– Алиса, любимая, ты спасла меня! – шепчет Вадим прямо в кабинке, – Я все отдам. Вот увидишь, ты ни копейки не потратишь на это!
– Вадим, очень хочется в это верить. И еще. Постарайся больше не влезать в сомнительные предприятия. Я помогаю тебе первый и последний раз. И мне очень не нравится этот Григорий. Давай передадим ему деньги в присутствии нотариуса? Не то сейчас заберет, а завтра приедет требовать по новой.
– Нет! – Вадим гневно вырывает у меня купюры. – Ты не поняла! Григорий из этих! Ни к каким нотариусам не поедет. Если сейчас не отдадим – я в больнице остаток дней пролежу…
Сердце в груди екает. А ведь и правда. Громила – страшный человек. Кто знает, чем он там заработал на свои крутые тачки. Еще натравит на Вадю бандитов и мне жениха по частям отдадут…
– И ты… – тихо говорит Вадим вдруг.
– Что?! – не верю я своим ушам.
– Алис, это – страшные люди. Они и тебе могут сделать плохо. – «успокаивает» меня жених.
Вот тут мне окончательно плохеет. Я едва удерживаюсь на так и не переобутых каблуках.
– Поэтому отдадим ему все сейчас до копейки. И он нас больше не тронет, – дожимают меня тем временем.
– Ты уверен? – сиплю я.
– Да, милая. Не бойся. Доверься мне!
***
После того, как Вадик забрал деньги, иду на маршрутку, чтобы вернуться на работу. Вадим все равно без машины, и подвезти меня не смог бы. В кармане пальто вибрирует мобильный.
– Сладкая, ты в офис планируешь возвращаться? – рычит знакомый баритон. Причем очень раздраженный баритон.
– Скоро вернусь! – пищу я сбрасывая вызов, и ковыляю на израненных ногах в ускоренном темпе.
Теперь ни о каком переодевании не может быть и речи. Дракона лучше не злить. Времени едва хватит, чтобы вернуться на работу, терять которую мне сейчас, после взятия кредита, категорически нельзя.
Я чудом не спотыкаюсь, когда снова подскакиваю от гудения автомобиля.
– Да чтоб вас! – тихо ругаюсь сквозь зубы и оборачиваюсь.
Лучше бы мне этого не делать.
***
– Я сказала: отстаньте! Русского языка не понимаете?!
Вся остановка, полная жаждущих транспорта скучающих людей, затаив дыхание следит за моими попытками отвязаться от урода. Но тот, с упорством могучего осла раз за разом произносит тупую фразу на разные лады:
– Цыпа, я ж тебя просто подвести предлагаю, чего ты стремаешься?!
Раскорячил свой джип прямо около остановки и на радость народу балаган устроил, козел! То, что нарушил правила стоянки не колышит его ни сколечки. Гаишников, как и бывает в таких случаях, не видно, и транспорт как назло задерживается. Две школьницы-старшеклассницы гадливо хихикают кидая многозначительные взгляды то на меня, то на этого Ромео ощипанного. Дед, мирно решавший до этого сканворд, убрал газеточку в карман, и осклабившись, прищурив мутноватые глазенки внимает нашему «конструктивному» диалогу.
– Слышь, цыпа! Денег не возьму, если из-за этого шугаешься! Так подвезу, тебе ж обратно на завод?
Отворачиваюсь в сторону, закатив глаза и сжав зубы. И ведь не денешься от него никуда – во-первых ноги не идут, стертые в кровь неудобной обувью, во вторых – тут люди, невдалеке виднеется камера видеонаблюдения на территории банка, захоти он напасть на меня, урода быстро разыщут по показаниям наблюдения и свидетелей. Поэтому только и остается что, проявлять чудеса выдержки.
– Цыпа, я не отстану! Прыгай по-хорошему!
– Да ныряй уже к нему, и вали, а то задолбала ломаться! – а это к нашему диалогу присоединяется молодой паренек, такой же лысый, и видимо с тем же самым менталитетом, что и у Вадикиного кредитора.
В этот момент подъезжает маршрутка и я первой бегу в теплое нутро салона. Сажусь в самый дальний угол, подавляя облегченный вздох. Маршрутка трогается, а грязно-золотистый автомобиль с визгом обгоняет и подрезает нас.
– Урод! Мудила конченный! – в сердцах выкрикивает водитель на весь салон.
И я с ним в этом солидарна, как никогда!
