**«Bram Stoker’s Dracula» — фильм режиссёра Френсиса Форда Копполы, основан на готическом романе Брэма Стокера. В главных ролях снялись Вайнона Райдер, Киану Ривз, Гэри Олдмен и лауреат премии «Оскар» Энтони Хопкинс. Мировая премьера состоялась 13 ноября 1992 г.

========== 16 ==========

Дайан покончил с отправкой последней шамотной* амфоры для сада Патрика Сноу, поставив подпись в сопроводительном листе, который протянул ему курьер. Отметил, как юноша быстро взглянул на Кота, сидевшего в этот раз не под столом, а на высоком трёхногом табурете, который для животного был очевидно маловат. Но Кот не обращал внимания на то, что время от времени то чёрный меховой зад, то одна из лап, то хвост соскальзывали с сиденья, норовя утянуть всего Кота за собою. Кот дёргал усами, выпускал когти для лучшей усадки, но табурет был мал.

— С пола не упадёшь, — намекнул Дайан.

— Бря-я! — ответил Кот.

— Ты слышал хоть слово грубости в том, что я сказал? — строго спросил Дайан.

— Мя, — коротко извинился Кот.

— Прежде он ставил подписи в документах, — решился курьер.

«Дарен Боб» было на писано на его бейдже. А ещё «Удалённая доставка города Ливерпуля».

— Он умеет.

— Он у вас из пробирки? — совсем осмелел Дарен Боб.

— Он не у меня.

Кота понесло матерным брюзжанием в три сложных предложения.

Дайан дождался последней точки.

— Нет, он Йольский Кот.

— А-а-а, порода такая?

— Порода такая, — кивнул Дайан, двигаясь к выходу, чтобы увести за собою курьера. Успел заметить, как обе задние лапы Кота оборвались и, закручивая когтями стружки в полированных ножках табурета, попытались предотвратить падение.

Он прошёл с курьером через украшенный к свадебному ужину патио. Отпустил того, попрощавшись.

Нашёл глазами Валери, которая за плечи уводила к двери очередную пожилую и сморщенную леди в стандартных кудряшках, кивая той и улыбаясь очень даже искренне. Леди цепко волокла небольшую коробку, но, если судить по силе хватки, очень ценную. Валери даже помахала на прощание. Развернулась.

— Дайан.

Двинула к нему, протянув руки, но обниматься не полезла.

— Как дела?

— Кота кто-нибудь воспитывал?

— Нет, конечно, все мы росли как крапива за сараем. Но нас с ним кормили из одной бутылочки.

Дайан задышал и сморщил нос.

— Это нормально. Мы выросли отличными людьми, — отмахнулась ведьма, но поправилась быстро: — И котами.

— В патио очень красиво. Что за странная ткань в драпировках?

— Вполне обычная, милый. Это лоскуты северного сияния.

— Северное сияние?

— Настоящее, не переживай. К вечеру будут эдельвейсы. И плачущие от счастья хрустальные ангелы.

— Не надо плачущих ангелов, миледи.

— Просто грустных? — не поняла ведьма.

— Вообще без ангелов.

— Ты чем-то расстроен? — Валери подобралась ближе.

— Просто будет излишне сладко, что ли…

— Дайан, Сесси покрывала сахарной пудрой каждый можжевеловый куст, убив прорву времени…

— Кусты и сахарную пудру оставьте, — сдался Брук. — Я не о той сладости.

— Ах… — вдруг сообразила миледи. — Гейская свадьба, да? Как не испортить гейскую свадьбу, сделав ту излишне гейской?

— Вот, это оно, — ткнул в воздух указательным пальцем Дайан.

— Милый, всё в порядке. Я и Сесси безупречны в этом отношении. Знаешь, самыми сложными в нашей практике были наши собственные свадьбы. Сейчас сравнишь и всё поймёшь. Прежде чем Милднайты на нас женились, пришлось урегулировать небольшой конфликт. Я говорила, что те хотели нас изловить и посадить в клетку?

Дайан покрутил головой, готовясь принять очередную никуда не лезущую историю из биографии миледи.

— Это потому что они промышляли отловом ведьм. Да, то самое. Двое огромных, ловких, но недалёких парней угощали инквизиторов свежими и не очень колдуньями. За деньги, разумеется. Элек и Никки не злые. Корыстные, разве. Ну, кто как мог деньги зашибал в молодости.

