— Доброго утра, Эрен, — девушка подняла голову и в глазах было столько сопереживания, что он быстро отвёл взгляд, изучая убранство комнаты.

Разместили их явно не на рядовой конспиративной квартире. Здесь всё выглядело обжитым и уютным. От небольших книжных шкафчиков до низенького резного столика. От пышных парных диванчиков до ковра с причудливой вышивкой. «Вероятно, здесь кто-то живёт, а место в срочном порядке выделили для нас. Интересно где сейчас хозяин этого жилища», сделал умозаключение парень.

Поскольку лишний раз касаться королевы ему не хотелось, он сел на диван напротив. Йегер помнил к чему это могло привести и не хотел словить очередной приход или видение, как более угодно, потому что ещё не смог решить для себя, что же это такое. Будущее или же нечто иное? К твёрдому мнению прийти пока было нельзя.

— Если хочешь там внизу завтрак, нам уже принесли его, — сказала Хистория, видя что взгляд парня обращён куда-то внутрь себя.

— Я не голоден, — механически ответил он.

— Да брось, — фыркнула королева, — ты не ел уже больше суток.

Сама она уже позавтракала в тишине и одиночестве. Когда девушка проснулась, Эрен и Армин ещё спали крепким сном. Будить их она не стала. Все устали после дороги и напряжённых дней, да и привыкла она проводить время одной. К тому же тут нашлась пара книг, скрашивающих времяпрепровождение. Солдаты были неразговорчивы и на вопросы своей королевы отвечали дежурными, скупыми фразами. Скорее всего они сами не могли поделиться новостями, потому что просто не знали их.

— Подожду Армина, он же ещё не встал?

— Нет, — покачала головой Райсс, — он спит. Я думала, что вы оба проспите до середины дня точно.

— А ты чего проснулась так рано? — Эрен бросил на неё изучающий взгляд.

Словно хотел услышать, что девушку тоже мучают беспокойные сны о прошлом или же о будущем. В её жилах текла королевская кровь, та самая которая делала девушку не только особой для него, но и крайне важной для всех вокруг. И она была последней обладательницей этой крови, его отец, Гриша Йегер, убил почти всех. Остался только Род Райсс, которого убила этим летом собственная внебрачная дочь Хистория. «Если за пять лет после того, как отец похитил силу основателя, Род успел завести ещё детей, то может не придётся рисковать Хисторией? Только как это узнать», эта мысль отдаёт каким-то тоскливым отчаянием и слабой, почти что мёртвой надеждой.

— … так что совсем неудивительно.

Остатки слов девушки будто взрезали слух, вырывая из размышлений, куда успел уплыть Эрен. Уплыть и не заметить этого. Не слишком хорошо. Он покачал головой.

— Прости, Хистоия, я что-то задумался.

Королева всмотрелась в его задумчивое, несколько отрешённо лицо. Поняла, что он не слушал её, вздохнула. Ей хотелось встать, обойти столик, обнять его и сказать, что всё будет хорошо. Так или иначе.

Но Йегер не двигался, избегал долгого зрительного контакта и на такое явно не собирался идти, поэтому она сдержала свой порыв. Поддержку ведь можно выразить и иным способом.

— Я же росла на ферме, а там нужно вставать рано утром, с рассветом, чтобы успевать сделать всё. Так что совсем неудивительно, то я проснулась раньше вас, — она повторила и ободряюще улыбнулась, показывая мол ничего страшного.

— Точно, ты жила там с дедушкой и бабушкой, так? — Эрен ухватился за нейтральную тему.

— Да, только я их почти не помню, — она горько улыбнулась и покачала головой, — но наверное они не обращали на меня особого внимания. Они жили на ферме, трудились весь день, возделывая землю. У них не было времени на особые разговоры со мной.

— Ферму им даровал твой отец, — парень нахмурился, потому что чужие воспоминая медленно просачивались сквозь его сознание, — после того как… как твою мать выгнали из поместья Райссов.

Чужая память подкидывала смутные образы, неразборчивые, но полные возмущения, обиды, гнева и укора голоса. Это действовало на нервы, но не так сильно как видения, которые показывал ему Атакующий титан, а не основатель. Возможно дело было в том, что рядом сидела Хистория.

— Наверное так оно и было, — королева пожала плечами, — но мне всё равно. Для меня важней моя нынешняя жизнь, потому что она настоящая и я могу быть сама собой без всякой опаски.

