— Виктор, позволишь?
— Разумеется, отец. Проходи. Я тоже хотел поговорить с тобой до совета. — Мужчины прошли в номер и сели в кресла вокруг небольшого мраморного столика. — Желаешь чаю или чего-нибудь еще?
— Благодарю, не стоит. Я хотел бы, чтобы ты пересмотрел свое решение и разрешил мне выступить на совете.
— Это исключено. Вы с Софией улетаете на рассвете, — бескомпромиссно заявил Виктор.
— У меня создалось впечатление, поправь меня если это не так, что ты подозреваешь Руолан в убийстве Бодженга и хочешь ее просто передать суду для расправы.
— Я, всего лишь, не исключаю такой возможности. Ты же знаешь, я, как никто, радею за возрождение Ордена Сумерек. И я осознаю, что есть посвященные бессмертные, которые хотят этому воспрепятствовать. Но в ее случае слишком много неизвестных. Несколько дней назад я связался с несколькими князьями и влиятельными вампирами, если они успеют прибыть к совету, возможно, нам удастся разобраться с этим хоть частично.
— Почему ты прилетел один? — вдруг прямолинейно спросил Ноель. Виктор удивленно изогнул бровь.
— Я посчитал, и как выяснилось не безосновательно, что данная поездка будет опасна для Мии, — спокойно ответил князь.
— Но она ведь Рожденная Луной, и должна помогать другим Стражам.
— Руолан была обращена задолго до рождения Мии, потому она не несет ответственности за этого Стража.
— И тем не менее, это скажется на отношении бессмертных к Ордену в целом.
— Сначала стоит создать этот орден, а уж потом волноваться о его репутации, не находишь? Я думаю, вам с Софией следует выехать в аэропорт как можно раньше. В случае, если на совете все сложиться неблагоприятно, вы должны быть в людном и охраняемом месте. Аэропорт для этого неплохо подходит.
Попрощались вампиры каждый при своих мыслях.
Наше время, Нью-Йорк, квартира Саймона Кука.
Ведьме даже не пришлось поить парня или заклинать. Когда он прибыл домой, то сам отключился, только добравшись до кровати. Должно быть, последствия пыли… Девушка закрылась в кухне, чтобы можно было спокойно провести необходимые заговоры и ритуалы. Она бы давно уже избавилась от него, чтоб вот так не прятаться, но как выяснилось, даже такой наивный простофиля, как Саймон, может быть весьма полезным. Айрис извлекла из его сумки и провела пучками по шелковому платку цвета ртути. Энергетика князя была так очевидна, что казалось, он его только что снял. Редкое качество для бессмертного. Стоило поторопиться, суд над Руолан начнётся с минуты на минуту. Девушка достала флакончик с бурой жидкостью и сделала небольшой глоток. Уже последняя, на днях надо будет пополнить запасы. Она зажгла четыре свечи и расставила их вокруг большой глубокой чаши. Положив туда платок Виктора и кулон Руолан, девушка, прикрыв глаза, начала монотонно мычать грудным голосом, входя и погружаясь в транс. Сначала ничего не происходило, но спустя несколько минут из чаши начал виться тонкой струйкой дым. Она улыбнулась и продолжила медитацию.
— Добавим вам немного страсти, — прошептала она и вбросила в чашу несколько лепестков красной розы. — И безоговорочного доверия, — решила ведьма, посыпая содержимое чаши сушеным шалфеем. Дым стал более плотным и скрыл содержимое от чужих глаз. Затем девушка прошептала заговор:
«Ночь и день в одно слились
Без сомнения, сдались.
Нету мыслей, ты -влюблен
Сердце, разум ослеплен…»
С чаши начали стрелять искры, а Айрис, откинув голову назад, погрузилась в длительную медитацию. Любовный заговор начал набирать силу.
