— Слушаюсь, миледи… а-а… — продолжая корчиться от боли, тонким голосом пропищал дозорный.
Затем он потянул за главный рычаг, после чего врата открылись, и легион отвергнутых численностью в четыре тысячи солдат вошёл в город. Оправившись от болезненного удара, дозорный направился в ставку коменданта и постучался в дверь, которая вела в его кабинет, вошёл и с порога сказал:
— Лорд-комендант Карнингдорф, к вам на аудиенцию напрашивается некая леди Тассия эсту д’Саари и говорит, что у неё к вам неотложное дело. Спросите, как она вошла? Ударила меня под дых… перед этим открыв портал на стене возле рычагов. Сейчас в городе находится целый легион полумёртвых «перворожденных» во главе с некой Исзурой сар Морхейн.
— Можешь идти, придурок… Если бы ты сразу их послушал, может быть, не получил бы под дых. Я слышал, как ты поливал их грязью. А теперь приведи их ко мне, пока мы из-за тебя не опозорились перед принцессой таллауров и её друзьями, — злобно крикнул лорд-комендант Карнингдорф.
Десять минут спустя.
Кабинет лорда-коменданта Уоррета Карненгдорфа.
Солдат Бастиона проводил Тассию в кабинет и вышел, закрыв за собой двери. Лорд-комендант вскочил как ошпаренный, на его лице прослеживалась вина за своих нерадивых подчинённых, прошляпивших визит дочери самого императора из династии таллауров — Д’Саари. И за то, что он проигнорировал призыв к оружию, когда Тассия кричала возле бастиона.
Он сразу же привёл свою шевелюру в порядок, оправил свой наградной камзол и встал в солдатскую стойку, а затем сказал, не скрывая того, что очень сильно волнуется за свою судьбу в случае нарушения этикета и установленных стандартов армейской службы своего королевства:
— Простите наше негостеприимство, ваше высокородие; признаться, я не сразу признал вас, услышав вашу фамилию, но как только увидел вас вживую, сразу понял, что вы дочь императора, с которым мой сюзерен давно поддерживает торговые и союзнические отношения, — на лице коменданта читалось чувство вины. — За этого доходягу отдельно приношу извинения, он первый месяц здесь, ещё не знает всех тонкостей дипломатических отношений между нашими государствами. Он в глаза не видел ни вас, ни самого владыку таллауров, а про отвергнутых, чей подвиг в своё время уже успел стать легендами и мифами, он вообще ничего не знает. Его перевели с берегов южного Хенварста, оттуда его странный акцент. Так что же привело вас ко мне и что за дело вы бы хотели обсудить?
— Вот так бы сразу. Я, честно, тоже не очень люблю бить людей, но ваш южанин меня, если честно, вывел из себя, — Тассия перевела дух и продолжила: — Неделю назад, пока я гонялась за очередной группой «паломников-культистов», отец поручил мне известить вас, что культ Падшего во главе несметных полчищ искаженных д’Сармертов готовит крупномасштабное наступление в наши земли. И всё бы ничего, но единственное, что преграждает их путь, это ваш неприступный бастион и ваш гарнизон. Кажется, я насчитала четыре тысячи человек; негусто. Загвоздка заключается ещё в том, что у них в распоряжении имеются древние штурмовые твари, своими воплями способные разворотить любые стены. В бестиарии они названы Мрахаззурами. К тому же, у искаженцев появились новые, доселе невиданные гибридные твари — по всей видимости, смесь жрецов культа и д’сармертов. Видимо, они изучают способы слияния душ и всё в этом духе. Так вот, это натолкнуло меня на мысль, что они собираются вторгнуться не только в земли моей империи, но и пройтись по землям всех союзников, включая Кровавый союз и ваши королевства людей. Их войска собираются на противоположной стороне этой долины, и я точно не знаю, когда они начнут штурм. Я бы посоветовала в срочном порядке эвакуировать всех жителей бастиона, а после всех раненых и неспособных держать оружие, по подземным ходам.
— Что же, если творения падших смогут прорваться, они в любом случае все здесь разнесут к чертям. Выбирать тут не из чего. Сейчас, одну минуточку, сообщу своему адъютанту, чтобы он начинал эвакуировать всех гражданских из бастиона по подземному туннелю в моей ставке. Он ведёт через Хребет Далааклард прямиком на ваши земли.
