— Понимаю, потому и говорю. И, к слову, его капризы от самочувствия не зависят, он и до беременности любил поныть по любому поводу и без него, — Кисё поманил пальцем официанта и, когда тот, запыхаясь, подбежал, велел: — Принесите два фирменных кофе, пожалуйста. И сразу рассчитайте, если можно, — и он протянул пластиковую карту.

Официант торопливо кивнул и убежал. Койю тут же нахмурился:

— Эй, кажется, мы не договаривались о кофе за ваш счёт.

— Не договаривались, — серьёзно ответил Кисё и сощурился, — я сам так решил.

— Мне неудобно!

— А мне хочется тебя угостить, так что не спорь, пожалуйста, и дай мне за тобой поухаживать.

Койю только горестно вздохнул. Он хорошо знал об упёртости этого альфы; если уж Кисё твёрдо намеревался что-то сделать, сдвинуть его с этой позиции было невозможно.

— …А ещё, Койю-кун… Ты извини, конечно… — Кисё наклонил голову и почти заговорщицки прошептал: — Но джентльмен позади тебя заставляет меня жутко нервничать.

Койю невольно обернулся. Молчащий Юу замер за его стулом, прислонившись спиной к стене и почти невидящим взглядом смотря прямо перед собой. На лице его и впрямь застыло какое-то жуткое выражение, смесь сосредоточенности и недовольства.

— Не обращайте на него внимания, он всегда такой, — Койю быстро дёрнул телохранителя за рукав, и Юу повернул к нему голову. — Юу, сделай лицо попроще, а то люди тебя боятся.

— Хорошо, Койю-сан.

Юу слегка расслабленно вздохнул и вновь отвернулся. Кисё окинул его внимательным взглядом.

— Странно, мне казалось, что за тобой другой парень раньше ходил. Такой, в костюме и с белыми волосами…

— Да, раньше был Кензо, — пояснил Койю. — Вообще-то он телохранитель мужа, но Таканори боялся за меня и потому велел ему за мной ходить. А несколько месяцев назад я понял, что меня это достало, и попросил нанять мне личного охранника. Теперь вот меня сопровождает Юу, а Кензо вернулся к своим прямым обязанностям.

— Это даже хорошо, — оценил Кисё. — Неприятный был парень.

Вернувшийся официант быстро поставил на столик поднос с двумя большими чашками, над которыми стояла обильная белая пена. Сюда же положил карту и, не сказав ни слова, удалился.

— Так что у тебя за проблема такая срочная возникла? — Кисё сцепил перед собой ладони. — Если честно, я ничего не понял из того, что ты мне по телефону говорил.

Койю обхватил пальцами горячую чашку и слегка поморщился.

— Ну, это не совсем проблема. Скорее некоторый личный интерес.

— Рассказывай всё, — велел Кисё. — Я попробую тебе помочь, но мне надо знать, что именно ты от меня хочешь.

Койю в общих чертах рассказал ему о своём расследовании. Одним из лучших качеств этого альфы было умение слушать; Кисё молчал, изредка слегка вскидывая брови. Но в его хищных чёрных глазах запрыгали черти.

— Ну и ну, — наконец протянул он, когда Койю замолк и вновь приложился к чашке, переводя дыхание. — Просто детектив какой-то, триллер с ужасами… И что, ты хочешь, чтобы я нашёл этого Акиру?

Койю поднял на него глаза и несмело кивнул. Кисё откинулся на спинку стула и потянулся в карман толстовки за сигаретной пачкой.

— Не возражаешь? — увидев, как омега помотал головой, альфа щёлкнул зажигалкой и выпустил дым. — Слушай, Койю-кун. Я рад, что ты считаешь меня волшебником, не знаю уж, сам ты до этого додумался или тебе Шота наболтал, что я могу всё, но тут я, увы, бессилен. Как ты предлагаешь его разыскивать, если говоришь, что в полицейских архивах о нём ничего не было и что даже Таканори-сан не смог тебе помочь? У твоего мужа явно возможностей побольше, чем у меня.

— Но не в музыкальных сферах, — Койю покачал головой. — Если говорить совсем уж честно, Така терпеть не может шоу-бизнес и всё, что с ним связано. Кисё-сан, этот Акира — гитарист. Я это точно знаю, в его анкете это было записано. Причём он, судя по всему, этим на жизнь зарабатывает, мотается по разным группам. Я просто подумал, а вдруг он приходил к вам на кастинг?

