— Смертельный, — кратко кивнул Драко. — Я точно не знаю, но по твоему виду могу сделать вывод, что тебе нужно принять противоядие в течение, — Малфой взглянул на часы над камином, которые туда перетащил Хуки, — двух минут. Ты потерял много времени, пока избегал моей помощи. Тебе повезло, противоядие у меня есть.

— Что тебе нужно? — повторил Блейз.

— Ты знаешь.

— Ты играешь с огнём, — Забини снова сжал руку на животе, а Драко достал из кармана бутылёк.

— Я не просил оценивать мои поступки, — Малфой с поддельным интересом осмотрел пузырёк в форме капли с синей жидкостью внутри, а потом снова взглянул на часы. — Время на исходе.

Новый приступ боли заставил Блейза закричать, хватаясь сильнее за своё тело. Его ладони начинали синеть, а из носа потекла кровь.

— Я ненавижу тебя, — зашипел Забини.

Драко поморщился:

— Тридцать секунд.

— Селвин, — почти выкрикнул Блейз. — Он у Селвина.

Малфой внимательно посмотрел на Забини: он не был уверен, что это правда. Когда Блейз врёт, то его взгляд начинает бегать из стороны в сторону, но сейчас тот был занят дикой болью, распространяющейся по всему телу, и этот признак не мог помочь опознать ложь.

— Клянусь, Малфой, — прокряхтел Забини, его губы стали на несколько тонов серее, а глаза налились кровью. Драко, недовольно вздохнув, кинул ему бутылёк, и тот судорожно открыл его, заливая содержимое в рот. Блейз расслабленно выдохнул, как только последняя капля попала в него: боль мгновенно отступила, а кожа начала принимать привычный оттенок.

Конечно, Малфой в любом случае не собирался его убивать. Что бы сказал Тёмный Лорд, если бы один член его приближённой команды убил другого? Забини, похоже, совсем потерялся в агонии, чтобы об этом подумать.

— Ну ты и сволочь, — снова сказал Блейз.

— Значит, Селвин? Это точно?

— А нельзя нормально спросить? Обязательно меня травить?

Драко присел на столик напротив дивана. Блейз поправлял сбившуюся одежду.

— Так бы ты и сказал.

— Ты ублюдок.

— Прибереги оскорбления для кого-нибудь другого.

— Послушай, Драко, — Забини вытер рукавом рубашки свои мокрые губы и кровь под носом. — Тебе стоит остановиться. Поттер сведёт тебя в могилу.

Малфой внимательно посмотрел на Блейза: он, наверняка, понял всё сразу, стоило Волан-де-Морту сделать объявление о новых делах Драко. Забини знал о том, как Малфой относился к Поттеру в школе — под конец шестого курса он случайно проговорился обо всём Блейзу: о негаснущем чувстве страха за себя и свою семью, невыносимой боли, отметкой значащейся на его предплечье, и призрачной надежде, что Гарри Поттер остановит это безумие.

— Либо он, либо Тёмный Лорд. А разница?

Блейз хмыкнул, разглядывая кровь на своей рубашке.

— Как тебе мой сюрприз?

— Пошёл ты.

***

Драко сначала хотел сообщить Гарри о новостях сразу, но передумал. Блейз приполз к нему в пятницу, и у Драко было немного времени до воскресенья, чтобы собрать оставшуюся информацию — ту, о которой Забини не знал.

Блейз Забини. Когда на его руке появилась Чёрная метка, ему досталась самая грязная работа: Блейза заставляли убивать грязнокровок, охотиться за неверными, лишать жизни детей и стариков — и в какой-то момент Забини начал буквально сходить с ума. Драко сделал всё, чтобы не потерять единственного школьного друга.

Забини быстро поднялся в глазах Тёмного Лорда — он прекрасно владел навыками дипломатии и, кроме того, имел врождённый дар убеждения. Теперь Блейз занимался вербовкой сторонников: находил новые силы и перетягивал их на тёмную сторону. При этом Забини не любил Волан-де-Морта, не восхвалял его даже напоказ, за что откровенно много получал. Но и Тёмный Лорд не хотел терять отличного переговорщика. А потому невообразимым образом Блейз Забини намертво закрепился в Избранной Семёрке — он был последним, кого приняли в этот отряд.

Одному Мерлину известно, откуда Блейз знал о крестражах, но он много времени проводил с Руквудом, а тот, хоть и имел отвратительный характер, любил хорошенько выпить. А выпивка, как известно, развязывает язык.

