Гарри закончил. Несмотря на огромную теоретическую базу, подобную схему он использует в первый раз, и есть вероятность, что он мог чего-то упустить. Гарри с небольшой тревогой смотрел за директором, ожидая его подъёма.

Но тем не менее всё сработало как надо.

Директор встал, а Гарри тут же снял «Кигхн Сэпт» и чуть было не получил клювом в глаз от феникса, но Альбус поднял над головой руки, и птица тут же вернулась к хозяину, исчезнув вместе с ним во вспышке пламени.

— Нифига! Сработало! — Джастин убрал палочку, которую достал секунду назад. — Я был уверен, что что-то пойдёт не так… Так, а нафига ты сказал ему избегать заклятий, ускоряющих мозг? Они типа снимут Обливиэйт?

— Нет. Они просто вступят с ним в конфликт, и Дамблдор угодит в Мунго. Помнишь прошлое лето? Тогда я использовал на себе Авейк, ускорил работу мозга, а Волдеморт наоборот, он чуть не взорвал мне голову. И когда я вернулся в Хогвартс, то просто не смог прийти в сознание. Или что-то подобное.

— Фига ты всё продумал. Я бы просто сказал «Обливиэйт» и надеялся бы, что он сработает.

Да… Надёжный план, нечего сказать.

— И он бы сработал. Но только на самые последние воспоминания. Очнувшийся Дамблдор смог бы понять, что ему стёрли память.

— Пофиг. Хорошо. Итак. Значит, у нас есть день до того момента, как Дамблдор вернётся нас пиздить, верно?

— Да, если я где-то ошибся. А пока можно как-нибудь подстраховаться и быть готовым, если всё пойдёт наперекосяк.

— Не представляю, как. Даже если найму телохранителя, он меня не спасёт. Ну его, короче, — Джастин махнул рукой и направился к выходу. — Пойду лучше напьюсь. И надеюсь, в баре не встречу Дамблдора. Кстати, не забудь убрать бардак, а то он догадается, увидев этот погром.

Финч-Флетчли покинул комнату.

Ну, каждому своё.

Гарри осмотрел комнату и парой взмахов палочки привёл её в почти прежний вид. Ну, не совсем в прежний, бардак так и остался, но шкаф с омутом памяти теперь стоит на своём месте, а повреждений от попаданий заклятий как ни бывало.

Итак… Пока Дамблдора нет, надо посетить Хогвартс.

Гарри наклонился под кровать.

Прошло двадцать четыре часа. За это время Гарри спал ноль часов и ноль минут. Тяжёлое испытание для организма, которому недавно стирали память на протяжении половины жизни. И дикая усталость к тому же, которую, впрочем, полностью блокировал пятый наложенный Поттером Авейк.

Гарри знал, что так играться с организмом нельзя и потом ему это может аукнуться, а ведь ему ещё завтра вставать на похороны. Они пройдут в пять часов вечера, но с его режимом это скорее семнадцать часов утра, ведь даже если он ляжет прямо сейчас, то вряд ли встанет в ближайшие двенадцать часов уж точно.

Но Поттер был доволен, а на его лице была улыбка, которая не появлялась со смерти Чжоу. Он добился всего, чего хотел, и далеко не в пустую провёл это время.

Перед тем, как подняться на свой этаж, Гарри зашёл к миссис Финч-Флетчли и попросил впустить студента Дурмстранга, если вдруг тот сегодня придёт. После чего Гарри наконец подошёл к своей комнате, мечтая лишь о тёплой кроватке.

У самой двери Гарри остановился.

«А вдруг за дверью Дамблдор?» — неожиданно подумал он.

И ведь действительно, с момента наложения Обливиэйта и Конфундуса прошёл ровно день, а значит, директор уже получил возможность самостоятельно мыслить и мог до чего-то догадаться.

Но ведь он всё сделал правильно. Обливиэйт должен сработать как надо, а Конфундус точно сработал. Ошибки быть не может, а значит, и Дамблдора за дверью нет, правильно же?

И всё же…

А вдруг есть? Открывает он такой дверь, а там Дамблдор стоит с фениксом на плече и такой: «Ага! Думал, что стёр мне память, да? А вот нифига! Попался! Теперь время идти в Азкабан, муахаха!».

Улыбнувшись своим мыслям, Гарри открыл дверь и осмотрел комнату. В центре комнаты стоял Дамблдор, а его палочка была направлена на Поттера.