Наше время, Пекин, 22.00
Ксандр и Виктор ждали девушку в холе отеля. На совет они решили ехать втроем. Хотя Ксандр и не имел титула, все знали, что он особо приближен к князю и это не противоречило правилам, особенно в сложившийся ситуации. Несколько часов назад Виктор попросил горничную передать Руолан заказанный им наряд. Сделать это лично было бы наглостью — правильно было оставить девушке шанс отказаться, если она сочтет подобный жест компрометирующим. Девушка спустилась точно в условленное время, и Виктор невольно отметил, как хорошо она держится. Страж была в его платье, что, странным образом, польстило вампиру. Хотя разум тут же подметил, что иного варианта у девушки не было — весь ее гардероб сгорел дотла. Закрытый темный верх, мягко переходил в светлый низ, на котором был восточный рисунок. Темные густые волосы спокойно струились по плечах и обрамляли идеально сердцевидное лицо. Виктор, следуя правилам этикета, подал даме руку, когда та спускалась со ступенек. Руолан легко кивнула мужчинам, приветствуя их, и тихо, обращаясь к одному князю, сказала:
— Спасибо. Благодаря вам, я буду иметь достойный вид несмотря на то, чем закончится эта ночь…
— Вам не стоит так думать, — заверил ее вампир. — Мы постараемся вам помочь.
Его губы словно сами произносили эти слова. Лишь где-то там, в глубине сознания, шевельнулось странное удивление этому неуместному оптимизму. Темные глаза князя медленно изучали ее черты. Легкий румянец на нежных щеках, аккуратно-изогнутые брови и собранный взгляд, которым она прожигала в ответ. Ни тени смущения или растерянности. Виктор чувствовал необъяснимое воодушевление, он даже усилил ментальный щит, подозревая внушение, но ничего не изменилось.
— Все в порядке? — обеспокоился Ксандр, ощущая эту перемену в вампире.
— Разумеется. Нам пора ехать. Сегодня не просто светский раут — опоздание сочтут моветоном.
К огромному удивлению Ксандра, Виктор отдал ему ключи, а сам расположился на заднем сидении, рядом со Стражем. У князя появилось смутное сомнение о ментальном воздействие, и всю дорогу он, то и дело, сканировал пространство, пытаясь понять, откуда идет эта атака.
В Храме Неба собралось необычайно много мировых бессмертных политиков. Часть из них сидели за огромным мраморным столом, другие же, разбившись на группы, стояли то тут, то там, ведя оживленные беседы и изредка громко изрекая свои мысли. Если бы ко всей этой картине добавить несколько фуршетных столов и официантов с вином — создалось бы впечатление светского приема. Но стоило Виктору, Ксандру и Руолан войти в зал, атмосфера тот час изменилась. Хорошо знавшие князя Нового света приветствовали его рукопожатием или кивком, другие возбужденно, заискивающе поглядывали.
— Доброго вечера, господа, — сдержанно отвечал им Виктор.
Когда к храму подъехала главная оппозиционная сила во главе с Хотару Яму, началось заседание. Все по негласной команде заняли места и устремили свои взоры на Анхеля Мора. Тот поднялся и сказал:
— Приветствую всех собравшихся. Мне выпала честь проводить сегодняшнее заседание. Мы собрались для выяснений обстоятельств смерти Бодженга, князя, который правил Поднебесной более ста лет. И уже исходя из результатов этого слушанья мы назначим нового правителя для этой территории. Думаю, правильным будет сначала выслушать Хотару Яму, как главного обвинителя, прошу. — Старый вампир указал рукой на воина и тот, поднявшись со своего места, сказал:
— Доброй ночи. К сожалению, я не был вхож в высшее общество и многих из вас не знаю, впрочем, как и вы меня. Несомненно, из-за этого кто-то усомниться в моих словах, но я - человек чести, и за все свои поступки несу ответственность. С Бодженгом у нас была давняя вражда. Это правда. Мне не нравилось, как он строил политику внутри страны, и какие порядки вводил. Но он получил титул честным образом, победив предыдущего князя в открытом поединке. И я уважал это и исполнял его волю. Если бы я решил свергнуть его, то никогда бы не опустился к подобной низости. Его отравили, затем обезглавили и вырезали сердце.
По залу прошел испуганный шепот. Подобные зверства были чересчур даже для вампиров. Эта информация стала сюрпризом и для Виктора. Он знал лишь об обезглавливании. Ван Арт ощутил на себе беглый взгляд Руолан, но не поддался искушению и не взглянул в ответ. Хотару Яму продолжил:
— Как известно, яды — оружие евнухов и женщин*. Разумеется, мое обвинение строиться не только на этом. Руолан поймали с поличным. К сожалению, никто кроме меня не может это подтвердить, так как двое моих людей, которые были со мной-убиты. Но я знаю, что я видел. Орудие, которым был убит князь — это старинный клинок, которым так искусно орудует девушка, и который так часто носила она. Это могут подтвердить слуги Бодженга.