От дикого забега по квартире с яростными криками «А-а-а-а!» меня спасают два фактора: мама еще спит и надо срочно выбрать, что надеть.
Двенадцать платьев на собеседования показали свою несостоятельность, то есть оказались несчастливыми. Быстро набираю номер подруги и требую приехать со счастливым платьем.
Оно у нее есть. И мы оба в него влюблены.
Оно кожаное, черное, гладкое и суперобтягивающее.
Длина приемлемая, чуть выше колен. Узкое.
Главный секрет – молния впереди, вырез можно регулировать.
Чем ниже молния – тем труднее дышать мужчинам.
Обожаю этот эффект. Хочу незамедлительно проверить его на Марке. Ворваться в его офис и высказать всё, что я думаю о подстроенных им планах меня унизить.
Ну, я ему покажу, где раки зимуют!
– У тебя такая кровожадная улыбка, будто ты не на собеседование едешь, а кого-то убивать. Где спрятала пушку, Карин? – ухмыляется Вадик, и тут я понимаю, что он долго мне что-то говорил, но я настолько ушла в свои мысли, будто нырнула в глубокую прорубь без звуков и света.
– Ась? – встряхиваю головой, чувствуя, как завитые локоны нежно касаются щеки.
– Говорю, улыбка как у акулы! Не завидую тому, с кем ты будешь разговаривать! Ты с этой красной помадой и в этом платье как миссис Смит из фильма!
– Вадик, ты меня подожди, я недолго, – стискиваю маленькую сумочку на тонкой золотой цепочке в руке, а потом отбрасываю ее на сиденье. – Только поднимусь наверх, с мистером Смитом поболтаю – и обратно.
– В кафешку заедем? – радостный возглас парня уже не слышу, но машинально киваю.
Наверх меня несет праведный гнев, чувство обиды, помноженное на унижение возле подъезда, и страшной силы любопытство. Ну зачем, зачем Марк подстроил это собеседование?
У меня нет совершенно никаких сил разговаривать с секретаршей, сидящей в приемной, куда меня провожает молчаливый охранник. Зачем мне налаживать с ней контакт, если я точно не буду здесь работать?
А офис мне, как назло, нравится. Здесь так приятно и дорого пахнет кофе, свежим, элитным, только что сваренным. Вкусовые рецепторы шалят, память незамедлительно переносит меня в такую суетливую, но любимую атмосферу офиса.
Мне действительно нравилось работать секретарем и качественно, с усердием и самоотдачей выполнять свои обязанности, и жутко не хотелось увольняться.
Чуть не задохнувшись непрошеными слезами, врываюсь в кабинет Марка. Кабинет генерального директора. Огромный, весь в стекле, черной коже и глянце, с огромными панорамными окнами с видом на другие, такие же стеклянные, офисы.
– Ты опоздала, – первое, что я слышу от Марка, сидящего в черном кожаном кресле со сцепленными в замок руками. Замечает, что перепуганная секретарша забежала следом за мной и кивает ей: – Марьяна, это ваша секретарша на замену. Прошу любить и жаловать: Карина Брагина. Брагина же? Или ты замуж вышла? – обращается ко мне, едва заметно заломив бровь.
Ох и хитрец!
Вскипаю, как электрический чайник с бурлящими внутри пузырьками. И кнопку некому нажать.
– Нет, я не замужем, – цежу сквозь зубы, проходя внутрь и плюхаясь на кресло напротив Марка, куда меня никто не приглашал. Эта Марьяна говорила Даше, что ее босс идеальный. Вежливый, ответственный, спокойный. А еще он говорит такими фразами, будто Льва Толстого начитался. «Любить и жаловать!»
– Кофе, Марк Феликсович? – пищит Марьянка, держась руками за огромное пузо, которое я только сейчас замечаю. Неужели мне не соврали? Прищуриваюсь.
– Прошу, – медленно кивает и переводит взгляд на меня, когда секретарша тихо прикрывает дверь. – Ты опоздала.
– Марк, не нуди, – вздыхаю я, нервно смеясь и поправляя волосы. Дурацкие пряди прилипают к губам в помаде, руша образ роковой женщины. – Мы серьезно будем сейчас играть в собеседование?
– Я не понимаю, о чем ты, – он так естественно хмурится, что впору за Оскар побороться. Белая рубашка со стрелой галстука, указывающей вниз, приковывает мое внимание. И все-таки, что ни говори, возраст ему очень к лицу.
