— Ты думаешь?

— У Емитсу-то?

Нана кивнула, соглашаясь. Действительно, она что, не знала эту мразь?

Она хотела ещё что-то сказать, но в дверь постучали.

Комментарий к Часть 39 Я подумала, что столь желанная четвёрка по физике давно мертва и уже не воскреснет, а этот бред ещё даже дышит и, неплохо бы его спасти.

====== Часть 40 ======

— Войдите. — немного раздражённо и вместе с тем облегчённо, если такая смесь чувств вообще возможна, сказала Нана.

Дверь открылась, и вошёл один из со-хомбутё клана Ироказэ.

— Оо-нее-сама, очень извиняюсь, но у меня сообщение, мне показалось, это может быть важно для вас…

— Что случилось?

— Дон Тимотео скоропостижно скончался, и во главе Вонголы, вопреки всем традициям, встал дон Андреа! Он ещё ничего не сделал, но…

— Ясно. — всего лишь холодно сказала Нана.

Тсунаёши вздохнула. Что ж, этого можно и нужно было ожидать. Нельзя было позволять личным проблемам затмевать разум.

— Нам… Что-то предпринять? — неуверенно спросил якудза.

— Пока не надо. — Ответила женщина.

Тсуна же отметила, что с такими проблемами и с докладами бегают не к Шу, хотя формально он всё ещё кумитё.

— Что делать будем?

Нана-уже-почти-кумитё улыбнулась, несмотря ни на что.

Савада Нагарэ пинал балду.

В школу он сегодня не пошёл — лень было, да и зачем? Он же будущий глава всего преступного мира, а таким образование, как он полагал, ни к чему. Шестёрки его пошли, не зная о лени своего главы, и с ним никого не было. Реборну тоже было не до парня.

Нагарэ не знал, как дела в Вонголе и вообще в мире, но предполагал, что случилось что-то важное. Правда, ему было глубоко безразлично, что именно. Он привык думать, что его трон никто и никогда не отнимет, а всё остальное — мелочи, недостойные его высочайшего внимания.

Итак, страдал он от безделья, сидя в постели с компьютером. Игры все уже надоели…

Ничего не происходило.

В какой-то момент парень проголодался. Позавтракал он чем-то, что нашёл, и уже от всей души проклинал свою мать, которая, по его мнению, просто не имела права не то что вот так вот исчезать, но и просто оставлять его голодным. Пофантазировав, что будет, когда об этом узнает отец, и что будет, когда отец её найдёт, парень всё же встал с постели. Есть всё же хотелось, да и было время обеда.

Нагарэ спустился вниз и полез в холодильнические недра. Идти куда-либо, в магазин или даже в кафе ему было глубоко лень…

Но всё же пришлось.

Парень оделся и вышел из дому. Ближе всего находилось замечательное заведение, принадлежащее семье Ямамото. Если самого Ямамото Такеши Нагарэ терпеть не особо мог, то отец его готовил просто превосходно, и признавал это даже Савада.

Вкусно, недалеко и недорого.

Парень решил направиться туда. Брёл он лениво и медленно. Не настолько ему хотелось есть, чтобы ускоряться ради этого.

Брёл он, смотря под ноги, ведь голову поднимать тоже было лень, и иногда пиная камушки, и почти ничего вокруг не замечал.

Поэтому, когда на его плечо опустилась большая тяжёлая рука, он даже немного испугался. Но крутому боссу Пепельных Ладоней ведь нельзя убегать от какого-то там непонятно кого. Даже вздрагивать не надо.

Парень медленно повернул голову.

И наткнулся на… Собственного отца.

— П… Папа? — удивлённо вопросил парень.

Савада Емитсу ухмыльнулся.

— Привет, сынок.

Нагарэ успокоился, улыбнулся и сразу заявил:

— Мамка, чтоб её, слиняла!

Это было единственным, что на данный момент интересовало парня, так зачем откладывать это на потом?

— Я в курсе. — Емитсу нахмурился. — Собирай своих Пепельных Ладоней. Я разрешаю делать с якудза всё, что захотите. С любыми якудза, со всеми. Суку эту в процессе найдём. А теперь пока, сынок, у меня мно-о-ого дел…

С этими словами мужчина растворился в воздухе.

Нового иллюзиониста он себе уже нашёл.

Ну и где она, спрашивается?

