Она прошла наугад несколько шагов и только теперь ощутила, как она устала! Кроме того в туфлях на каблуках идти по лесу было очень неудобно.
Чтобы спастись от назойливых насекомых, Лиля побрызгала себя духами "Дзинтарс".
Что-то темнело впереди. Лиля пошла наугад и набрела на полуразрушенный сарай, возле которого села на лавочку. Странно, здесь кто-то жил раньше? Кто? Лесник?
Она услышала шорох и посмотрела вверх.
Капли лунного света падали сквозь листья. Луна осветила крылья летучей мыши, принизанные жилками.
Лиля вздрогнула и решила побыстрее покинуть это место.
Она обошла сарай и вдруг увидела дом. Это был очень старый дом.
Два его окна, глядящие на Лилю, горели светом. Значит здесь живут люди, они помогут ей выбраться!
Она стучала в окно, но никто не откликался. Она подошла к двери и ей стало жутко - двери были заколочены так, как будто жилище было покинуто. Тем не менее окна были освещены.
Она заглянула в окно. Ровный круг от лампы озарял стол, горшки с цветами, какие-то статуэтки, книги...
И никого не было! Может хозяин крепко спит? Может забыл погасить свет? Просто привык и любит спать при свете?
Она подняла ладошку, чтобы постучать в стекло, но тут же опустила.
Лиле совсем не хотелось будить неизвестного человека, живущего в заколоченном снаружи доме. Неизвестно кто он, как отнесётся к непрошенной гостье.
Она обошла вокруг жилья. Дом обволакивал сумрак - то синий, то розовый. Под сосной она разглядела ведро днищем вверх.
Она села на это ведро. Ей стало холодно в одном платье, и она сидела, обняв себя руками, пытаясь согреться, или, хотя бы, унять дрожь.
Как будто молясь, она посмотрела в небо. Разглядела голубую звезду и обратилась к ней.
Лиля шептала слова молитвы, обрывки которой помнила ещё от бабушки:
"Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную..."
Она помнила, бабушка говорила, что ангелам нельзя вмешиваться, пока человек сам не попросит, поэтому попросила ангела-хранителя помочь ей в трудную минуту.
Она вновь смотрела на небеса. Будто могильные плиты тянулись по небу каменные облака, закрывая звёзды.
Небо ей показалось немым и холодным, и она не сдержалась - слёзы страха и беспомощности стали заливать лицо.
Размазывая слёзы Лиля постепенно утихла. Она прислушалась. Кроме обычного лесного треска, и шелеста листьев, она внезапно различила далёкий гул. Как будто где-то не так далеко что-то шелестело. И этот шелест и шум показались ей такими родными, что ей вдруг сразу стало тепло, она обрела уверенность.
Совсем рядом мчались по трассе машины. Она различала скрежет тормозов, шуршание шин, работу моторов, отдельные сигналы... Значит лес прорезает шоссе, и она может до него добраться!
Лиля подхватилась и пошла, ковыляя в сторону звуков, путаясь в кустарнике, спотыкаясь в ямках и с трудом переступая через сломанные ветки. Так, долго плутая, она шла на звуки дороги.
Колокол луны постепенно скатился с неба. Пронзительно запахло травой, пронизанной холодом, когда Лиля, наконец-то, выбралась на трассу.
Зачиналось серое утро. За лесом пылал багрянец, то и дело скрываемый тучами.
В этот час дорога была почти пуста, изредка пролетали легковушки и грузовики, заполняя утреннюю тишину равномерным гулом.
Сняв туфли, Лиля пошла по асфальту, ощущая пятками острые камешки...
Её подруги по комнате ещё спали, когда она, держа в одной руке туфли, а в другой сумочку, подошла к своей кровати.
- Ну ты загуляла подруга, - ломким голосом произнесла Лера, усаживаясь на койке и потирая глаза. - Где это ты бродила всю ночь?
- А, так... Была на одной вечеринке, - тихо сказала Лиля, боясь разбудить других.
- Ты посмотри на себя, Лиль... У тебя же платье в этом... в каких-то веточках и иголках. Ноги пыльные. Пойди вытряхни всё.
- В лесу гуляли. Заблудились, - усталым голосом пояснила Лиля.
Прихватив полотенце, мыло и щётку она поспешила выйти в душевую.
***
Лиле очень не хотелось идти на встречу с Олегом. Она ожидала выволочки и упрёков трусости. Она, студентка, комсомолка, бросила человека в беде, позорно бежала, блуждала неизвестно где. Также непонятно, что о ней подумали в "интеллигентом обществе". Странная она какая-то, скрылась, не попрощавшись.
Но, на удивление, Олег был мягок и толерантен. Они вновь сидели в "Мурзе". Сегодня было прохладно, поэтому Олег заказал кофе.
И выслушал рассказ Лили совершенно спокойно.
- Понимаю, я ужасно поступила. Что мне делать?
- То, что ушли с вечера - плохо, - сказал Олег. - Ну ладно. Как-то можно выкрутиться. Подумают - женские капризы, эксцентричность... Вам было противно поведение Бобова- вот вы и ушли.
- А как же старик?
- Он не старик - рабочий Арсеньев. Жив. Уже лечится в больнице. Но выздоровеет или останется инвалидом - это ещё вопрос.
