Комментарий к Глава

XXXXII

. Лишь морю доверю пепел своей души *Значение имени: Бьякуя (白哉, Бякуя) — белый/чистый

Я плакаю… За что так больно?! За чтоооооо?!!!

====== Глава XXXXIII. Сломленная ======

Где умирает надежда, там возникает пустота

Леонардо да Винчи

Я бы сказала, что в тот момент мой мир рухнул… но это бы в полной мере не описало всего, что я почувствовала. Его противоречивые слова и чёртов поцелуй просто вырвали последние кусочки моего сердца из груди, оставив после себя лишь пустую, бездушную оболочку. Именно тогда я поняла, что пути назад не будет. План будет приведён в исполнение, ведь более ничего не заставляло меня колебаться.

Не теряя времени, я, перетерпев боль и проглотив слёзы, направилась к смеющейся с ребятами Йоруичи — они только что раскромсали почти всех арбузных монстров. Как только один из оставшихся полосатых уродцев потянул ко мне свою щупальца, я без колебания разрубила его напополам с каменным лицом.

— Даже Нацуми достался один, — широко улыбнулась белыми зубами Сихоин. — Говорила же, что все будут в восторге от нашей идеи. Скажи же, что было весело, цветочек?

— Я просто в экстазе, — кажется своим тоном я поразила всех на пляже. Глаза у всех широкие, Рукия даже немного побледнела. Не думала, что могу так презрительно-холодно говорить. Даже чемпион всех миров в этой категории, господин Кучики Бьякуя, кинул на меня продолжительный взгляд, но я никак не ответила на него. — Йору, — я подошла к ней вплотную — благо она стояла немного в стороне — и наклонилась к уху, заговорив самым тихим шёпотом:

— Я готова без оговорок привести план «мортем» в действие, — после чего пронзительно посмотрела ей в глаза. Она выглядела ещё более ошарашенной, я лишь на это прикрыла глаза, глубоко вздохнула и отошла на несколько метров от компании, ожидая, что она сейчас накинется с расспросами.

конец POV Нацуми

— Йоруичи, что она сказала? — Ичиго долго смотрел на блондинку, пытаясь понять, что за час в ней так сильно изменилось. Даже её аура казалось какой-то опустошающей, словно её сила вытягивала эмоции на расстоянии. Только сейчас он заметил, что она слишком похудела в Обществе душ, и этот факт его так же насторожил.

— Да так… сказала, что в туалет надо, а одной страшно идти, — нервно посмеялась полукошка, пытаясь врать как можно убедительней. Естественно, ей никто не поверил, но это было и не нужно — её бредовое оправдание было лишь способом сказать «не ваше дело». К тому же, её след уже и простыл — она на своей невероятной скорости переместилась к Урахаре, перевалила её через плечо и умчалась не пойми в какую сторону.

— Что за бред ты несёшь? — сразу перешла к делу Сихоин, как только скинула блондинку на землю за пять километров от места общего сбора. — Мы же это обсуждали — никакого плана «мортем»!

— Я уже приняла яд, — безэмоцианально ответила девушка, смотря в пустоту перед собой. Он ожидала бурную реакцию со стороны давней подруги и решила просто переждать тот период, в течение которого она будет на неё кричать.

— Что значит: уже приняла?! — вскипела женщина. — Тебя кто-нибудь просил, идиотка? Ты хочешь довести меня и Киске до петли?

— Это моё решение. Этот вариант наиболее безопасный для всего мира.

— Какого чёрта ты вообще печёшься о безопасности мира в одиночку?! Решила героически сдохнуть? — почти презрительно спросила Йоруичи. — Так подонок Айзен тебе не даст. Он будет тебя пытать, медленно убивать, чтобы ты молила о смерти.

— Мне плевать, если это обеспечит вам безопасность, — всё так же холодно отвечала Нацуми.

— А о брате ты подумала? — у Сихоин уже дёргался глаз. Твердолобость этой упрямицы просто за ручку вела её к могилке. — О друзьях? О Бьякуе, в конце концов?

— Ему всё равно… — шёпотом сказала Урахара. Тут в голове у Сихоин сложилось два и два, в глазах появилось осознание, а внутри всё начало по новой закипать.

— Так дело всё в нём? — девушка не ответила. — Что он тебе сказал?

— Ничего.

— И из-за этого «ничего» ты решила прямо в сюмпо побежать на занпакто Айзена? — Йоруичи подняла бровь. Нацуми бы повозмущалась мысленно из-за того, что даже Сихоин способна на это бесхитростное, но невероятно сложное телодвижение, но ей было не до этого.