«Твою мать».

Комментарий к Глава 138. Казнить, нельзя, помиловать, 2, Не может же какой-то больной ублюдок специально убивать всех людей, чьи имена не начинаются на “Д”?

Может! хыхы!

Помните идею про Побег из Азкабана? Русская версия, которая? Когда я вам проспойлерил сюжет а вы даже не догадались. Так что, реализуем?

====== Глава 139. Here we go again ======

Появление Дамблдора было настолько нелогичным и пугающим, что Гарри так и застыл на пороге комнаты и не мог решить, что ему делать дальше. Он понял, что что-то всё-таки пошло не так, и теперь директор пришёл за ним… Но что с этим делать-то? Никаких вариантов выхода из этой ситуации Поттер не видел. Дамблдору он не ровня, победить его в бою не выйдет, ждать подмоги Джастина, как в прошлый раз? Но если директор действительно всё вспомнил, то тот не подставится? Банально сбежать? Абсурд, догонят. Аппарировать? Кстати, аппарировать! Хороший вариант. Все вещи его, правда, тут. И вряд ли он сможет с кем-то общаться из своих старых знакомых. А значит, всё. Конец старой жизни. Что он может сделать? Забрать деньги из банка и пойти сражаться в Южную Америку? Хмм…

Дамблдор тем временем тоже ничего не предпринимал, а смотрел на Поттера, ожидая его действия. Впрочем, через секунд десять тот наконец подал голос:

— Ну что, Гарри, знаешь зачем я пришёл?

— Да, — признал Поттер, приготовившись при первом же взмахе волшебной палочки директора, аппарировать. Дамблдор пришёл, чтобы забрать его в Азкабан, но он не подставится.

— И зачем же?

А вот это уже было странно. Зачем он пытается выяс… А может, тот всё-таки вспомнил лишь часть из утерянных воспоминаний? И сейчас пытается вытащить из него информацию.

— Вы пришли, чтобы сообщить мне, каким образом будут проходить завтрашние похороны, — Гарри, который уже практически сознался во всех грехах, начал корчить из себя дурака, не забывая при этом внимательно следить за волшебной палочкой директора.

В конце концов, теперь у него есть подстраховка.

— Думаешь, ради этого?

Точно! Он чего-то не помнит!

— Ну… — Гарри изобразил задумчивость. — Может быть, не из-за этого. Вам лучше знать, зачем Вы сюда пришли. И, директор, не могли бы Вы опустить волшебную палочку, после Отдела Тайн мне немного некомфортно это.

Дамблдор палочку не опустил, но вышел из состояния «боевой готовности», его лицо немного разгладилось, а сам он чуть опустил руки.

— Скажи мне, Гарри, я к тебе вчера не приходил?

— Нет. Последний раз мы виделись в Хогвартсе.

— Странно. Знаешь, что случилось, Гарри? Сегодня я проснулся и понял, что мне стёрли память.

«Так, ситуация проясняется. И как именно ты это понял?»

— Грюм говорил, что человек не сможет сам догадаться, что ему стёрли память. Вернее, если там… в общем, есть какие-то условия, но я про них не знаю, так как ни разу не применял заклятие стирание памяти.

— Аластор прав, Гарри, наш с тобой мозг — чрезвычайно сложный орган, манипуляции с котором практически невозможно обнаружить. Однако ты должен знать про такую вещь, как Омут памяти, и сегодня я обнаружил, что воспоминания в омуте не соответствуют воспоминаниям у меня в голове.

Омут! Чёрт! Но он же знал, что так может быть!

— Может, это что-то произошло с Омутом памяти? Он мог… я не знаю, сломаться.

— Омуты памяти не ломаются, Гарри. И я действительно обнаружил у себя в голове странные воспоминания, и мне это кажется довольно… маловероятным. Я помню, как я пошёл выпить в бар маглов, хотя для этого я всегда посещаю мадам Розмерту, и ещё некоторые детали. В общем, память мне всё-таки кто-то стёр. И знаешь какая странность, Гарри? Последнее воспоминание, которое находилось в Омуте, это то, что я собирался прийти сюда. Странно, правда?

Блин, он закинул воспоминания сразу перед приходом сюда. Худший вариант. Но при этом, Дамблдор очевидно не связывает это происшествия со смертью Пирса Полкисса, а значит, всё хорошо. Не все манипуляции с памятью были обнаружены Дамблдором и к таким же выводам тот прийти вряд ли сможет.