Я так и застыла на месте, обводя взглядом зал и разгадывая присутствующих. Кассиан, игравший в бильярд, увидев меня расплылся в улыбке, что-то сказал напарникам по игре и передав кий, направился в мою сторону. Его восхитительный парфюм мгновенно проник в мои легкие, серебристые глаза улыбались, а я наслаждалась крепкими мужскими объятиями.

– Здравствуй, милая.

– Привет, Кас.

Он слегка отстранился, окинул меня оценивающим взором, и улыбка стала ещё шире.

– Ты чудесно выглядишь, красавица, я буду твоим телохранителем на сегодня, – Кассиан прищурился и заговорщически продолжил, – иначе кто-нибудь тебя точно украдёт.

Я улыбнулась на его слова.

– Развлекайся, обо мне позаботиться Даян. Кстати ты тоже шикарно выглядишь, а твой парфюм, – я снова потянула носом, – истинное блаженство.

Его лицо смягчилось, будто он только сейчас понял, что я не одна из тех девиц, что его окружают, а та, кто всегда была прямолинейна и честна с ним. В воспоминаниях сразу пролетело время, проведённые с ним за разговорами, мы всегда были на одной волне и понимали друг друга с полуслова. Видимо эти воспоминания посетили не меня одну, Кассиан, снова обнял меня и прошептал:

– Я даже не подозревал, насколько сильно мне тебя не хватало. Я рад, что ты снова рядом.

– Я тоже Кас, очень рада быть здесь.

– Нам нужна ночь, алкоголь и тихое место, я жду от тебя подробный рассказ обо всем проведённом вдали от меня времени.

По всему телу расплылось тепло, от его слов.

– Это без проблем можно устроить, ещё и с шикарным видом на изумительный парк.

– Тогда жду приглашения.

Парень подмигнул мне, и только сейчас до меня дошло, почему я неделю никого не видела. Никто же не знает, где я теперь живу, и я никого не поставила в известность, а так как они в этом плане очень принципиальные, никто не заявился ко мне без приглашения и не стал выспрашивать у Даяна.

– Прости, Кас. Я даже забыла пригласить всех на новоселье.

Мне стало стыдно от моей забывчивости, а парень в ответ лишь засмеялся.

– Не переживай, восполнишь постыдными и смущающими тебя историями из той жизни.

Я засмеялась с ним в унисон. Обернувшись на мой смех, Даян заметил моё присутствие и с радостным лицом поднялся и подошёл ко мне, закружив в объятиях.

– Привет, сестрёнка. Как тачка? Успела покататься и оценить?

– Ренни постарался на славу, передай от меня, больше спасибо, цвет просто прекрасный и сама машина шикарна.

Я чмокнула Даяна в щеку, и он повёл меня к креслам, на освободившееся место его ушедшего собеседника. Только расположившись, я поняла, почему не увидела сразу человека, засевшего в моей голове. Рид сидел за общим столом прямо напротив меня, а от входа его закрывала, сидящая на коленях Рида брюнетка. Его протянутая рука удерживала на столе бокал с орехового цвета жидкостью, если он не изменил себе, значит, это был коньяк, а вторая рука поддерживала талию девушки. Подняв на неё глаза, когда она повернулась ко мне лицом, вслед за Ридом, я чуть не выронила бокал мартини, заботливо принесенный Мэттом. Она была красива темные длинные волосы, полные алые губы, чёрные густые ресницы и серые глаза. Шок был в том, что я будто посмотрела на себя в зеркало. Мы были очень похожи, и видимо девушка тоже это отметила и, переведя с неё взгляд, я встретилась с изумрудными глазами Рида. Его взгляд обжигал, я снова посмотрела сначала на неё и снова на него. Его нахмуренные брови, будто дали мне пощёчину. Он выбрал девушку безумно похожую на меня.

– Это Крис – его нынешняя девушка, – брат сказал это с какой-то неприязнью, проследив за моим взглядом, и снова повернулся ко мне.

– Она тебе не по душе, Даян? – с усилием я заставила себя отвернуться от парочки и всем телом повернулась к брату.

– Я ей не доверяю. Она появилась из ниоткуда и сразу нацелилась на Рида.

– Давно они вместе?

– Несколько месяцев может около полугода, – Даян пристально посмотрел на меня, – она чертовски на тебя похожа. Когда я увидел её в первый раз, то сначала подумал, что это ты.

