— Ты его знаешь? — спросил Хатаке, обратно поворачиваясь к девушке.

— Это Наруто, — ответила она, пожимая плечами. — По-моему, его все знают.

— Потому что он особенный?

Об этом было не принято говорить, но Кицунэ и так знала, что Наруто был не таким, как все. Их объединяла разрушительная сила хвостатого демона, и если в Кицунэ была лишь малая часть его чакры, то в Наруто был запечатан сам Лис. Мальчик даже и не подозревал, что в деревне был кто-то, кто хоть каким-то образом мог понять его. Но Кицунэ не хотела открываться. Она продолжала держать в тайне свою особенность, и даже Сарутоби сказал, чтобы она пряталась, словно туз в рукаве.

— Мне кажется, что он не так плох, как все думают, — проговорила Кицунэ, отворачиваясь и продолжая путь дальше.

— Он постоянно портит чужое имущество.

— Таким образом он просто пытается привлечь к себе внимание. Думаю, он просто одинок. Дети в таком возрасте пытаются выделиться из толпы. Тем более, думаю, что он больше не занимается плохими делами.

— С чего ты взяла?

— Он мне обещал, — ответила Кицунэ, насупив брови и поджав губы.

— И ты веришь обещанию Наруто? — фыркнул в ответ Какаши.

— И что с того, что верю? — раздражённо спросила девушка, оборачиваясь и складывая руки. — Думаешь, это глупо?

— Я думаю, что ты сегодня слишком странная. Не с той ноги встала?

Возмущение заполнило девушку, и она встала как вкопанная, громко втягивая воздух в лёгкие. Её рот то открывался, то закрывался, а шальные глаза оставались широко раскрытыми. На ум пришло много красноречивых слов, но Кицунэ тут же попыталась себя успокоить, напоминая себе, что это не её истинные эмоции, а воздействие чужой чакры.

— А как мне быть, когда в мой дом пробирается человек и встречает из душа, когда я совершенно не готова принимать гостей?

— Радоваться, что эту красоту увидел хоть кто-то.

Кицунэ сжала зубы, возмущённая его высказыванием, а затем переменилась в лице, поняв, что именно он сказал. Щёки тут же вспыхнули алым, и девушка в упор смотрела на то, как под чёрной маской слегка дрогнули губы в улыбке. Этот мужчина пытался подшутить над ней и задеть её и так неустойчивый мир, и ему почти удалось это сделать.

Пытаясь подавить эмоции, Кицунэ отвернулась от Какаши и прибавила шаг, направляясь к воротам деревни, которые были совсем уже близко. Хатаке следовал за ней, догоняя, при этом не прилагая особых усилий, и это ещё больше начало раздражать девушку. Ей льстило то, что он считал её привлекательной, и одновременно раздражало то, что она так быстро таяла и млела от его слов. Ей должно было быть всё равно на это, но это было далеко не так.

Отмахиваясь от своих мыслей и чувств, девушка пересекла границу деревни и сорвалась с места, натягивая на лицо маску, которая висела до этого на поясе. Лишь тогда, когда она запрыгнула на ветвь дерева и начала прыгать, она обернулась для того, чтобы убедиться в том, что её напарник следует за ней. Кицунэ знала, куда стоило держать направление, и, понимая, что их ждёт не быстрая дорога, расслабилась и потеряла бдительность.

Вражеские шиноби были далеки от этого места, и необходимо будет некоторое время, чтобы догнать их и вообще найти. Кицунэ не верила в то, что они сразу же возьмут след, поэтому главной задачей было добежать до деревни. Преследуя главную цель, они продолжили двигаться вперёд, где были замечены их враги.

Всю проделанную дорогу они молчали, продолжая бежать, даже ни разу не остановившись на привал. Со временем мышцы уже начали затекать и болеть, но Кицунэ не обращала на это внимание. Она продолжала бежать до тех пор, пока солнце не село, и вокруг не образовалась темнота. Только тогда Какаши подал сигнал, чтобы они спускались на землю, и, повинуясь его приказу, Кицунэ остановилась и спрыгнула.

Стоило ей перестать двигаться, как всё тело дало о себе знать тупой болью, и девушка завертела головой, тем самым разминая шею. Какаши остановился на узкой поляне между деревьями, видимо решив, что это лучшее место для привала. До деревни путь ещё был неблизкий, но двигаться в темноте было несколько затруднительно, поэтому и было принято решение переждать ночь.

