И, наконец, власть. Это была та категория, которую осознать для неё было сложнее всего. Для чего вообще нужна власть?.. Чтобы заставить других жить так, как кому-то кажется верным?.. Говорят, что власть – это то, что спасает социум от хаоса. Но так ли уж хорош абсолютный порядок – полная противоположность хаосу?.. И как понять, чье видение порядка является правильным?.. Эти вопросы уводили её в область философии, в которой Гермиона никогда не была сильна.

А что насчет Волдеморта? В Первую магическую войну он так же, как и во Вторую, со своей армией уничтожали магглорожденных, магглов и даже волшебников, не согласных с ним. Но несогласных с ним – в чем? Какова была его истинная цель? Только тотальная очистка магического сообщества и его жесткая изоляция от маггловского мира – или же его планы простирались намного дальше, только он не успел приступить к их реализации?

К сожалению, ответов на эти вопросы у нее тоже не было. Северус говорил о том, что победа над Волдемортом не разрешила существовавших в обществе противоречий, а лишь обострила их – так можно ли было считать это конфликтом между теми, кто считал существующее положение волшебников унизительным и теми, кто желал и дальше существовать в их обособленном, спрятанном от человеческих глаз мирке?..

И на чьей стороне тогда Бруствер?.. Куда вели на самом деле предлагаемые им преобразования? Какую в них видели опасность? И кто его настоящие соперники?..

От всего этого голова шла кругом. Еще раз внимательно оглядев карту вероятностей и не обнаружив в ней никаких изменений, Гермиона деактивировала артефакт и спрятала его обратно в сумочку.

Однако отключить тревожные мысли было не так легко. Снова и снова она задавала себе один и тот же вопрос: почему Малфой?.. Почему именно Драко Малфой может стать тем, кто вместе с ней предотвратит катастрофу?.. Чем он отличается от других? Что в нем особенного?

Если подумать, она знала о нем не так уж и много. Будучи выходцем из привилегированной чистокровной семьи, в юности он был настоящим засранцем, считавшим себя выше других просто по праву рождения. Он не гнушался ни подстав, ни оскорблений, ни травли – но при этом никогда не переходил границ, за которыми лежал реальный, физический вред. И в итоге присоединился к Волдеморту, очевидно, разделяя его идеи о превосходстве чистокровных – но был, видимо, слишком наивен, чтобы сразу понять, к чему этот лозунг мог привести на деле. И в какой-то момент захотел отступить – вот только ему уже не позволили.

Что же такое Драко Малфой теперь?.. Кто этот парень в маггловских джинсах, сережкой в ухе и полным шкафом маггловских книг, который дал ей приют, позволил носить его вещи и спать в собственной постели? И который чуть не поцеловал её сегодня – ведь он собирался, она поняла это абсолютно точно. Разве мог тот Малфой, который презрительно называл её грязнокровкой, в самом деле хотеть её поцеловать?.. Ему даже прикоснуться к ней было бы противно, он демонстративно отряхивал край своей мантии, если им доводилось случайно столкнуться в коридоре.

Что-то в нем определенно изменилось за последние годы. Может, пережитый ужас войны, которую он видел ближе некуда – в своем собственном доме – так повлиял на него, а может, было что-то еще. И она должна непременно в этом разобраться, потому что что-то подсказывало ей – именно в этих переменах был ключ.

========== Глава 18. ==========

Комментарий к Глава 18.

Кхе-кхе, аттракцион фантастической щедрости продолжается :)

Впервые глава набрала 100 ожидающих продолжения - так что вот оно :)

Спасибо всем, кто ждал!

В отсутствие того единственного человека, что мог дать ответы на раздиравшие её нутро вопросы, Гермиона обратилась к тем, кто никогда не подводил её раньше – книгам.