— Я и раньше хотела это сделать, — она поднялась с земли, отряхнулась и повернулась к Йоруичи. Её тон стал боле-менее обычным, и глаза не были пустыми пятнами на лице — они загорелись решимостью. Но это Сихоин не порадовало. — Просто напрасная надежда на миг ослепила меня. Но теперь мой разум чист.

— Сама скажешь Киске, — Йоруичи всё же презрительно искривила губы и повернулась в ту сторону, из которой притащила девушку. — И не проси меня о помощи. Тебя переубеждать не стану, но и в этом безумии не буду участвовать.

— И на том спасибо, — поблагодарила с натянутой улыбкой Урахара, но женщины уже не было рядом с ней.

Вздохнув, Нацуми открыла Сенкаймон и вернулась в Общество душ. Щеголять в купальнике было не комильфо, поэтому на сюмпо она перенеслась в свою квартиру. Там приняла душ со скорбной мыслью о том, что она так и не искупалась в своём любимом море, переоделась в шихакушо и отправилась к сотайчо с вестью о том, что она решила закончить свой отпуск сейчас же. По пути в первый отряд девушка достала телефон и настрочила короткое сообщение.

Кому: Ленивый гений

План приведён в исполнение. «Панацея» практически завершила своё действие.

POV Нацуми

Сроки маленького отпуска заканчивались в тот же день, когда мой отряд должен был уже день быть на военных учениях. Если бы я осталась со всеми на море, то мне бы пришлось отдельно от наших идти в горы, куда на обусловленное место должен был привести моих оболтусов Укитаке и уже как день провести лекции о кидо. Но я вернулась раньше, поэтому мы и отправились все вместе, причём, до того, как вернулись офицеры с отдыха.

Двигались на бешенных скоростях, уже через три часа к лейтенанту обратились человек пятнадцать с практически одной и той же фразой «теперь понятно, для чего капитан нас так терроризировала на пробежках». Со мной никто не решался говорить: пусть я уже не убивала всех одним взглядом, но выглядела немного неживой и явно неготовой к разговору. Укитаке что-то пытался мне сказать, но его голос будто бы звучал на заднем плане, я и не сразу поняла, когда он прекратил попытки вывести меня на контакт.

Я решила, что справлюсь с ударом ниже пояса от любви всей моей жизни, но для этого нужна хотя бы капля времени. Уже на второй день я гордилась собой — могла пару раз в час улыбнуться Кире. Правда, весьма ужасно фальшивой улыбкой…

В лагерь прибыли к рассвету, ведь выходили ночью. Все принялись ставить палатки, повара на скорую руку готовили завтрак для всего третьего отряда и парочки синигами из четвёртого и тринадцатого — лекари и Кионе с Сентаро (естественно) были с нами. Мою палатку поставили высшие офицеры в сердце лагеря — у кухни. Шучу, просто посередине. К полудню всё было завершено и мы даже успели поспать. Пообедав, отряд направился на поле за лесом, где, собственно, им и предстояло провести эту неделю.

Восемнадцать подотрядов со своими командирами сидели спереди, каждый на определённом расстоянии друг от друга. Остальная сотня человек была разделена на четыре большие группы, между которыми тоже были небольшие проходы. Капитан тринадцатого отряда воспользовался Тэнтэйкурой, чтобы его слышали даже в самом конце. Я сидела рядом с Укитаке, скорее как символ того, что у отряда вообще есть капитан — Джуширо-сана я не слушала, ибо навыки кидо мне не были нужны. Мои мысли полностью крутились вокруг плана «мортем».

— Пусть кидо и имеет буквальное значение «пути демонов», его можно использовать не только в качестве орудия разрушения и убийства врагов, — вот, что я вообще за день услышала от Укитаке.

Всё, что ответил мне Киске в тот день, когда я ему отправила то смс, — «Мне плевать». Впервые на моей памяти он воспользовался этим сочетанием слов, видно моё решение задело его сильнее, чем Йоруичи. Да, я не забыла, как он уговаривал нас с эльфом отказать от этой затеи, как он уговаривал эльфа уговорить меня отказаться от этой затеи. Но разве он не понимает, что это единственный безопасный для всех — и для него тоже — вариант. Я хочу спасти жизни, в первую очередь жизнь единственного брата, а он отвернулся от меня в тот момент, когда я нуждалась в его поддержке больше всего.