— Это в самом деле очень похвально, Хистория, — Йегер позволил себе улыбку, — совсем недавно ты переживала из-за этого и намеревалась меня съесть.

Вот бы и ему иметь эту возможность быть самим собой. Но глядя на девушку, которая за последние полгода стала ему больше нравится как личность, он понемногу успокаивался и брал всё под прежний контроль.

— Ой, считай я вовремя подумала своей головой, — от смущения она чуть прикрыла лицо книжкой, которую, к слову, уже перестала читать.

— Своей головой, — пробормотал Эрен, — я успел убедиться, что такие решения чаще всего правильнее прочих.

— Эрен, — и от той интонации, с которой Райсс произнесла его имя, он вздрогнул и торопливо поднял на неё взгляд, — я знаю, как тебе непросто сейчас со всем этим.

Она отложила книгу в сторону и неотрывно смотрела на него своими голубыми глазами. И в них читалось всё то, что нельзя выразить словами.

— Я хочу сказать, что…понимаю каково тебе. И что ты можешь мне доверять.

Сказанное прозвучало немного нескладно, но, глядя сейчас на неё, Эрен понял, что в самом деле может ей доверять, что она действительно может понять его лучше, чем кто-либо. Даже лучше Армина, разделявшего с ним судьбу титана и проклятье Имир. Где-то внизу, словно какое-то знамение, забили часы.

Через несколько часов всё в той же Митре Зое стояла, переминаясь с ноги на ногу, перед парадной, широкой дверью Генштаба. И если Йегер и Райсс достигли какой-то точки спокойствия и принятия, то ей было далеко до этой стадии. В руках она держала небольшое портфолио с официальными результатами сделанных опытов и сугубо научными выводами. Без лишних эмоций, сухие итоги. И если они удовлетворят главнокомандующего, прочих советников, и, если после анализа со стороны штабских медиков, их одобрят, то они смогут продвинуться дальше. «К экспериментам над живыми людьми», настойчиво прошептал разум на ухо командору разведки. Она засопела, переводя мысль в иное русло. «Или можно попробовать поэкспериментировать с живыми титанами», оптимизм не покидал её. Ведь, как сказал ей Леви перед выходом из казарм: «всё ещё в твоих руках, трёхглазая». Ну или на плечах, это как смотреть на ситуацию. Девушка открыла дверь и зашла внутрь, где была вежливо встречена секретарями, и через пять минут уже поднималась на второй этаж. Вокруг царила тихая и мирная обстановка. Не было слышно никаких разговор, резких шумов, только периодически долетали приглушённые шаги, да и совсем уж редкий звук закрывающихся дверей, как будто кто-то их специально придерживал. В целом всё выглядело самым умиротворяющим образом. Но не стоило расслабляться и забывать о побочной цели этого визита. Ханджи хотела вернуть под своё прямое руководство своих солдат. У неё была пара задумок, как лучше это сделать, но прежде чем перейти к их реализации, ей предстоит отчитаться по поводу проделанной работы. А это не так легко и весело. Впереди, словно охранный пёс, замаячил стол помощника Закклая. Секретарь поприветствовал Зое, справился о целях визита, затем встал из-за стола и направился в кабинет командующего. Девушка не успела толком рассмотреть убранство стола клерка, как он вышел из комнаты.

— Прошу вас, командор Зое, проходите.

Помедлив пару секунд, она набрала воздуха в грудь, собралась с мыслями и шагнула к двери. Будто во сне одной рукой взяла отполированную металлическую ручку, второй сжимала несчастный портфолио. Вдох, выдох. Потянула дверь на себя и переступила через порог.

Успевший стать за всё это время знакомым, кабинет нисколько не изменился с момента последнего посещения. Стулья, стоящие ровным рядком у стенки. Две небольших софы напротив, огромный шкаф для канцелярских принадлежностей. Ковёр выглядел безукоризненно чистым. Гостевой стул возле рабочего стола главнокомандующего. Сам стол и сам главнокомандующий. А вот он несколько изменился. Выглядел более усталым и менее довольным, если такое вобще было возможным. Восседая над ворохом бумаг, он стучал перьевой ручкой по столу, что было не похожим на него, обычно спокойного и невозмутимого. Дариус оторвался от работы и посмотрел на прибывшую ничего не выражающим взглядом, затем всё же прибавилось вежливости.