И яд, аккуратно подсыпанный в обеденный кофе, тоже.

Ставка, сделанная на Блейза, оказалась выигрышной.

Гарри явился в полвосьмого, когда Драко собирал бумаги в свой портфель. Раньше это был дипломат Люциуса, но тот сейчас явно не способен сказать что-либо против того, что его сын собирается хранить в нём документы, способные уничтожить Волан-де-Морта. Хотя возможно, Люциус даже был бы этому рад — в любом случае, это лишь бессмысленные догадки.

Драко не сразу заметил, что Гарри пришёл. За мыслями об отце и сборами документов, он не услышал вспышки огня и тихих шагов. Малфой поправлял свой чёрный жилет, когда почувствовал, что за ним следят, и потому дёрнулся, резко оборачиваясь.

— Поттер.

— Прости, — взгляд Гарри заскользил по Драко и почти сразу же вернулся на его лицо. — Не хотел тебя пугать.

— В таком случае, не стоит красться, — Малфой вздёрнул нос. — Я не для этого предоставил тебе личный доступ.

— Прости, — снова сказал Поттер. — Ты был увлечён, — он слабо улыбнулся. — Не хотел тебя смущать.

Драко нахмурился. Нежелание Гарри его смущать наоборот смутило. Лучше бы он этого не говорил. Драко помотал головой, смахивая чёлку с глаз.

— Идём, — уверенно сказал он. — Мне есть, что вам рассказать.

Поттер в удивлении поднял брови и подошёл ближе: в его руке уже лежала чёрная полоса. Когда она покрыла глаза Драко, он нетерпеливо вздохнул:

— Надеюсь, когда вы узнаете всё, что я хочу вам рассказать, вы наконец начнёте мне доверять, и ты перестанешь надевать на меня эту уродскую ленту.

— Ты же знаешь, дело не только в доверии, — мягко сказал Гарри, взяв ладонь Драко в свою, и, дождавшись щелчка пальцев, аппарировал.

***

— Селвин? Это кто? — на кухню зашёл Оливер Вуд. Он ни капли не изменился со времён своего выпуска из Хогвартса. Всё такой же крепкий парень, на голову выше Драко. Оливер широко улыбнулся, внезапно приветственно подмигивая Малфою.

Рон нахмурился, потерев переносицу:

— Самый мерзкий из Семёрки.

— Эй, — возмутился Драко.

— Прости, Малфой, — едко протянул Уизли, — но и ты мне не нравишься.

— Что ж, — Драко начал собирать документы, которые всего минуту назад вывалил из дипломата на круглый кухонный стол. — Если я, по-твоему, мерзкий…

— Стоп, хватит, — Гарри недовольно посмотрел на Рона, и тот закатил глаза. — У нас важная цель. Малфой, продолжай, пожалуйста.

Сегодня воскресный покер отменился. И не только по инициативе Драко — у всех нашлись свои дела. Гарри рассказал, что Джинни и Гермиона отправились на задание, и теперь ничего не известно об их возвращении. А Невилл и, к большому сожалению, Полумна решили в свой свободный день навестить отца девушки — это опасно: Пожиратели не спускали с него глаз; но Гарри говорил об этом так беспечно, будто это сущий пустяк.

Драко сделал вывод, что не будь у него никакой информации, Поттер мог бы и не приглашать его сегодня, но, кажется, Гарри в любом случае не собирался оставлять Драко в этот вечер наедине. Хотя это и неважно, потому что у Малфоя были козыри в рукаве.

— Итак, крестраж хранится в поместье Селвина, — повторил он для Оливера, усевшегося за стол. — Это достоверная информация.

— Как выглядит крестраж?

— Я не знаю, — Драко пожал плечами. — Но предполагаю, где он может храниться, — он раскрыл лист бумаги, сложенный вчетверо, на котором тонкими линиями был вычерчен план поместья Селвина.

— Ого, — удивлённо выдохнул Рон.

— Мне удалось достать это «по знакомству», — Малфой разглаживал лист, чтобы было удобнее изучить карту здания. — Мастер, который ремонтировал мне крыльцо год назад, работал над поместьем Селвина. Пришлось наплести ему, что я пытаюсь сделать перепланировку мэнора, и пока гостил у Селвина, увидел то, что мне подходит.

— Хорошая работа, Малфой, — сказал Гарри, внимательно разглядывая лист. Драко еле подавил вылезающую улыбку: похвала от Поттера? Кто бы мог подумать.