Путь предстоит не близкий, я пригрелась, скорее всего меня укачивает, и вытянув руки на следующее сидение я складываю голову, задремав. Едва свою остановку не проезжаю.
Слезаю, зеваю, поеживаюсь от холода, запахиваю пальто посильнее, и тут же попадаю под атаку сметающими любое сопротивление тисками кого-то сзади.
Спросонья тело мое не реагирует должным образом, дает себя скрутить и потащить куда-то меж зданий, а наглая тварь старается попутно облапать и ощупать все причинные места, куда только может достать. Благо их надежно прикрывает кашемир пальто, блузка, да чаши кружевного бюстгальтера.
Мое похищение быстро заканчивается, когда меня, основательно помятую и пожамканную впихивают в салон того самого автомобиля, блокируют дверь и нагло ухмыльнувшись гремят:
– Я же сказал, курочка, не отстану! – лапища кредитора властно ложится на мое колено, затянутое тонким капроном колготок и сжимает его почти до хруста.
– Отпустите меня немедленно! – хоть и страшно до одури, но показывать уроду это я не собираюсь.
Такие ублюдки понимают только силу, дашь слабину – растопчет и осквернит.
– Да ладно тебе, красотка! Может у меня дело к тебе есть.
– Отпустите, а потом я буду вас выслушивать!
Верзила хмыкает, но лапу свою потную с коленки убирает.
– Ты же типа для мужика своего кредит взяла в банке? – не то спрашивает, не то утверждает он.
– Не типа, а взяла. Неужели не видели? – испепеляю его взглядом, как дебила.
– Ты погоди зыркать так, лапочка! Хочешь отработать пару тыщ? – прищуривает он масленые глазенки.
– Я уже работаю. Спасибо. Немедленно разблокируйте дверь, я опаздываю!
– Да подожди же ты! – прикрикивает он на меня. – Ты не поняла?! Это не на заводе твоем кочевряжиться, а несколько минут, – трогает он демонстративно языком внутренность своей щеки.
Меня кривит от омерзения. Это он мне предлагает сделать ему за несколько тысяч ЭТО? О, Боги! Ну и урод!
– Смотри на нее, как передернулась! – с ноткой обиды произносит бандит, – Десятку отдаю! Прям щас! Десять тыщ и ты по быстрому отсасываешь мне! – хлопает он себя по вздыбленной ширинке, – Больно уж строптива и горяча! Люблю таких в ротик сладкий иметь!
Глава 7
– Отпустите! – вновь требую я, всем своим видом демонстрируя, что ничего подобного делать не намерена.
– Двадцать! – тяжело дыша, видимо от того, что ткань джинсов сдавливает его длину, рычит бандит.
– Вы не поняли? Я не буду этого делать! Ни за какие деньги!
Мужик грозно смотрит на меня исподлобья, криво ухмыляется, и поймав за волосы дергает моей головой вниз.
– Ща так мне все сделаешь, сучка, бесплатно! Со мной шутки плохи!
И тут я понимаю, что дело дрянь. Если сейчас не придумаю выход из этой ужасной ситуации, то буду изнасилована самым наимерзейшим из существующих способом.
– Хорошо, хорошо, уговорил! – быстро превращаюсь я в паиньку. – Отпусти голову, сама сделаю!
Григорий самодовольно хмыкает, но хватку свою ослабевает.
– Тридцать тысяч! – на свой страх и риск озвучиваю я нереальную для минета стоимость.
– Я же говорил, что мне не отказывают! Давай, курочка, докажи что твой клювик из чистого золота, раз в тридцать кусков его оцениваешь! Если понравится, может даже больше дам! – мужчина расслабляется, пошире расставляет ноги, откидываясь на водительском кресле назад.
Я же, не теряя времени нагибаюсь к его коленям, лихорадочно ища кнопки снятия блокировки с дверей. Увидела. Кажется то! Очень надеясь, что это не опускатель стекол, оттянула руку как можно дальше, сложила ее под острым углом, да как вмажу этому ублюдку локтем по твердокаменному органу.
– Су-у-ука!!! – ревет незадачливый насильник, закатывая от боли глаза.
Не теряя времени, нажимаю на кнопку, слышу как механизм щелкает открываясь, хватаю рюкзак и выпрыгиваю из джипа.
– Я тебя поймаю, тварь! – несется за спиной, – Сучка мелкая, и отымею не только в рот, но и в попку твою! Поняла?!