Старичок тут же вышел из кабинета, оставляя меня одну. Мне всегда нравилась эта черта профессора Кеттлберна, любил он всю работу делать сам и редко доверял её кому-либо из учеников. Но шанс, что за салатом отправят меня, всё-таки был. После этого дверь тихонько приоткрылась, и рыжие братья-близнецы с довольными лицами зашли в комнату.

— Лизи, ты молодец!

— Спасибо тебе, — Джордж счастливо улыбался.

Фред же начал пристально осматривать клетки и аквариумы с животными, которыми было заставлено практически всё помещение. Но его внимание привлекло небольшое пространство в камине, где ярким пламенем светил огонь, а внутри кто-то бегал. Как сейчас помню, маленькие ящерки то и дело шныряли и прыгали в пламени, играли, словно колышущиеся огненные языки. Фред на секунду притих, а в следующий момент резко схватил чешуйчатое животное — саламандру, за хвост, поднимая вверх и пряча к себе в карман.

— Идём, — скомандовал Фред, и братья вытащили меня прочь из кабинета по уходу за магическими существами.

— Что вы будете с ней делать? Они же недолго живут без огня, надеюсь, вы её потом вернёте, — начала беспокоиться я, когда мы уже покинули кабинет.

— Да ладно, Лизи, не волнуйся, — оба брата усмехнулись и перекинулись хитрыми взглядами.

Мальчишки привели меня в гостиную Гриффиндора, где сейчас собралось немало народа. Ведь была середина недели, многие студенты весело смеялись, переговариваясь. Одни выполняли домашнюю работу, другие же просто отдыхали или веселились в компаниях друзей. Конечно, именно в такие дни в башне Гриффиндора происходят самые интересные события и происшествия. Во времена моего обучения, как правило, устраиваемые братьями-близнецами Уизли.

Помню, Фред достал маленькую ящерку, которая начала потихоньку остывать и превращаться из красной в белую. Саламандра не может долго жить без огня, потому её надо либо постоянно нагревать, либо кормить перцем чили, иначе она просто погибнет. Но в тот день Умники Уизли решили сделать «интереснее». Фред из кармана вытащил небольшую петарду, которую после нескольких попыток, но всё же удалось запихать бедной ящерице в пасть. Несчастное создание тут же начало трещать, дымиться и наконец просто взлетело в воздух. Словно сдувающийся воздушный шарик, она пронеслась по гостиной над головами студентов, и с яркой вспышкой и грохотом разорвалась, превращаясь в пепел и оседая на ковер. Даже сейчас вспоминая всё это, моё сердце обливается кровью. Мне было необычайно жаль это ни в чём не повинное животное, а тем временем близнецы просто заливались хохотом. Они только что взорвали маленькое, живое существо, которое, между прочим, принадлежало не им. Как они только посмели сделать такое? Я помню, как расплакалась в тот вечер. По моим щекам горячими ручьями текли слезы, я просто стояла и не могла двинуться с места. Было так обидно и горестно. Помню, близнецы всё-таки заметили, что мне совсем не весело.

— Хей, Лизи, прости! — Джордж подтолкнул всё ещё смеющегося брата, видя, что мне эта ситуация не кажется веселой.

— Мы не знали, что так получится. Если бы знали, не сделали бы, — с улыбкой на лице эти слова звучали ух как не убедительно.

— Да ладно, Лизи, не обижайся, — Джордж кладет руку на плечо, как бы подбадривая меня.

Конечно, я знаю, что этим проказникам просто было любопытно, но до сих пор у меня на сердце остался какой-то неприятный осадок. Всё-таки хорошо, что они сами не пострадали и остались живы. Кажется, профессор Кеттлберн так и не заметил, что у него пропал не только салат, но ещё и саламандра, но мне вот потом всё же пришлось выкручиваться и сочинять, с какой же целью я приходила в его кабинет. Сейчас эта ситуация действительно выглядит нелепо, неужели сразу не было понятно, что от жара саламандры петарда просто взлетит на воздух и взорвётся. Кажется, именно с того «эксперимента» и начались все возможные опыты, породившие после себя Всевозможные Волшебные Вредилки Умников Уизли.

— Я бы не сказала, что это была весьма забавная история, — с лёгким вздохом я натягиваю на лицо улыбку. — Саламандру мне до сих пор жалко.

