– Хорошо. Хорошо. Извини. Я просто волнуюсь, – он сделал шаг назад, – и боюсь что ты бросишь меня, – закончил так тихо, что я еле услышала его бубнение.
– Руслан. Прекрати нести глупость. Если ты во мне не уверен, так зачем делал предложение? – я бросила рычаги и уперлась взглядом в парня, в ожидании ответа.
– Потому что люблю тебя, Олесь. Так люблю, что жизни без тебя не вижу, – отчеканил он.
Мои губы растянула улыбка. Какой же он в этот момент был трогательный и милый. Сердце обволокло умиротворение.
– И я тебя люблю, Рус. Давай на выходные съездим на отдых, – согласно кивнула и схватившись за рычаги, принялась снова за работу.
– Мам, ты мне не помогаешь, а отвлекаешь. – Нервно передвигаюсь по комнате, то и дело норовя наехать маме на ноги.
– Лесь, я же волнуюсь. Все-таки первый раз на ночь и без меня. Это как-то для меня дико. Может, возьмете меня с собой?
– Ну, мам! – Бросаю на родительницу косой взгляд. – Я уже взрослая и не нуждаюсь в няньке. Или ты думаешь, что я настолько беспомощна, что не смогу сама за собой поухаживать?
– Нет, Леся. Нет. Я совсем не это имела ввиду, – тут же начинает отнекиваться мама, но я понимаю, что именно по этой причине она напрашивается с нами.
– Вот и отлично.
– Ну, может, хоть на пару дней поедете? На пять дней – это так долго! – Мама от безысходности плюхается в мое рабочее кресло и кладет ладони между коленей, крутится вокруг себя. – А как же твои тренировки?
– Мам, Руслан специально выбрал ту базу отдыха, где есть все, что нужно таким, как я. Так что не переживай. Тренажерный зал там будет. Ногами я заниматься точно буду.
– А массаж? – вскидывает бровь мама.
– Руслан обо всем позаботится, мамуль. Не суетись. Правда. – Кладу поверх ее ладони свою. – Ты волнуешься больше, чем я. Честное слово. Кстати. А, может, тебе, пока меня не будет, к крестной слетать? Сколько вы с ней уже не виделись? С моими вечными тренировками совсем про нее забыла. Обижается, наверное, на нас. – Заглядываю маме в лицо.
– Думаешь? Мы с ней вроде созванивались недавно. Ничего такой у нее голос был. Веселый, – отвечает родительница, плохо скрывая неуверенность.
– Заодно к Сереже сходишь.
Глаза мамы тут же тухнут, становятся грустными.
– Да, дочка, ты права. Съезжу. И Сереженьки от тебя тоже привет передам. Да и с Клавкой мы давно не виделись. – Всхлипнув, мама прикладывает мою пижаму к глазам, вытирает слезы.
Я знаю, что мама до сих пор смерть Сережи никак не может принять, в прочем как и я. Брат умер в тюрьме от воспаления легких полтора года назад; как нам сообщили, шансов выжить у него практически не было. Но у мамы и тети Клавы была совсем другая версия, и я догадываюсь, что в глубине души мама обижена на меня за то, что я так и не вышла замуж за Эдика. Ведь по их с крестной версии, Сережку убили, и моя размолвка с Эдиком могла на это как-то повлиять. Конечно, мама вслух никогда подобного не произносила, но иногда я ловлю на себе такие ее взгляды, от которых становится жутко.
– Тогда тебе пора тоже собираться, мамуль. Освободи пространство. Иди приготовь лучше мне какой-нибудь легкий обед. Уверена, в этой гостинице точно меня не накормят, как ты, – подбадриваю ее.
– Да, Лесёна, конечно. Может, и Руслан заодно перекусит, – положив пижаму сверху на вещи и потирая руки, произносит мама.
– Ма-а-ам, нам ехать часа два всего! Да и этот гостиничный комплекс, насколько мне известно из обрывочных объяснений Руслана, принадлежит то ли его матери, то ли отчиму! Одним словом, мам, нас там будут ждать. За Руслана не переживай: голодным не останется.
Добираемся мы до гостиничного комплекса уже к вечеру.
Мама нас так просто не отпустила. Наставления. Наставления. И еще раз наставления – вот, что нам пришлось выслушивать с Русланом полчаса возле машины.
В некоторые разы ее гипер внимательность меня просто обескураживает и настораживает. Уж слишком сильно она переживает за меня.
