– Ты кому-то еще говорила?
Я киваю головой.
– Кому?
– Я бы не сказала, что я говорила, – стараясь выбирать слова, чтобы как можно меньше травмировать Сару тем, что хочу ей поведать. – Во-первых, если бы не Дариус, то я бы заметила ее позже.
– Стой… Дариус, это… тот?
– Да, вампир, один из Темных рыцарей, – как можно тише шепчу ей. – Сегодня он подловил меня у стен академии, и мы с ним… повздорили.
– Что он хотел?
– Говорит, я украла у него что-то и прикидываюсь глупенькой, отнекиваясь…
– Но это ведь… неправда?
Сара на последнем слове делает паузу, будто бы сама не веря в то, что говорит.
– Нет. Конечно, нет, – успокаиваю ее. – Он указывает на эту метку, говоря, что в тот раз, когда мы с ним сцепились, он ее уже заметил.
– Я хоть и встаю раньше, чем ты, но тоже… никогда не замечала ее на твоей руке…
Между нами повисает молчание. Я понимаю, что мне хочется каждый раз делиться с подругой тем, что творится в моей голове. Что происходит со мной. Однако знаю, что она может этого не вынести. Она станет переживать, пытаться помочь. Возможно, даже подключить кого-то, вроде директора Адамса, но… Мне это будет лишь мешать.
– А еще кому-то говорила?
– Да… Рауму…
– Этому выпендрежнику?
– Он спас меня, – тихо произношу я. – Я практически потеряла сознание, когда сцепилась с Дариусом.… И тут возник он.
– Может быть, – Сара встает с кровати и начинает расхаживать из стороны в сторону, – может быть, сам Раум поставил метку?
– Я не исключаю любые варианты, однако…
Сара вопросительно смотрит на меня, как только я замолкаю.
– Однако с Раумом познакомилась позже, чем с Дариусом. Но Раум видел метку раньше, чем он…
– Ты говорила, что Раум частенько заказывает эти… охоты на демонов. Быть может, ты не заметила, как он поставил ее тебе?
– Вряд ли, – отнекиваюсь я, снова рассматривая метку. – Есть еще кое-что, что я вспомнила…
– Что же?
– В тот вечер, когда я пошла на заказ и познакомилась с Раумом, на обратном пути сцепились с оборотнем, помнишь?
– Ну да. Тот олух?
– Точно. Мне кажется, в тот момент я услышала, как она спросил: «Ты что, еще телепатически общаешься с клинками?»
– В плане? – Сара не понимает, к чему я клоню. Ее пухлые губы надуваются, а руки сложены на груди. – Ты же с ними на одной волне…
– В том то и дело, что он это знал.… Но, быть может, мне просто показалось…
– Стой… – Сара задумчиво смотрит на клинки, которые мирно лежат на моей подушке. – Ты хочешь сказать, что…
– Что оборотень имел в виду: разговаривать на нашем языке…
– Обалдеть, – со свистом выдыхает Сара.
– Я тоже слегка в шоке, – признаюсь подруге, смотря на клинки.
– Ты думаешь, что метка как-то связана с этой способностью?
– Не знаю, – честно заверяю. – Все слишком запутано…
– Быть может, показаться Адамсу? – Сара, по-видимому, не на шутку перепугалась. – Он наверняка что-то знает об этом…
– Нет, – отрицательно качаю головой. – Я сегодня читала книгу в библиотеке… Из тех учебников, которые нельзя показывать ученикам…
– Как ты достала эту книгу? – удивление Сары, кажется, разрастается, как палисадник с шипами. Она не успевает переварить одну информацию, как я ей преподношу следующую.
– Мне дала ее фея…
– Чего?
– Не удивляйся, пожалуйста,… Я сама еще не могу отойти оттого, что со мной приключилось…
– Но как… нам же…
– Да, нам запрещено общаться с феями. Они могут ответить лишь на конкретные вопросы, где лежит книга. По-видимому, – я запинаюсь, потому что та мысль, что возникает в моей голове, явно безумна. – В общем, не знаю как, но она попала в точку с книгой. Естественно, я оставила ее там же, отдав в руки. Но фея сказала мне вот что…
Сара садится рядом, внимательно слушая меня дальше:
– Я спросила у нее: “Зачем ты мне дала эту книгу?”, на что фея ответила: “Теперь ты знаешь то, что должна была узнать” или как-то так… Голова уже болит от всего этого.