— А, так вот оно что. Сессионный гитарист, значит. Ну-ну, — Кисё опять затянулся резко пахнущим ментолом дымом. — На кастинг, может, и приходил. Но всё равно, ты же понимаешь, я не могу помнить всех этих ребят, их столько, что даже на самих кастингах башка кругом идёт. Тем более что они частенько представляются идиотскими кличками, только в анкете пишут настоящие имена.

— И всё же, вы можете как-нибудь попытаться это выяснить? — Койю молитвенно сложил руки. — Пожалуйста.

Кисё постучал пальцами по столешнице, потом вздохнул и потянулся за телефоном.

— Попытаться могу, конечно, но мгновенного успеха не обещаю. Сейчас, подожди минуту.

Он быстро поводил пальцем по экрану и приложил трубку к уху. Койю слегка дрожащими пальцами сжал ручку чашки и покосился на телохранителя.

— Алло, Идзуки, это я, — сказал в трубку Кисё и, зажав телефон плечом, запрокинул ногу на ногу. — Нет-нет, перерыв ещё не закончился, отдыхайте спокойно. Слушай, ты можешь посмотреть, мой ноутбук на столе остался? — видимо, собеседник ответил положительно, потому что Кисё вдруг улыбнулся и весело продолжил: — Ну, тогда предоставлю тебе уникальную возможность туда влезть. Меня интересуют списки ребят с кастинга. Да нет, блин, не анкеты, пока просто списки! Открой всё, что найдёшь, и пробей по поиску одного претендента, его Акира зовут, гитарист. Зачем-зачем, надо мне! Собираюсь тебя уволить, а его на твоё место взять!

Койю не удержался и прыснул со смеху. Человека по имени Идзуки он заочно знал по рассказам Шоты — Идзуки оказался единственным членом группы, который оставался на своём месте ещё с самого первого состава. Да и как иначе; со слов Шоты, Идзуки с Кисё были вместе чуть ли не со школы, они считали себя почти братьями и с тех же самых времён были одержимы совместной мечтой создать группу и выбиться на верхушку шоу-бизнеса. И эти двое очень хорошо уравновешивали друг друга — взрывной Кисё с бесперебойно бьющим фонтаном идей для текстов песен и сумасшедшей активностью, позволяющей носиться день-деньской по съёмкам, записям и выступлениям, и спокойный, рассудительный Идзуки, мирно пишущий музыку и старающийся оставаться в тени по большей части.

— Да нет, конечно. Шучу, блин, — Кисё мученически закатил глаза. — Куда ж я без тебя, пропаду ведь. Так что, посмотришь? Ага… Хорошо, тогда жду. Как что-нибудь узнаешь — тут же звони.

Он небрежно кинул телефон на столешницу и взялся за чашку.

— Сейчас Идзуки посмотрит и скажет, был ли такой. Придётся немножко подождать. И, раз уж выдалась такая возможность, — альфа прищурился, — хочу всё-таки поговорить с тобой о съёмках в клипе.

— Кисё-сан, ну я же вам сказал. Я бы с радостью, но у меня следующие два месяца просто под завязку расписаны, одни сплошные показы и съёмки, — Койю обречённо улыбнулся. — А в июне я собирался взять отпуск. У нас годовщина свадьбы, пять лет, и Така уже вовсю строит планы, где бы лучше это дело отметить.

— А я разве говорил, что собираюсь прямо сейчас эти съёмки начинать? — Кисё вдруг рассмеялся. — Глупенький, даже песня ещё только на бумаге. Я в июле планирую релиз альбома, а эта песня уже будет синглом и позже. Съёмки начнём в августе, а то и в сентябре, никак не раньше. Да я и не требую от тебя согласия прямо сейчас, прикинь примерно свои планы и скажи, получится у тебя или нет. Просто мне очень хочется снять именно тебя. Никого другого в этой роли просто не вижу.

— В августе или сентябре? — Койю вздрогнул. — Но там уже Шота выйдет из декрета, почему бы вам его не снять? Зачем такие сложности со мной?

— Э, нет, дружок. Работу с личной жизнью не мешаю, — Кисё ухмыльнулся. — И потом, Шота будет весь в ребёнке, я не разрешу ему нанимать няньку.

Койю нервно сглотнул. Похоже, Шота всё ещё не рассказал супругу о том, что ждёт двойню. И вот ведь опять забавно — Таканори супругу сказал то же самое, что до трёх лет никаких нянек для малыша, только папина ласка и уход.

— А ещё, — продолжал разглагольствовать Кисё, — у Шоты совершенно не тот типаж, который я вижу. Не подумай ничего дурного, мой муж очаровательное создание, и я искренне им восхищаюсь, да, но он слишком… Слишком миловидный для этой роли.