– Вот-вот, никто этого не понимает. А опомнятся – никому не нужны. Мужики-то быстро разбегутся, – третья голова оскалилась.
Я кисло улыбнулась и заткнула уши наушниками, громче врубив радио. Голос диктора заглушал змеиное шипение преподавательниц, которые начали непрозрачно намекать на мою доступность.
Ничего. Когда-нибудь всё получится. Я буду худой и прекрасной, уволюсь из института и обрету известность в интернете.
Осталось только перебороть боль во всем теле и не помереть на сегодняшней тренировке.
Глава 8
Он оглядел меня с ног до головы, и что-то в его взгляде мне не понравилось. Наверное, скепсис.
– Ты что сегодня ела, Варвара? – В голосе Клима послышались нотки недовольства. – Я же присылал тебе то, что подойдёт лучше всего. Но у меня ощущение, что ты всё-таки добралась до того шашлыка. – Он вдруг усмехнулся. – Или ты просто опухла и отекла? Не пей на ночь много воды.
Я поджала губы, но ничего не ответила. Лишь сильнее сжала пальцы в кулаках.
– Начнём с самой напряжённой тренировки, пока ты ещё со свежими силами в начале недели.
Мне захотелось расхохотаться ему в лицо: в каким это местах он разглядел во мне свежие силы? Пусть покажет.
Он будто услышал мои мысли и добавил:
– Хотя ты сегодня далека от свежести.
Значит, вот так, да? Далека от свежести? На себя посмотри, паршивец.
«Да ну, – заныло внутри. – Он-то в отличие от тебя, опухшей амёбы, в отличной форме. Помнишь те безумно-прекрасные кубики на его животе?».
Я поморщилась, отмахиваясь от воспоминаний не только о кубиках на его животе. Если Клим Сергеевич унижает своих клиентов, а они всё равно от него в восторге, это означает, что он-таки добивается от них хорошей формы. А уж когда и я похорошею, то в тот же день обрушу на этого самодовольного кретина всё, что во мне накопится.
Но стерпеть я всё же не смогла.
– Может, ты будешь меньше трепать языком и больше работать?
Клим словно не заметил моего рычанья.
– Сегодня займёмся ногами и ягодицами.
Его взгляд скользнул по моей попе, обтянутой спортивными брюками (естественно, я не носила те коротенькие шортики, какие любят надевать на себя фитнес-модели – а, чёрт возьми, хотелось).
– Займёмся, если надо, – буркнула я.
– Итак, пятнадцать минут бега и разминка. Потом покажу тебе несколько стандартных упражнений на ягодичные мышцы и ноги. Вперёд, – добавил изверг, указал пальцем на беговую дорожку, а сам направился к девушке на ресепшен (сегодня это была не Оля, но не менее тощая и желающая всем помочь девица).
Я проковыляла к тренажёру, выбрала щадящий режим и побежала лёгкой трусцой. Мышцы ныли и сопротивлялись. Казалось, я слышу скрип собственных суставов.
Через семь минут подошёл Клим и молча увеличил на беговой дорожке скорость.
Полотно подо мной понеслось, и я, стиснув зубы, понеслась тоже, чтобы не съехать назад и не распластаться на полу. Сил совершенно не осталось, и при мысли о том, что это только начало, меня бросило в жар, а футболка и без того стала влажной.
Да я вся вспотела и вымокла, как выдра!
«Это выходят шлаки и токсины, дорогая… шлаки и токсины… вот такой зубодробящий детокс, – прогудел в голове монотонный голос Адель (когда мне становилось невмоготу, мой мозг искал утешения у подруги, пусть её и не было рядом). – Лучше бы, Варюша, ты взяла у меня чай для похудения с красным перцем, трухой берёзы и экскрементами галапагосских вьюрков».
Мне захотелось разреветься.
Будто почуяв, что я вот-вот упаду, Клим уменьшил скорость. Вскоре я пошла пешком, пока совсем не остановилась.
Но сердце всё равно колотилось, как бешеное.
– Отдыхаем минуту, – скомандовал тренер.
– Мне нужно больше, мне нужен час, – выдохнула я, выискивая, к какой стене бы привалиться.
Клим глянул на часы и обхватил моё запястье горячими пальцами, считывая пульс.
– Так… хорошо. Проблем нет, – констатировал он.
После недолгой разминки – мои тридцатидвухлетние суставы уже почти и не скрипели – на меня обрушился весь ужас понятия «День ног».