Конечно же, в Малфой-мэноре была библиотека. Должна была быть. Но те книги, которые человек хранил у себя, могли сказать о нем намного больше. Скорее всего, Малфой сам покупал все это – где, в маггловском мире?.. И каким ветром его туда занесло?.. Выбирал их по каким-то критериям – навряд ли в тех кругах, в которых он вращался, были популярны обсуждения маггловской литературы. И все же здесь был Шекспир, был Хэмингуэй, были Остин и Франсуаза Саган. Почему он решил приобрести именно их? Его привлекла аннотация? Название? Обложка? Или он просто следовал какому-то списку вроде “Сто великих книг, которые надо прочесть”? Читал ли он их вообще или считал экстравагантным украшением интерьера?..

Гермиона пыталась по внешнему виду определить те тома, что, возможно, вынимались из этих полок чаще других. К этой категории, без сомнений, относились все учебники – из чего она сделала однозначный вывод о том, что они были куплены из практических соображений. А значит, у Малфоя и в самом деле какие-то дела в маггловском мире – финансовые, или, может быть, даже какой-то бизнес, и оставалось лишь надеяться на то, что он не злоупотребляет своей волшебной силой для достижения результатов - что, впрочем, было бы чересчур наивно даже для неё.

Изучение содержимого шкафа с одеждой подтвердило её догадки: маггловских шмоток здесь было едва ли не больше, чем традиционных волшебных. Джинсы, футболки, толстовки, две пары самых настоящих кроссовок – даже гардероб Гарри, выросшего среди магглов, был куда менее разнообразен. Решив каким-нибудь образом вывести разговор на эту тему, Гермиона вернулась к стеллажам с книгами.

Она снимала с полок все подряд, ища закладки, загнутые уголки страниц или пометки – любые признаки, что книгу читали и она чем-то заинтересовала владельца. Однако то ли большинство из этих томов и вправду были лишь украшением интерьера, то ли Малфой был очень аккуратен в обращении с книгами – впрочем, как и она сама - но ничего похожего ей обнаружить не удалось.

За этим занятием её и застал вернувшийся хозяин. Смерив насмешливым взглядом Грейнджер, застывшую с прижатой к груди книгой, он только фыркнул, как будто и не ожидал от неё ничего иного.

-Здесь еда для тебя, - он поставил бумажный пакет с чем-то сильнопахнущим на стол, - а здесь кое-какая одежда, - второй пакет, значительно больше, парень оставил на стуле. – Не бог весть что, но лучше, чем вечернее платье.

Сам он закинул рюкзак в шкаф, достал оттуда какие-то вещи, из которых Гермиона смогла опознать только костюм и рубашку и, больше ни слова не сказав, скрылся в ванной.

Весь день девушка и не вспоминала о еде, тем более, что завтрак значительно превосходил её обычный кофе с печеньем, но, почувствовав дразнящий пряный аромат, она тотчас же поняла, что ужасно голодна. Но пакет с одеждой терзал её любопытство не меньше, чем голод – желудок, и, решив, что поесть она успеет и через десять минут, никуда еда от неё не убежит, а вот расхаживать перед взрослым парнем в одной рубашке, к тому же его, не очень-то прилично, Гермиона выбрала сперва переодеться.

В пакете обнаружились две пары простых джинсов, несколько таких же непритязательных однотонных футболок, мягкая серая толстовка с капюшоном, кеды, поразительно похожие на те, что носил сам Малфой, только её размера, носки и… нижнее белье. Простое, больше напоминавшее спортивное, никакого кружева и эротики, но все равно ей стало мучительно неловко. Гермиону совершенно ничего не смущало, когда три года назад, готовясь отправиться в путешествие с Гарри и Роном, она собирала их вещи, включая, конечно же, носки и трусы. В этом не было ничего такого, как, впрочем, и в том, что потом они нередко переодевались в присутствии друг друга, даже не думая порой отвернуться. Но тот же, по сути, поступок со стороны Малфоя вызвал в ней совсем другие чувства. Может быть, дело было в том, что он не собирал её же вещи, особо не глядя, а покупал все это – а значит, не мог не задумываться в процессе о её размерах, формах, параметрах, а может, в самом факте того, что он вообще об этом подумал… и это ужасно смущало.