Хибари Кёя уже устал ждать. Зверёк сегодня в школу не пришла. Это было странно, очень странно. Правда, как сейчас неожиданно подумалось Кёе, то, что она никогда не пропускала, было ещё более странно. Что ж, ещё одно подтверждение, у неё же иллюзионист…

И что же это может быть такое, что она забыла его поднапрячь?

Это недовойна в Токио? В это время она «была» в школе… А после вряд ли случилось что-то серьёзное.

Размышления Хибари-вакагасира прервал звонок телефона.

Ну и что же понадобилось этому всё-ещё-как-ни-странно-травоядному-кумитё?

— Муши-муши?

— Доброе утро, Кёя.

— Чего надо?

— Проблема. И, скорее всего, у нас. — голос его был напряжён. — Скончался дон Тимотео, глава Вонголы. На его место, нарушив все традиции, встал дон Андреа, в Японии известный как Савада Емитсу.

— Хм.

— Возможно, мало что от этого изменилось. — продолжил оябун. — Но, скорее всего, он начнёт большую войну.

— Спасибо за предупреждение. — Кёя вновь хмыкнул.

Полюбовался молчанием в трубке, порадовал своё сердце гадостью, коей являлся шок у кумитё и его размышление о скорейшем конце света, раз уж Кёя сказал «спасибо» и продолжил:

— Ладно, у меня дела. До свидания. Ещё раз спасибо.

Кажется, оябун вообще в обморок упал… Парень ухмыльнулся.

Так, Савада Емитсу… Савада Тсунаёши. Может, нет, маленькое дерьмоядное было не так уж и неправо? Может, это бред — всё, что он себе напридумывал?

Хм.

Ладно.

Размышлять о Саваде Тсунаёши дальше ему было глубоко лень. Поэтому он встал, вышел из кабинета и направился к классу, где на данный момент находилась нужная ему девушка.

На то, что сейчас, вообще-то, урок, ему было глубоко наплевать.

Парень постучался и сразу вошёл. Учитель нервно на него оглянулся — все его боялись.

— Курокава Хана, выйди, пожалуйста, на минутку.

Девушка послушно встала и подошла к нему, как-то странно улыбаясь. Они вышли из класса, Кёя закрыл дверь.

— Закатное Небо — Савада Тсунаёши, ведь так?

Улыбка Ногицунэ стала шире и наглей.

— Хибари-сан, с вами всё в порядке? — девушка нахально приложила ему ладонь ко лбу. — Вроде, температуры нет… Что вы курили?

Она фыркнула.

Парень подумал, что актёрского мастерства ей всё же не занимать, но… В этот раз она немного перестаралась. Немного, но явно.

Что ж, даже и не пришлось.

— Ясно. Иди на урок, травоядное.

Ясно.

====== Часть 41 ======

— Едем в Намимори.

— Э-э-э… — Тсунаёши сильно удивилась этому заявлению.

Нет, там, конечно, скоро что-нибудь начнётся…

— И Озэму-куну надо позвонить! — весело добавила Нана. — Я так давно его не видела…

Девушка лишь согласно кивнула, не найдя, что ответить. Озэму-куну — так Озэму-куну. Она вспомнила слова Ханы. Мамины личные дела…

Но делать-то что-то надо.

— Моя семья может…

— А, точно. — согласилась Нана. — Какова там обстановка в Намимори?

— Мукуро. — прошептала Тсуна.

Парень соткался из тысячи светящихся пылинок.

— Добрый день, Нана-сан. В Намимори не произошло ровным счётом ничего! Ну, разве что Савада Емитсу появился зачем-то на пару минут. Сказал сынуле, что неплохо бы мобилизовать Пепельных Ладоней. Зачем-то. Как будто у них людей нет, фу-фу. Ещё до Аохари-кай дошёл тот факт, что будут проблемы. Всё.

Нет, ну сказал он конечно не всё… Но вряд ли якудза надо знать, что Верде опять чего-то взорвал, а Шоичи разбил тарелку.

— Ну да, вряд ли так скоро что-то важное могло произойти. — отозвалась Тсунаёши.

— А у тебя милый Туман, однако. — сообщила ей Нана.

Тсуна ей за этот почти час уже неоднократно поразилась и продолжала поражаться.

— Спасибо, я стараюсь. — нагло ответствовал иллюзионист.

Может, прибить его немножечко?

Реборн снова стоял на крыше школы.

Нагарэ его послал нецензурно и пошёл что-то делать со своими шестёрками. Киллер бы пришиб его на месте, но… Вдруг он Закатному Небу зачем-то нужен? И Тсунаёши тоже жалко. Немного.