— Мама, не надо!

Но уже поздно. Глаза всех трех киборгов теряют фокусировку. Они дружно настраивают звуковые фильтры и начинают рассказывать. В подробностях. Катрин хватается за сердце. Лицо ее багровеет в преддверии инсульта. Корделия вскакивает и начинает махать на нее подвернувшимся подносом.

Корделия:

— Молчать всем! Маму до инфаркта доведете.

Дэн (по внутренней связи):

— Я все-таки никогда не пойму людей. Сначала задают вопрос, а когда начинаешь отвечать, на тебя орут и требуют заткнуться. Где логика?

Мартин (по внутренней связи):

— Это нечеловеческая логика.

Дэн (по внутренней связи):

— А какая?

Мартин (по внутренней связи):

— Женская.

Дэн (по внутренней связи):

— А в чем разница?

Мартин бросает на Дэна взгляд с ярко выраженным превосходством.

Кеша (по внутренней связи):

— Эй, жестянки, а меня спросить не хотите?

Дэн (по внутренней связи Мартину):

— Это ты дал ему допуск в сеть?

Мартин (по внутренней связи):

— Слышал выражение: легче отдаться, чем объяснить, что не хочешь? У меня эта опция по умолчанию. Ты через полчаса свалишь, а мне тут жить.

Дэн (по внутренней связи после очередного анализа поступающей информации):

— Через сорок пять минут минимум.

Кеша (по внутренней связи, презрительно):

— Через четверть часа максимум. Слабак!

Мартин (по внутренней связи, Дэну):

— А правда, что у Irien’ов хрупкие кости?

Дэн (по внутренней связи, задумчиво глядя на Кешу):

— Правда. Особенно в области шеи. Я вот как-то одному Irien’у… в общем, провел с ним воспитательную беседу.

Оба киборга выжидающе смотрят на Кешу, ожидая ответной реплики. Но Кеша гордо вскидывает голову и отворачивается, выражая полное пренебрежение. Корделия, откачав маму и накапав ей сорок капель хорошего коньяка, внезапно обращает внимание на странно притихшего паразита.

Корделия (с едва заметной иронией):

— Что с тобой, Кешенька? Ты такой молчаливый. И аппетит пропал.

Кеша обиженно выпячивает нижнюю губу.

Мартин:

— Завидует.

Кеша (немедленно обретая боевой настрой):

— Кто завидует? Я? Чего это? И кому? Какому-то… какому-то дилетанту. Жалкому любителю.

Дэн:

— Тед не дилетант. У него даже в «Матушке Крольчихе» консультируются. Он и мне лекцию читал.

Кеша презрительно фыркает.

Крики и визги прекращаются. Слышится шум льющейся воды.

Корделия:

— Ну вот, теперь в ОЗК, кроме подотдела очистки, есть еще и скорая сексуальная помощь. Будем вызывать.

Мартин:

— Но Кире мы не скажем.

Корделия:

— Само собой. И Трикси.

Дэн отводит глаза и трогательно краснеет.

========== День седьмой ==========

Планета Новая Москва. Квартира Корделии Трастамара

Сцена первая

На прилегающей к квартире парковке Мартин разгружает беспилотник. На беспилотнике логотип крупной торговой сети, специализирующейся на продуктах питания. Мартин методично сверяет доставленные продукты со списком в планшете.

Из дверей гостиной появляется Кеша, одетый альтернативно своему обычному стилю — в потертых брендовых джинсах, кроссовках, в футболке с горящей надписью «Последний самец Апокалипсиса», кожаной куртке и бандане. Мартин, в отличие от него, имеет вид нарочито домашний: старые обрезанные у колена джинсы и одна из его геральдийских футболок.

Кеша наблюдает за его деятельностью с пренебрежительным превосходством. Углядев в аккуратной башенке доставленных продуктов прямоугольники шоколадок, подкрадывается и пытается одну выкрасть. Мартин, не отвлекаясь и не поворачивая головы, молниеносно пресекает попытку грабежа. Кеша отскакивает в сторону и оскорбленно дует на ушибленную конечность, трясет ею в воздухе и даже поскуливает. Затем, налившись благородным негодованием, мужественно показывает спине Мартина язык. Мартин, опять же не утруждая себя поворотом головы, показывает кулак, затем отогнутый средний палец.