— Мы останемся здесь, — произнёс Какаши, осматриваясь по сторонам.

— Мы могли бы пройти ещё дальше.

— Я капитан, — отрезал он, и Кицунэ закатила глаза, радуясь тому, что на лице присутствовала маска.

Пнув рядом лежащий камушек, девушка стянула маску с лица и вдохнула полной грудью прохладный воздух, обратно выдыхая клубок пара. Какаши тем временем очертил на земле круг ногой, а затем, присев, начал складывать печати. Кицунэ с интересом смотрела на то, как из поднявшегося облака появилась маленькая собака с протектором на голове.

Кицунэ стояла несколько поодаль, чтобы слышать их разговор, но она видела, как эта призванная собака что-то отвечала Какаши, а затем, кивнув головой, побежала куда-то в сторону и скрылась среди деревьев. Хатаке обернулся и наткнулся на заинтересованный взгляд девушки, которая решила подойти ближе.

— Что это? — спросила она.

— Кто, — поправил её мужчина. — Это Паккун, мой нинкен. Я отправил его искать след.

— И много у тебя таких?

— Восемь.

Кицунэ присвистнула, поражённая тем, что Какаши имел в своём арсенале восемь ниндзя-собак. С каждым разом он всё больше и больше поражал её своими способностями, и Кицунэ убеждалась в том, что он был не так прост. Возможно, он был гораздо сильнее самого Итачи Учиха, что казалось невероятным.

— Значит, ты собачник, — задумчиво проговорила Кицунэ. — Котов не любишь?

— Предпочитаю тех, кто более верный и хоть как-то может выполнять команды, — ответил Какаши, вставая на ноги. — Нам необходимо развести костёр. Схожу за хворостом.

— Нет, лучше я, — остановила его Кицунэ, вызвавшись первой. — Я схожу.

Какаши задумчиво смотрел ей в след, когда, развернувшись, девушка последовала вглубь леса на поиски сломанных веток, которые пойдут на костёр. Она хотела посмотреть, куда именно пошёл этот Паккун и что он делал, поэтому, надеясь на это, скрылась среди деревьев, растворившись в темноте. Какаши остался стоять на поляне, смотря в ту сторону, куда ушла девушка, и лишь его тяжёлый вздох был слышен в этом месте.

========== 11. Неравный бой ==========

Кицунэ не знала для чего она вызвалась собирать хворост, ведь когда она нагнулась в очередной раз за поломанной веткой, все те ветви, что были у неё в руках, покачнулись и свалились на землю. Раздражение волной стало прокатывать по телу, и дабы не сорваться, девушка сжала руки в кулаки и замерла на месте, пытаясь досчитать до десяти. Непонятные эмоции вновь стали завладевать ею, и ей это совершенно не нравилось. В последнее время она чувствовала импульсы злости, и даже такая мелочь, как эти ветки, могли вывести её из себя. Для шиноби это было неприемлемо.

— Главное, спокойно дышать, — прошептала Кицунэ, сделав глубокий вздох.

Она наклонилась к земле и стала собирать все те ветки, которые выпали из её рук, и, собрав их, направилась обратно в лагерь. Но на полпути Кицунэ зацепилась ногой за торчащий из земли корень и, потеряв равновесие, полетела на кучу опавших листьев вперемешку с сырой землёй. Приземление было не из мягких, и девушка оцарапала кожу рук об острые ветви, пуская красную кровь. Новое раздражение волной захлестнуло тело, и Кицунэ, стиснув зубы, от злости прорычала, пытаясь сдержать в себе гнев.

Хотелось бить по земле и кричать подобно маленькому ребёнку от этой глупой ситуации, но она пыталась держать себя в руках. Она не могла поверить в том, что запнулась об какой-то корень дерева, потеряв бдительность и всю выносливость. Как так могло получиться, что она бездыханным телом свалилась сверху на собранные ветви, а не удержалась на ногах? Всё это было непонятно, и ещё больше раздражало её.

— Ночь обещает быть отвратительной, — буркнула девушка.

Руки были покрыты грязью, и, опустив голову и взглянув на одежду, Кицунэ заметила, что все серые щитки были теперь покрыты грязными разводами. Некоторые гнилые листья прилипли к экипировке, и, рыча от недовольства, девушка стала стряхивать с себя всю прилипшую грязь. Оцарапанные ладони жгло от попавшей в раны грязи, но Кицунэ не обращала на это внимание, продолжая пытаться привести себя в нормальный вид.