города и повел их по менее людной улице.

— Ты здесь бывал. — это не было вопросом, учитывая то, что Эндрю не заметил темный вход в аллею, в которую они зашли, которая привела их в тихий двор.

Нил подождал, пока они пересекут мощеный брусчаткой центр, чтобы сказать что-нибудь.

— Это было годы назад, и только на пару дней, но я был здесь с моей мамой. — он взглянул на маленькие здания окружающие двор с грустным выражением на лице, они выглядели как частные компании с их темными окнами и медными почтовыми ящиками у цветных дверей. — Мы не были здесь, чтобы смотреть на достопримечательности.

Что-то имеющее отношение к его отцу, вероятно, или возможно к ‘семейному’ бизнесу, что значило, что в тот момент Эндрю не станет любопытствовать.

— Мой кузен надоедает мне тем, что я провожу все это время в Европе и ничего не смотрю, — признается он, вытряхивая сигарету из своей пачки. — Только Манчестер и несколько визитов в Штутгарт.