Кеша (по внутренней связи):

— Бе, бе, бе!

Мартин вздыхает и возводит глаза к небу, видимо, умоляя Архитектора Матрицы послать ему терпения.

Кеша:

— Чем сегодня займемся? Может, пошвыряем стулья в окно?

Мартин (заканчивая сверку продуктов):

— Я бы пошвырял лишних киборгов. А то их поголовье на единицу площади как-то неконтролируемо умножается.

Кеша:

— Так я не против! У кого гарантийный срок вышел, от того и избавимся. Зачем нам металлолом? Нам металлолом не нужен.

Мартин снова возводит глаза к небу и делает несколько медитативным вздохов. Медленно оборачивается. Кеша на всякий случай пятится. Мартин окидывает его оценивающим взглядом.

Из гостиной за ними наблюдают Корделия и Катрин. Камилла где-то отсыпается.

Катрин (жалостливо):

— Может быть, погулять его выпустим? А то Кешенька совсем засиделся. Зачах. Пусть сходит куда-нибудь, развеется. Киборгам же послабление вышло. У них иммунитет. Кешенька же для людей создан, для общения.

Корделия:

— Ага, для промискуитета он создан.

Катрин:

— Вот почему ты такая? Как про своего бандита, так умница да лапочка, а как про моего Кешеньку — так гадкие слова!

Корделия:

— Почему гадкие? Исчерпывающая характеристика единственно доступной для него деятельности.

Катрин (настороженно):

— Это какой?

Корделия:

— Беспорядочные половые связи.

Катрин обиженно молчит.

Корделия:

— Да выпускай. «План-перехват» этого киберё… кибервибратора сама объявлять будешь. Обзвони заранее все подпольные бордели, раздай бомжам по стольнику и закажи цистерну технического спирта.

Катрин:

— А это еще зачем?

Корделия:

— Отмачивать будем.

В то же время у беспилотника на парковке.

Мартин:

— И куда это ты так вырядился?

Кеша:

— Клево, да? Это меня за хлебушком послали.

Мартин растерянно изучает всевозможные хлебобулочные изделия в вакуумных упаковках: круассаны, багеты, брецели, ржаные тосты и сухарики всех возможных вариаций.

Мартин:

— Куда послали?

Кеша:

— Ой, ну сейчас начнется. Упреки, обвинения, претензии… Молча завидуй. Молча.

Мартин в еще большей растерянности.

Мартин:

— А… чему?

Кеша:

— Ты не в курсах что ли? Во время карантина разрешается выгуливать собаку.

Мартин:

— У нас есть… собака?

Кеша (теряя терпение):

— Нет, у нас есть киборг. И его тоже надо выгуливать.

Мартин:

— Ну неси.

Кеша (тоже в растерянности):

— Чего?

Мартин:

— Ну как чего. Ошейник, поводок, намордник.

Кеша:

— Это еще зачем?

Мартин:

— Как это зачем? А как еще ты предлагаешь тебя выгуливать? В городских условиях собаку полагается выводить только на поводке и в наморднике. Ошейник желательно строгий. И кляп.

Кеша:

— А кляп зачем?

Мартин:

— Собаке-то кляп не нужен. Собака существо разумное, лишнего не скажет. А вот некоторым болтливым киборгам, во избежание усечения, не помешал бы. И еще кое-что я бы от себя добавил… Для безопасного выгула.

Мартин делает загадочное лицо. Кеша разрывается между желанием парировать в стиле «Сам дурак» и любопытством. Любопытство побеждает.

Кеша (с величайшей осторожностью):

— А что?

Лицо Мартина озаряется вдохновением.

Мартин:

— Давным-давно жили на Земле благородные рыцари.

Кеша:

— Это у которых имплантаты были не внутри, а снаружи?

Мартин:

— Вроде того. Так вот, эти благородные рыцари часто отлучались из дома и уезжали совершать подвиги.

Кеша:

— Короче, Склифосовский. Прелюдия затягивается.

Мартин:

— Не мешай. Эта вступительная лекция для того, чтобы ты проникся. Ощутил все величие замысла. Так вот, они надолго уезжали из дома и оставляли своих прекрасных дам в одиночестве. А дамы те были молодые, цветущие, в самом репродуктивном возрасте, с гормональными излишками.