— Ну что ж, я тебя внимательно слушаю.

— Думаю, вы и так уже поняли, зачем я приехал, — Койю наклонил голову. — Я хотел попросить у вас декретный отпуск.

— Вот как? — директор вскинул брови и, вытянув шею, окинул его взглядом. — Нет, я думал, ты просто попросишь о послаблениях вроде свободного графика. Но декрет… Так рано, Койю-кун? Почему, у тебя же даже живота ещё толком не видно, ты вполне мог бы продолжать работать ещё какое-то время.

— Живота, может, и нет, а вот чувствую я себя не очень-то хорошо, — Койю скривился. — К тому же, мне муж велел брать декрет. Сами понимаете, он не хочет рисковать после того, что случилось.

— Да, да, конечно… Конечно, здоровье ребёнка превыше всего, — директор вздохнул и, крутнувшись в кресле, потянулся к ящику стола. — Ладно, я сейчас подумаю, как быть. Мне хотелось бы ещё кое о чём с тобой поговорить, раз уж ты приехал. Понимаешь, тут возникли некоторые сложности с твоими контрактами…

— С какими контрактами? — не понял Койю. — У меня за последнее время их было несколько.

Директор выложил на стол пару металлических пластин и щёлкнул пальцем по одной из них. Вверх взметнулась светящаяся голограмма документа.

— С двумя последними, как мне сказал Акио-сан. Боюсь, что тебе придётся отказаться от них, Койю-кун. Ты же понимаешь, — он покачал головой, — ты у нас молодой человек, мягко говоря, с особенностями. Имея в виду твои шрамы. Не обижайся только, бога ради. В твоих данных это было прописано именно так, без уточнений особенностей, и этот клиент вроде как затребовал именно тебя. Но Акио-сан потом встретился с ним, объяснил ситуацию, и оказалось, что наличие шрамов его по какой-то причине не устраивает. Вообще говоря, это странно. Насколько я знаю, ему нужны были фотосессии, а шрамы на фотографиях легко ретушируются, мне лично кажется, что это не повод вот так разрывать контракт и отказываться от модели вроде тебя. Но уж как есть.

Койю скрипнул зубами и скрестил руки на груди.

— Фотографии ретушируются, но согласитесь, мало кому приятно будет смотреть на эту гадость в процессе. Так что я понимаю. Плюс если у них планируются фотосессии ню, я бы и сам, наверное, отказался. У меня принцип, голым не фотографируюсь, что бы ни предложили. Акио-сан не успел мне рассказать о деталях.

— Я прекрасно это знаю, Койю-кун. Поэтому мне пришлось подыскивать тебе замену, — директор подпёр рукой голову. — Сложная задача была. Но повезло, откопали одного омегу в соседнем крупном агентстве, хозяин милостиво разрешил мне забрать его на время, так что он возьмётся за этот контракт. И он же, думаю, сможет подхватить и твои остальные контракты. А это значит, что я могу спокойно отпустить тебя в отпуск. Давай прямо сейчас приказ и напишу.

Койю кивнул. Пока директор набирал что-то на клавиатуре, он сидел, слегка опустив глаза, и боролся с желанием покусать губы. Быстро же замена нашлась. С одной стороны, это хорошо, а иначе директор бы его сейчас и не отпустил, заставил бы работать и дальше, а с другой — досадно, показывает ровным счётом всё отношение. Вчера Койю спокойно говорил Таканори, что он не незаменим, и его это ровным счётом не волнует, но говорить — это одно, а вот осознавать это в полной мере было несколько неприятно.

Его самобичевание прервал громкий и настойчивый стук в дверь, и Койю, дёрнувшись, невольно обернулся. И тут же разозлился на себя. Надо уже прекращать пугаться каждого звука.

— О. А вот и замена явилась, — директор засмеялся, — сейчас познакомитесь. Входите!

Койю завёл ногу на ногу и постарался как можно грациознее выпрямить спину. Не хотелось плохо выглядеть перед незнакомым человеком, который, к тому же, ещё и вроде как метит на его место.

Дверь медленно приоткрылась, в кабинет плавной походкой, постукивая каблуками, вплыл высокий черноволосый омега.

— Ох, простите, — мелодичным низким голосом, странно знакомым, произнёс он, поправляя рукой в бархатной чёрной перчатке растрёпанные ветром волосы. — Кажется, я слишком рано…

— Нет-нет, ты вовремя, Тошимаса-кун. Просто Койю-кун приехал без договорённости, — весело пояснил директор. — Ничего, мы уже заканчиваем.