– Так и сказала?
– Да…
– Просто отвал башки… – произносит Сара, уставившись в одну точку. Мне очень хочется применить свою способность и попробовать прочитать мысли, которые витают сейчас у подруги, но… нет. Я не могу нарушить дружескую клятву и внедряться в ее личное пространство, потому что мне так хочется. Это неправильно. Это не по-дружески.
– В общем… Раум следил за мной, потому что на мне практически такая же демоническая метка, как у его покойной матери. А вот вампир…
– Что вампир?
– Он настроен враждебно, – изрекаю из себя со свистом. – И если Раум мне помогает, то Дариус лишь мешает…
– Я попробую разузнать что-нибудь об этой штуке, – говорит Сара, указывая пальцем на демоническую метку.
– Не нужно, пожалуйста…
– Нет уж! Моя подруга попала в передрягу, – говорит девушка, кладя руки на мои плечи. – И я не кисейная барышня, чтобы боятся трудностей! У меня есть связи, и я попробую тебе помочь.
– Я боюсь, что ты втянешься в эту историю…
– И что? Что в этом такого? – Сара трясет меня, как грушу, приводя в чувства. – Ты – моя подруга, а значит, мой долг защищать тебя. Ты слышишь?
Подруга выставляет мизинец. Мы частенько давали какие-то клятвы перед тем, как рассказать друг другу страшную тайну, скрепляя это заклинанием крепкой дружбы, которое начиналось именно так…
– Сара… мне…
– Я буду на твоей стороне, – перебив, она смягчает свой тон, – пока солнце не перестанет светить. А ты, в свою очередь, будешь на моей стороне, пока луна не погаснет. Договорились?
– Договорились, – слабо выдаю улыбку и скрещиваю свой мизинец с мизинцем подруги.
– Тхе Аль Мор Тве, – говорим в унисон и сдвигаем большие пальцы, выстраивая елочку. Сверкает искра, которая дает понять, что мы заключили очередную клятву, а после появляется маленький сгусток серого дыма.
Глава 10
Сессия протекает успешно, если можно так это назвать. Но мне предстоит наведаться к профессору боевой магии, Холу Гибби. Сдав последний экзамен по защите от темной магии и, едва не отправившись на пересдачу, я спешу на встречу. С тех пор, как видела Раума в последний раз, прошло две недели. Столько я не высовывалась из стен академии. Не ходила в библиотеку, чтобы не растрачивать энергию клинков. Те же практически скучали от бездействия. Им постоянно приходилось просто лежать в моей сумке, а не помогать убивать демонов. И от этого им было тошно.
Дойдя до конца второго этажа, я поворачиваю в арку, которая ведет как раз к большому кабинету боевой магии. Хол Гибби – новый преподаватель, который в академии только второй год. У нас было несколько занятий, и то лишь теория, поэтому никто углубленно не хочет погрузиться в этот предмет. Он начинается только с четвертого курса, а внеплановые занятия проходят строго, если того требует дисциплина. Как говорит директор Адамс: мне такие, увы, необходимы.
Постучавшись в дверь, слышу:
– Входите.
Я захожу в кабинет, в котором нет столов. Только один огромный подиум. Посредине стоит Хол, видимо, медитируя. Я тихо закрываю дверь, чтобы не побеспокоить его.
– А-а, – восклицает тот, не открывая глаза. – Юная Аврора. Заходи-заходи.
Хол – настоящий красавец, отчего любая старшекурсница пытается на него повеситься. Атлетические тело, красивые черты лица, глубоко посаженные глаза цвета морской глубины, ровный и прямой нос. Выделяющиеся скулы и пухлые губы. Когда Гиб на кого-то смотрит, то на его харизме можно жарить яичницу, настолько он хорош собой. Даже Сара частенько пускает на него слюни, когда видит, как тот занимается в саду по время занятий у других учеников.
– Как вы узнали? – тихо спрашиваю, стоя около двери.
– Твои тихие шаги выдают тебя, – признается Хол, делая шумный вдох. – А вообще, по запаху лайма и корицы. Я его запомнил с того дня, когда ты была на теории.
Я нервно сглатываю. “Почему он запомнил именно меня?”