– Лап, а ты как относишься к тому, чтобы сейчас расположиться в номере и сходить в бассейн? Расслабиться? – лукаво интересуется Руслан.
– Если у меня останутся силы, то я только «за». Было бы неплохо охладиться с дороги, – бросаю через плечо, укладывая на колени сумку с личными вещами.
Конечно же, в этот вечер мы никуда не попадаем. Обстановка в гостиничном комплексе крайне не располагает к уединению: все свободное пространство забито гостями.
– Не знал, что тут в выходные что-то отмечают. – Насупившись, Руслан оглядывается по сторонам, помогая мне пробраться сквозь толпу.
– Ничего страшного. Мы с тобой поплаваем в бассейне завтра, пока все будут спать, – бодро отвечаю ему, активно перебирая ладонями.
Когда мы добираемся до номера, темноту уже разбавил тепло-желтый свет фонарей, разгоняя мрак от порога.
– Может, немного побудем на улице? – предлагает Руслан, и его ладони скользят по моим плечами, потирая их, разгоняя кровь под кожей.
Я некоторое время молчу. Вглядываюсь в толпу, которую мы только-только покинули, и в глазах невольно начинают плясать разноцветные огни, которыми светится площадка перед главным домом. Там стоит большой крытый шатер, из которого доносится людской гул, смешанный с музыкой.
– Хочешь, вернемся? – вкрадчиво спрашивает Руслан, видимо, заметив на моем лице тоску, которая грызет душу.
– Ты с ума сошел,Рус?! – Хлопаю его по ладоням. – Что я буду там делать? Только смущать людей и тебя. Поверь. – Проглатываю подступивший ком. Нет, я себя не желаю и не занижаю. Я говорю как есть. – Давай лучше фильм посмотрим какой-нибудь? – нарочито весело делаю предложение Руслану и, развернувшись, направляюсь к домику.
– Хорошо. Фильм значит фильм, – соглашается парень.
Когда на моем пути встает преграда в виде порога, Руслан подхватывает меня на руки и заносит в дом. Я не возмущаюсь. Позволяю ему проявить себя. Я знаю, что долго дистанцироваться от него не смогу. Да и не к чему. Предложение принято. Нужно теперь привыкать к тому, какой может быть моя семейная жизнь.
Руслан усаживает меня на мягкий диван. Вручает пульт.
– Я полностью доверяю твоему вкусу, лап. Ты пока фильмец нам подыщи, а я приготовлю нам закуски, – бросает через плечо парень и выходит.
Я честно пытаюсь первые минут пять искать что-нибудь интересное, устроившись поудобнее между мягких подушек, которых тут оказалось достаточно, чтобы обложиться ими.
Но ожидание затягивается, меня одолевает скука, и в какой-то момент меня просто вырубает. Не помню как. Даже ни одной мыслишки в голове не задерживается. Просто отключаюсь и все. Как будто рубильник выключили.
В сознание прихожу только утром, когда солнце во всю уже заливает светом комнату. Первым делом рассматриваю место, в котором оказалась. Это спальня. Небольшая, но уютная. Светлые стены, белые потолки, минимум мебели и, да, неизменно возле кровати стоит мое кресло.
Шарю рукой сбоку от себя, боясь даже представить то, что рядом со мной может находиться Руслан, который мирно посапывает и видит десятый сон.
Но нет, рядышком пусто. И это меня, как ни странно, радует.
Затягивать с долгими вставаниями я не хочу. Смотрю на фитнес браслет, который с меня никто не удосужился снять на ночь. Восемь утра. Как раз то время суток, когда я бодрее всего.
Откинув одеяло, обнаруживаю себя без штанов, в одной футболке. Провожу руками по паху. Нижнее белье на месте. Меня от облегчения аж испарина прошибает! Хорошо. Это хорошо.
Пересев на ту сторону, где кресло, устраиваюсь на сиденье. Дотянувшись до халатика, который висел на спинке стула, накидываю его на плечи и отправляюсь на поиски Руслана и чего-нибудь съестного. Кушать хочется дико.
В коридоре тихо; оглядываюсь по сторонам, вспоминая, в какой стороне здесь кухня, и поворачиваю направо, действуя чисто интуитивно.
Покрытие пола ровное, поэтому колесам не препятствует ничего, и мне не приходится прилагать особых усилий, чтобы за несколько минут добраться до помещения, в котором стоит большой обеденный стол, холодильник и плита.