Началось всё с глубоких приседаний со штангой на плечах (слава богу, без увесистых блинов), а продолжилось выпадами на каждую ногу с гантелями по два килограмма. На отдых между повторениями изверг отводил не более сорока секунд.
Когда я была уже на грани обморока, он сунул мне в руки одну гантель и сказал:
– А теперь плие.
– Что? – прохрипела я.
– Плие. Я покажу.
Клим встал рядом лицом ко мне.
– Раздвинь ноги.
Из-за шума в ушах я не сразу сообразила, что он сказал, а когда сообразила, то удивилась собственному спокойствию. Ну да, он сказал: «Раздвинь ноги». Что в этом оскорбительного? Он же тренер. Да он почти не издевался надо мной, на самом деле. Или всё же издевался? Усталость помешала мне разобраться в этом вопросе.
– Не так выразился, – поправил Клим сам себя. – Поставь ноги шире плеч. Вот так. – Он провёл ладонями по моим бедрам, заставляя меня поставить ноги шире, и добавил с уже знакомой хрипотцой: – Если всё делать правильно, будет работать внутренняя часть бедра. Чего мы и добиваемся.
– Поняла, – слабо кивнула я.
– Носки на сто двадцать градусов разверни. Да… вот так. – Клим коротко улыбнулся, одобряя мои старания. – А теперь приседай вниз, как борец сумо, только спину ровно держи. Да, вот так, молодец.
Что? Он сказал: «Молодец»? Я не ослышалась?
– Таз чуть назад, но не сильно, – продолжал наставлять меня Клим. – Бёдра параллельно полу. Голени – перпендикулярно.
Параллельно, перпендикулярно… Господи! Мы будто на уроке геометрии.
Он обошёл меня и встал позади. Через секунду я почувствовала, что его ладонь легла на мою правую ягодицу, а пальцы чуть сжали мышцу, словно проверяя её упругость.
– Да, всё верно, – послышался его сиповатый голос.
А меня в это время разрывали сомнения: имеет ли он право вот так лапать клиентку за задницу с целью проверить, всё ли она делает правильно? Или с умным видом позволяет себе лишнего? Я бы могла заявить, что подам на него в суд за домогательства, но продолжала сомневаться в том, что это будет верным шагом, а потому терпела его прикосновения.
Терпела до тех пор, пока с грохотом не выронила гантель из рук. Все, кто был в зале, обернулись. Какая-то девица, занимающаяся на велотренажёре, оглядела меня с усмешкой и поморщила носик.
Будто опомнившись, Клим убрал руку и более строго произнёс:
– Аккуратнее с инвентарём, на ногу себе не урони.
Нет, он всё же издевался!
Во мне снова забурлила злость.
– А ты руки не распускай, – процедила я и на всякий случай оглянулась на остальной зал в надежде, что никто, кроме Клима, меня не услышал.
– Ладно, дальше сама, – сказал он. – Спину прямо, плечи не опускай, напрягай пресс и ягодичные мышцы при подъёме. Поняла? Работай. Четыре подхода по десять раз.
Дав указания, он вышел из зала так стремительно, будто сбегал от злых сил.
Я усердно и почти без стона выполнила всё, что он велел. И так увлеклась, что не сразу заметила, что Клим вновь появился в зале. Он стоял у стены и наблюдал за моими сомнительными успехами в приседаниях «плие».
После этого он поиздевался надо мной ещё примерно минут тридцать, а я еле держалась на ногах. Мышцы тряслись и, казалось, уже не выдерживали вес тела (я так надеялась, что скинула за время сегодняшних пыток килограмма два-три, но как показали весы, я лихо размечталась: вес не изменился).
– Завтра будет проще, – пообещал мне Клим Сергеевич перед тем, как оставить моё истерзанное тренировками тело в покое.
Я протопала в раздевалку, мысленно представляя себя в горячей ванне, мечтая, как расслаблю мышцы, и тело отпустит тупую ноющую боль.
И тут вспомнила, что в фитнес-клубе есть сауна и бассейн. Так чего ждать? Можно ведь расслабить мышцы уже сейчас, а не терпеть до дома. К тому же, во мне заговорил человек, потративший немалую сумму на «Лав-Боди», чтобы игнорировать то, что мог предоставить клуб своему дражайшему клиенту. Да и купальник я на всякий пожарный закинула в сумку ещё сегодня утром.