— Ой, Лизи, да ладно тебе, — протягивает Фред, смотря прямо на меня.

— Всегда ты так говоришь, — отмахивается Джордж.

А знаете, возможно, в их словах есть, пускай и небольшая, но всё-таки доля правды. Жизнь нужно проживать проще, больше смеяться, а иначе вся эта серьёзность поглотит тебя и превратит в унылое существо, которое никогда не сможет осознать, что жизнь проходит впустую. Ведь именно такие, весёлые и весьма небанальные моменты остаются в нашей памяти на долгие годы. Ибо именно их потом приятно вспоминать, когда собираешься с друзьями, и именно они заставляют тебя ощутить, что ты проживаешь свою жизнь не просто так, а с улыбкой на лице и с безумными поступками за спиной, о которых после ты точно не будешь жалеть.

— А ведь в тот раз Перси кричал на вас сильнее, чем когда-либо, — припоминаю я.

— Я рад, что он до сих пор думает, что это была самая обычная петарда, — вместе произносят близнецы, а на их лицах возникают нелепые, слегка неуверенные улыбки.

Комментарий к Весёлые желания

Время уже за полночь, думаю, вы понимаете к чему клонит автор (^ω^)

========== Шестой курс ==========

Комментарий к Шестой курс

Автору ужасно стыдно, что он просто пропал и даже ничего не сказал. Он приносит свои извинения и надеется на Вашу благосклонность. Не убивайте его, прошу! Постараюсь больше так не делать, а также хочу известить, что пока что неизвестно, когда будет прода, потому что у автора забит график, писать совершенно некогда.

Несколько минут я просто сижу в размышлениях, моя голова занята воспоминаниями. Неужели все семь лет учебы в Хогвартсе пролетели для меня словно одно мгновение. До сих пор не верится… Время беспощадно, особенно, когда оставляет после себя приятный привкус сладких воспоминаний. Да, именно эти проделки остаются на губах, словно сахар, после поедания сладкой ваты. Такой легкий и мимолетный, будто ничего и не было. А ведь мы не всегда будем помнить всё, что когда-либо с ними происходило. И в этом заключается обратная сторона времени — оно никого не щадит. Уничтожает абсолютно всё, не давая даже намёка на то, что это когда-либо происходило. Возможно, и этот вечер пройдет также мимолётно, ведь сейчас уже далеко за полночь. И как ни странно, в голову лезут всё более и более странные мысли и воспоминания.

— Мадмуазель Дэвис? — Джордж тихо хихикает.

— А? Что такое? — быстро перевожу взгляд на близнеца, который хитро смотрит на меня.

— Ты опять пропала из этого мира? — машет перед моими глазами Фред.

— Ничего нового, в этом и есть вся наша Лизи! — ухмыляется Ли.

— Кому будешь загадывать? — вопрошает Анджелина, откусывая лакричную палочку.

Постойте, о чём они вообще говорят? Несколько секунд я ещё смотрю в пустоту. В голове нет ни единой мысли, они все куда-то улетучились. Исчезли. Паф. Ничего. Знаете, это чувство, когда ты тут, но тебя нет, словно бы завис в пространстве и времени. Только после пары толчков рыжеволосых близнецов, соображаю, о чём говорят мои друзья. Сейчас моя очередь загадывать!

— Ой! Джордж, воспоминание или желание?

— Ого, и часа не прошло! — улыбается Алисия, смотря прямо на меня.

— Да ладно вам, я просто задумалась, — стараюсь оправдаться, но ребята лишь кивают головами и ухмыляются.

Неужели я так часто задумываюсь? Да нет, этого точно не может быть. С другой стороны, они уже должны были с этим смириться, мы ведь знакомы не один год. Да и вообще, к чему все эти подколы и шутки? Словно я сама не знаю, что могу просто отключиться посреди разговора. Да, и такое бывало, и честно сказать, не раз.

— Лизи! — вновь толкает меня Джордж. — Воспоминание, гово’гю.

— Воспоминание? — точно, мы же играем… — Зелье, черта и возраст, — произношу я первое, что приходит на ум.

— Кубок Огня! — моментально восклицает парень, и на его лице появляется широченная улыбка во все тридцать два зуба.