— Миледи, ни Элек, ни Никки не показались мне недалёкими при общении, — заметил Дайан.

— Это я любя, — вильнула та. — Поэтому я и Сесси сами посадили обоих в наше тёмное, сырое, склизкое подземелье. Месяца на полтора… Или меньше?

Валери остановилась, кусая коготок, вспоминая.

— Да не суть. Сам понимаешь, добрее и веселее те не становились. День за днём можно было наблюдать, как раскрываются самые неприглядные грани их характеров.

— Вы держали Милднайтов в подземелье, но после те всё же женились на вас? — Дайан очевидно не верил.

— Было одно компрометирующее стечение обстоятельств. Нас подвёл наш второй прихвостень, Ялу. Но, знаешь, это всё длинная и занимательная история для вечера у рождественской ели в канун. Я же о твоей свадьбе. Ты понимаешь, что после сырого подвала ни один, ни второй не были теми женихами, которые всем довольны? Но, Дайан, плачущие от счастья ангелы понравились даже им. Даже двум злющим бородатым мужикам из Белоземья, — закончила речь Валери, чеканя каждое слово в последнем предложении.

— Без ангелов, — сказал Дайан.

— Дай мне сил, — прошептала Валери себе в рукав блузки, склонив голову.

***

— Элек, задержись на минуту, — попросил Дайан Милднайта, привёзшего из аэропорта Роуз и Маргарет.

Когда встал вопрос, где селить прилетающих на скорую и «скромную» свадьбу лорда Сойера и Дайана родственниц, миледи выложили ещё один козырь из своих бездонных галактических рукавов.

«Конечно у нас на Колледж-Лейн. В «Голубом пальто» вероятностный вокзал. И привокзальная гостиница. Веди своих женщин к нам».

Поэтому Дайан вынул из «рэнжровера» обеих младших сестёр, пережил поцелуи и объятия, но не успел даже вставить «привет», потому что едва выбрался из шквала «почему так неожиданно, как он выглядит, маме было плохо и из-за тебя, и из-за простуды, поэтому она не прилетела, как можно найти подарок за такой короткий срок, боже, он такой классный, этот Элек, у него кто-то есть, а ты так и не ответил, что тебе подарить на свадьбу».

Дайан подхватил оба чемодана и ответил на самое последнее.

— Роуз, подари мне свою любовь.

— Дайан! — возмутилась та, застыв на лестнице. — Только мама могла проворачивать такое с нами в детстве. Это отговорка, ты же знаешь.

— Роуз, я сам в замешательстве. У Джона всё есть. И у меня тоже.

— Слушай, — притиснулась сзади Маргарет, дыша в ухо. — А ты скрытный. Какого чёрта?

— Что именно «какого чёрта», Мэг?

— Ты улетел, но ни слова не сказал о том, что Джон Сойер вампир и… — тут Маргарет задрожала в ресницах и завела глаза вверх, — лорд.

Дайан втолкнул обеих в номер и с облегчением швырнул чемоданы на пол.

— А чего, мама сразу схватилась за нитроглицерин, как узнала, что Джон вампир?

— Шутишь? Тут же, словно в руке с собой носила, — буднично ответила Роуз, ложась на кровать с покрывалом печворк.

— Можешь считать, что я просто стремился обеспечить ей более длительный покой.

— Мы с ног сбились, пока определились с платьями в столь короткий срок. Что за спешка со свадьбой? — сделала то же самое Мэг.

— Джон торопится, — уклончиво объяснил Дайан.

— Ты что, беременный? — захохотала Роуз, сама не понимая, насколько несмешно она шутила, учитывая ситуацию брата.

— Заткнись, Роуз, — сказал Дайан.

— И мы поругались с Астер, — сказала Мэг.

— Это с чего?

— Она тоже хотела лететь.

— Астер мне сказала, что у неё долги за семестр и поэтому здесь её не будет, — сложил руки на груди Дайан.

— Всё верно, но она просто поругалась с нами из-за досады, что хочет лететь, а не может, — пожала плечом Маргарет, поднимаясь.

— Я хочу есть, — сказала Роуз.

— И я хочу есть, — сказала Мэг.

— Звоните на ресепшен, — отвязался Брук, — они закажут из ближайшего кафе на вынос. Слушайте, мне надо идти.

— А у тебя какого цвета костюм? — забыла о голоде Роуз.

— Я вообще буду без костюма. Голым.

Роуз раскрыла глаза, остолбенев.