Он вновь отвлёкся на экран, а Койю во все глаза смотрел на вошедшего. Эффектный, ничего не скажешь. Высоченный, даже выше Койю, наверное, длинноногий, с тонкой, изящно очерченной фигурой, красоту которой подчёркивали модная красная рубашка с жабо и кожаные брюки. А на лице, казалось, можно было разглядеть буквально каждую линию, как на карандашном рисунке: острый подбородок, отчётливые контуры челюсти и скул, необычный разрез больших тёмных глаз, подведённых карандашом, аккуратно выщипанные чёрные брови, прямой нос с нервными ноздрями, полные чувственные губы, тронутые лукавой, какой-то детской улыбкой. Бледная кожа и густые чёрные волосы, которые в нарочитом беспорядке пушились вокруг головы и спадали на лоб, делали его похожим на вампира из каких-то старых фильмов.

В голове закопошились смутные воспоминания. Койю уже видел этого омегу раньше, определённо. Вопрос вот только, как Койю он его видел, или как Уруха, и где это могло произойти…

Но подумать ему не дали. Тошимаса широко распахнул и без того большие глаза; хлопнув пару раз ресницами, словно переваривая зрелище, он внезапно взвизгнул и молнией метнулся вперёд. Койю не успел даже опомниться, как тонкие руки обняли его и стиснули в объятиях так, что он тихо зашипел. В нос мигом пробрался резкий аромат дорогого парфюма, тоже очень отчётливо знакомый, от него захотелось громко чихнуть. Но как Койю ни напрягался, он не мог ничего вспомнить. Единственное, что всплыло у него в голове — имя «Тотчи».

— Койю-тян! Койю-тян, это правда ты? — возбуждённо восклицала «замена», уставившись ему в лицо лихорадочно блестящими глазами. — Чёрт побери, сто лет не виделись. Изменился, я тебя даже не узнал сначала, подумать только!

Директор тихо кашлянул в удивлении и уставился на них.

— Вы знакомы?

— Ещё бы! В школе вместе учились, — весело воскликнул Тошимаса, — дружили. Это я Койю-тяну посоветовал в модельный бизнес податься. Койю-тян, ау!

Койю чуть не выдохнул с облегчением. Слава богу, это не очередной призрак из Арт-квартала, явившийся напомнить ему, кто он на самом деле. Тошимаса, очевидно, знакомый настоящего Койю. Странно только, что они за всё это время ни разу не виделись.

Он вполне искренне улыбнулся и обнял новоявленного приятеля в ответ, стараясь перебороть неприязнь. Как бы там ни было, Койю не мог его вспомнить, а прикосновения незнакомых людей его раздражали.

— Тотчи! Прости, я тебя тоже не признал сначала. Рад тебя видеть…

— Быстро же ты меня забыл. Всё такой же рассеянный, — беззлобно констатировал Тошимаса, выпустив его наконец из объятий. — Ну и ладно, я на тебя не сержусь, — великодушно заявил он и поднял глаза на директора. — Подождите-ка, так это ему на замену меня прислали?

Директор кивнул, а Койю глянул в блестящие тёмные глаза и улыбнулся:

— Я в декрет ухожу, так что мои контракты, видимо, достанутся тебе. А тебе что, ничего не сказали?

— Нет. У нас начальство такое, оно деталей никогда не уточняет. Тычет пальцем в небо и говорит «топай туда», — язвительно отозвался Тошимаса и выпрямился, картинно прикладывая пальцы к вискам. — Раздражают… Значит, так. Сейчас ты меня подождёшь, и я тебя украду на остаток дня. Ты не занят, надеюсь?

В голосе его явно скользили нотки капризного существа, привыкшего получать в этой жизни всё, что только захочет, и почти никогда не слышавшего отказа. Койю слегка дёрнул плечом.

— Сейчас директор мне подпишет приказ, и буду свободен как птица.

— Вот и чудненько, — удовлетворённо бросил Тошимаса и плюхнулся в соседнее кресло, забрасывая ногу на ногу.

Директор, привыкший к тому, что модели из-за контрактов и конкуренции передраться насмерть готовы, явно тихо радовался такому повороту событий. Улыбаясь, он пододвинул к Койю планшет со стилусом. Койю поставил на нём подпись и, протянув обратно, встал с кресла.