Сердце в груди стучало как бешенное, все мои надежды, таившиеся где-то в укромном, от посторонних взглядов, уголочке души, рассыпались в прах. Я достала из сумочки ментоловые сигареты, зажгла и затянулась, освобождая голову от ненужных мыслей.

– Рей?

Я повернулась к брату, а он смотрел ошарашенными глазами на сигарету в моих руках.

– Давно ты…?

– Как только переехала туда.

– Рё, я это не одобряю, – голос брата был встревожен, а появившаяся у меня злость на Рида, излилась на Даяна.

– Мне всё равно, что ты одобряешь, а что нет. Это моя жизнь и я делаю всё что захочу.

Глаза Даяна резко округлились, я никогда не позволяла себе так разговаривать с братом. Черт! Я веду себя, как настоящая стерва, брат не заслуживает того, что я вытворяю. Быстро затушив сигарету, поднявшись, и подойдя к Даяну, я запустила руку в его мягкие волосы, а напряженный взгляд брата обратился ко мне.

– Прости меня, я не должна была огрызаться на тебя. Я больше не буду, обещаю и брошу эту пагубную привычку.

Он долго всматривался в мои глаза, подняв голову:

– Тебя что-то разозлило?

И снова в точку, он словно видит меня насквозь.

– Нет, просто не выспалась, из-за этого легко раздражаюсь, вот и всё.

И снова этот изучающий взгляд, придвинувшись ближе к нему и коснувшись губами его волос, я ещё раз прошептала:

– Прости меня.

Даян не успел ничего ответить, как моё внимание привлёк низкий с небольшой хрипотцой голос, в котором звучал смех:

– Даян, я до последнего думал, что ты гей, ты меня удивил.

Незнакомый парень, вдвое больше меня, легкой походкой направлялся в нашу сторону, приковывая и очаровывая своими глазами, цвета самой глубокой и беззвёздной ночи.

И почему именно я должен отдуваться за смерть Джека? Да я благодарен, он спас нас с Дорианом, когда мы были на грани голодной смерти, но это никак не перекроет все его гадские поступки. Как только я занял его место после смерти во главе семьи и в полной мере осознал, какие дела он проворачивал, кровь застыла в моих жилах. Я никогда не хотел оказаться на его месте. Я хотел осуществить мечту моей матери и открыть небольшой ресторан, но всё это погрязло в пучине реальной жизни. Бандитский мир всегда был ужасен и опасен. Скрипя зубами, я принял его дилерскую сеть по продаже наркотиков, но торговля детьми, проституция и лишение стариков жилья и много чего по мелочи, ужаснуло меня настолько сильно, что я хотел под землю провалиться и сделать вид, что вообще никогда не знал своего сводного брата.

Я почти не помню своего детства. Не помню, чтобы оно было беззаботным и счастливым, только воспоминания, что черным пятном поселились в моей душе. Мой родной отец был очень азартным человеком и, набрав слишком много долгов, он не смог справиться с давлением и просто бросил нас разбираться со всем самим. Мама работала на нескольких работах, чтобы их выплатить, крутилась, как белка в колесе ни на минуту себя не жалея. Когда мне исполнилось восемь лет, моя тётя, что поддерживала нас – умерла, а мой двоюродный братишка, которому было на тот момент всего лишь четыре года, остался сиротой. Мама забрала его в нашу семью. Я быстро повзрослел. Если у нас в доме был хлеб и горячая похлёбка, это уже был своеобразный праздник. Я ступил на тропу, на которую никогда не хотел попадать, так же, как и многие другие мальчишки из трущоб я стал воровать еду, чтобы мама и мой маленький брат смогли хоть как-то питаться. В двенадцать лет, я всё же попался на воровстве не у тех людей и не в то время. Меня избили почти до смерти, но Дерек отец Джека, и по совместительству глава семьи Росси, одной из самых сильных и влиятельных в нашем городе и даже за его пределами, меня тогда спас. Он отвёл меня домой и, выслушав историю нашей семьи, взял нас под свою опеку. Только со временем я понял, что сделал он это не из жалости, а из более примитивных побуждений, он просто влюбился в мою маму с первого взгляда. Спустя год они поженились, а спустя ещё год мама, прожившая несколько лет в бешеном ритме, умерла. Её сердце не выдержало, а я стал работать уже на тот момент на сменившего власть Джека в благодарность за кров, еду и имя.