– Марк, объясни, что происходит, – требую несколько визгливо, как жена у мужа в браке с десятилетним стажем.
– Мне позвонили знакомые и сказали, что один хороший специалист готов выйти сегодня на работу и заменить Марьяну. Она уезжает на роды в Австралию к мужу, поэтому начинать нужно прямо сейчас. Если ты согласна, иди перенимай дела, если нет, не задерживаю. У меня действительно очень много работы и несколько крупных проектов на носу.
– Подожди-подожди! – пыхчу от злости и неожиданности. – Прямо сейчас? Но я не готова… Я не собиралась… Я просто хотела выяснить, зачем ты подстроил этот розыгрыш.
– Карина, мне не до розыгрышей, я правда ищу секретаршу, – говорит размеренно, доходчиво, как умственно отсталой.
– Тогда я ухожу! – поднять нос выше уже невозможно, но я всё же пытаюсь. – Это какой-то дурацкий спектакль, в котором я не желаю принимать участия!
– Выходит, меня обманули, сказав, что этот хороший специалист весьма нуждается в работе и ни один уважающий себя работодатель после двенадцати собеседований не возьмет его на работу? – Марк выглядит искренним, говоря свою речь, а у меня начинает кружиться голова, от стыда хочется провалиться сквозь землю вместе со стулом. Какой позор!
– Значит, ты не знал, что берешь именно меня на работу? – резко встаю, упираю руки в боки и смотрю в невозмутимое лицо Марка Фишера, восседающего в кресле генерального директора, как на троне.
– Нет, – отвечает спокойно.
– Не подстраивал мое трудоустройство? Не подговаривал мою подругу, отца или маму? – продолжаю допытываться. – Не хотел помочь мне в трудной ситуации?
– Я вообще не интересовался тобой, Карина, все эти годы. Ни с кем из твоих родных не общался. Это случайность, что ты заменяешь мою секретаршу в декрете, – пожимает плечами, лениво прикрывая веки.
– Не верю! После того, как я с тобой поступила, ты обязательно должен был лелеять планы о мести! – смотрю в загадочные глаза своего потенциального босса и пытаюсь понять, что он думает.
– Это было так давно, что я уже и забыл, – улыбается гад, отворачиваясь к ноутбуку. – А теперь иди на рабочее место и принеси кофе. Крепкий и без сахара. Иначе уволю за неисполнение рабочих обязанностей.
– Марк, я не успокоюсь, пока не узнаю правду. Ты сейчас врешь мне, глядя прямо в глаза, – упираюсь руками в стол и наклоняюсь ниже, прекрасно понимая, какой шикарный обзор даю своему хладнокровному боссу.
Он вообще живой?!
– Карина, у меня нет времени на выяснения отношений. Ты либо работаешь с сегодняшнего дня, либо мы прощаемся. Другого не дано. И это мое последнее слово.
Тысяча мыслей проносится в голове за одну минуту, когда я стою и хлопаю глаза, как глупая заводная кукла, у которой сзади не покрутили ключик. Но по тону Марка я понимаю, что он не шутит и точно не будет бегать за мной и уговаривать.
Тот мальчик из детства исчез безвозвратно, а его место занял жесткий хладнокровный делец, и, если даже что-то задумал, он не сдаст позиций и не позволит мне проникнуть в свои мысли. Задрожав, делаю последнюю попытку и сажусь боком на стол, соблазнительно изогнувшись.
– Ма-а-арк, – растягиваю его имя, чувствуя, как вибрация ласкает горло, а по телу проходит знакомый трепет, это очень похоже на начало флирта, – если ты хочешь, чтобы я работала на тебя, то я останусь.
Марк пренебрежительно морщит губы, в его глазах вспыхивает недобрый огонек, а взгляд недовольно проходится по моей фигуре. Следующие слова ставят точку в моем неумелой и такой глупой попытке воспользоваться женскими чарами, чтобы пробиться за железный фасад босса:
– Угомонись, Карина. Выйди за дверь. Скоро придет моя невеста, и ей очень не понравится, как ты ведешь себя в моем кабинете.
Глава 6
Первый рабочий день
Из кабинета вылетаю на всех парах, красная как рак. Мне нужно успокоиться и чем-то занять руки, и секретарша Марьяна так красноречиво звенит посудой в закутке для приготовления кофе. Спешу к ней, чтобы поделиться секретами приготовления идеального кофе для боссов.