Уоррет приказал своему адъютанту, лейтенанту Ванчарду, начать эвакуацию. Тот, положив руку на свой пурпурный нагрудник, откланялся и удалился из кабинета коменданта.
— На случай поражения имеется план, но он окажется роковым для этого бастиона. Я создам заклинание, которое сожжёт всех тварей в бастионе пламенем пустоты, но также умрут и те, кто не успеет выбраться по туннелям, — сказала Тассия, не скрывая своей встревоженности.
— Делайте что можете, принцесса. А мне теперь нужно готовить оборону бастиона, ведь с минуты на минуту они могут начать штурм, и, если мы не подготовимся, они перебьют нас как щенков! — воскликнул Уоррет Карненгдорф.
После разговора с комендантом Тассия подошла к Исзуре и полушёпотом сказала ей:
— Исзура, ты, надеюсь, помнишь о том, что я тебя просила сделать, если всё пойдёт не по плану?
— Всё будет исполнено, не переживай, Тассия, дочь Пустоты, — улыбнулась Исзура, смотря в белый и золотисто-желтый глаза Тассии.
— Хорошо, но прошу в дальнейшем меня больше так не называть, особенно на территории людей, — проворчала Тассия.
Прошло четыре часа с того момента, когда внутри бастиона началась суета, связанная с эвакуацией и подготовкой к длительному кровопролитному бою с превосходящими силами искаженных тварей.
Тассия, стоя на вершине башни, смотрела на горизонт, ожидая, что в любую секунду искаженные полчища во главе с культом выйдут из-за него, и начнется кровавая битва, достойная эпичных поэм и песен менестрелей.
Защитники бастиона хоть и были готовы стоять до последнего, но умирать не хотели. Бастион был возведён еще до того, как люди основали свое королевство в этих плодородных долинах, еще когда император-освободитель новой империи Таллауров, Саар’Трайморн Фарзурийский, заложил первый камень в фундамент великого дворца совета на северо-востоке материка.
Ещё через час ожидания Тассия услышала едва различимый гул и рев, доносившиеся с другого конца долины. Она, использовав сильное заклинание Крика призрака, закричала с вершины башни, лишь завидев выходящую из-за горизонта огромную армию искаженцев и культистов:
— Поднять тревогу! Враг у наших ворот; мужайтесь, защитники Бастиона, очень скоро они ударят всей мощью своего огромного войска по стенам этой твердыни, готовьтесь к бою!
Лейтенант Ванчард успел за предоставленное время вывести почти всех жителей бастиона по туннелям под ставкой коменданта, в другую часть долины, которая была уже территорией таллауров. Им уже ничего не угрожало, они молили своих богов, чтобы бастион выстоял, а его защитники выжили в этой ужасной мясорубке.
Гул, доносившийся из сокрытой части долины, усиливался, гремели барабаны, сотканные из кожи д’Ассараев, что не захотели быть рабами. Культисты, как и всегда, шли позади демонов.
Тассия смотрела на это огромное полчище, пытаясь распознать среди культистов того ублюдка, что убил её мать, и думала: «Возможно, он уже где-то там, далеко, струсил и сбежал с поля боя. Похоже, сегодня мне опять придется за ним гнаться. Что же, похоже, настало время для применения этого заклинания, я не думаю, что мы сегодня сможем выжить».
Затем она приступила к древнему и очень опасному ритуалу, который вычитала в древнем фолианте. Окропляя стеллу, стоявшую в центре башни, собственной кровью, а затем начиная медленно заряжать её собственной могущественной энергией, приговаривая на древнем, давно вымершем языке:
- Таж, Эмек, Цасадал Чуарн, Меккхас, Болаак, Таллет, экхе’ул, ул’вайари, амерхе’вайас, цулла’аттал, йергосса’тентродам, сепхемет’жаал, вачару’фагхаал, фатмар’мималлак-амгнуал.
Заряжая стелу, она продолжала усиливать основу заклинания:
— Экхе’ул, ул’вайари, амерхе’вайас, цулла’аттал, йергосса’тентродам, сепхемет’жаал, вачару’фагхаал, фатмар’мималлак-амгнуал. Души предков, услышьте меня, наследницу вашей великой силы, враг у наших врат, и я жажду возмездия, дайте мне сил для того, чтобы я лишила врагов их сил. Прошу, не причините вреда моим союзникам, что стоят на стенах бастиона, я взываю к вашему милосердию, я заплачу любую цену ради победы над этими тварями!