Но они всё ещё изучали звезды. Карта неба уже была настолько полной, насколько позволяли их скромные возможности. И в основном звезды были предметом их разговоров.

   -- Звезды всегда в движении, как рыбы в чистой воде, -- как-то раз сказала Бри. -- Все рыбы поворачивают одновременно -- но звезды не рыбы. Интересно, что они такое и в чем плавают?..

   Ойра сорвала травинку, поднесла её к носу, которым так восхищался Лэйнтал Эйн, закрыла один глаз, затем другой.

   -- Травинка перемещается из стороны в сторону в моих глазах, хотя я знаю, что она неподвижна. Возможно, звезды тоже неподвижны, а движемся мы.

   Бри выслушала это и промолчала. Затем она тихо сказала:

   -- Ойра, дорогая, может это и так. Может земля движется всё время. Но... А что ты думаешь относительно солнц?

   -- О, они тоже не движутся. Движемся мы вокруг них. И они очень далеко от нас, как и звезды. Но Фреир приближается к нам, Бри, потому что становится больше...

   Они посмотрели друг на друга, ошарашенные своим выводом. Красота и ум словно исходили от них.

<p>

* * *</p>

   Охотники, занятые делом после того, как был построен мост, не обращали внимания на небо. Богатые западные равнины были открыты для них. Луга здесь были покрыты зеленой травой, по которой легко было бежать за добычей. Везде росли цветы, над которыми кружили насекомые. Добыча была богатой и доски моста были постоянно окрашены свежей кровью.

<p>

* * *</p>

   В то время, как репутация Аоза Руна росла, влияние Шэй Тал падало. Женщины теперь были заняты работой -- сначала на строительстве моста, а затем в сельском хозяйстве. Поэтому интеллектуальная жизнь в городе затихла. Однако это ничуть не беспокоило Шэй Тал. После своего возвращения из мира мертвых она стремилась к уединению. Она решительно избегала Аоза Руна и жители города всё реже могли видеть её тощую, костлявую фигуру. Единственный, с кем она теперь общалась, был мастер Датнил.

   Хотя старый мастер больше не осмеливался приносить ей тайную книгу гильдии, он много говорил о прошлом. И Шэй Тал слушала его рассказы о старом Эмбруддоке, населенном людьми с незнакомыми именами. Она подумала, что это похоже на путешествие в мир, населенный призраками. То, что казалось ей темным, для него было живым, излучало свет памяти.

   -- Я знаю, что когда-то жизнь в Эмбруддоке кипела, была наполнена духовностью, а не только заботой о пище, -- медленно говорил старый мастер. -- Затем, как ты знаешь, произошла катастрофа... Когда-то здесь существовала гильдия каменщиков, которая построила весь город, но она исчезла сотни лет назад, а гильдия ученых исчезла ещё раньше...

   Шэй Тал внимательно слушала его и обратила внимание, что старик говорит так, как будто сам живет в прошлом. Прошлое для него -- это настоящее, подумала она. Она предположила, что он просто пересказывает ей то, что прочел в тайной книге.

   -- Почему же наш город построен из камня? -- спросила она. -- Ведь мы уже знаем, что куда проще строить из дерева.

   Они сидели в полутемной комнате мастера. Шэй Тал расположилась на полу. Мастер Датнил сидел на панновальской каменной скамье возле стены: ему было уже трудно подниматься с пола. Тут же присутствовали обе его старых жены и Райнил Лайан, его главный помощник -- полный взрослый мужчина с холеной бородой.

   Старик не ответил Шэй Тал. Он поднялся и сказал:

   -- Пойдем на воздух. Сейчас очень тепло и это полезно моим старым костям.

   Он тяжело оперся на Шэй Тал и они медленно пошли по улице, где в грязи копошились свиньи. Вокруг никого не было. Охотники ушли в западные равнины, женщины работали на полях вместе с рабами и детьми. Собаки спали.

   -- Охотники сейчас так долго отсутствуют, -- сказал Датнил, -- что женщины совсем отбились от рук. Наши рабы возделывают не только наши поля, но и наших женщин. Вутра, куда катится наш мир...

   -- Люди ведут себя в этом отношении как животные, -- мрачно сказала Шэй Тал. -- Холод пробуждает интеллект, тепло -- чувственность.

   Она посмотрела вверх, где над башнями кружили птицы, таскающие пищу своим птенцам. Старый мастер похлопал её по руке, взглянул в лицо.

   -- Не грусти. Ты мечтаешь отправиться в Сиборнал -- и это скрашивает твою жизнь. Каждый должен иметь что-нибудь в душе.

   -- А что именно?

   -- О, что угодно, на что можно опереться в реальной жизни. Видение, сон, надежду... Мы живем не хлебом единым -- даже самые тупые из нас. В каждом есть внутренняя жизнь, которая не умирает, когда мы уходим к призракам.

   -- О, внутренняя жизнь... И она не может умереть от духовного голода?

   Они остановились возле Большой Башни, рассматривая каменные блоки, из которых она была сложена. Несмотря на прошедшие века, башня стояла надежно. Блоки, тщательно подогнанные друг к другу, казалось, задавали им вопрос. Как эти блоки были изготовлены? Как смогли сложить из них башню, простоявшую многие века среди бурь и набегов?..

   Вокруг них вились пчелы. В воздухе носились птицы. Шэй Тал чувствовала, как в неё входит ощущение чего-то великого, всеохватывающего.

   -- Я хотела бы восстановить город, -- сказала она, печально глядя на обветшавную башню. -- Но нужно иметь много очень твердой стали, чтобы так обтесать камень. Мы не умеем сейчас делать такую.