Гриммджоу было встал в боевую стойку, но мгновения, эффекта неожиданности и одного удара хватила пустому, чтобы отбросить его на добрые сотни метров в сторону. Он перевёл животный взгляд разъярённого хищника на Улькиорру и бешено зарычал. Эрику прошибла дрожь, и даже Галлея поёжилась, крепче сжимая пальца на плече и за затылком брата.
Ичиго было двинулся к ещё не добитому врагу, но тут на него со спины напал оклемавшийся и примчавшийся обратно Гриммджоу. Теперь пустой выстрелил в него своим ужасающем серо, и Эрика благодарила всех небожителей за то, что Джагерджак успел защититься, хоть и снова оказался за пару километров от них, отброшенный взрывной волной от столкновения серо его и Куросаки. Урахара подскочила на ноги, закрывая с собой брата и сестру с Небес, пока пустой медленно оборачивался, явно не спеша разделаться с полумёртвым Куатро.
— Куросаки, остановись!
Расставив руки в стороны, Урахара грозно смотрела в прорези костяной маски, скрывающие лицо её бывшего ученика. От него веяло бессознательностью и животными инстинктами, и он вечно повторял одно и тоже слово: «Защищу».
— Опомнись же, идиот! Орихиме вне опасности, ей ничего не угрожает! С ними с себя эту маску и верни нам прежнего Куросаки!
Пустой стоял, не двигаясь. Урахара даже грешным делом допустила мысль о том, что она докричалась до него и что настоящий Ичиго под маской услышал её зов и опомнился. Но на самом деле он лишь думал, как избавиться от очередной помехи на его пути. Рывок, и он схватил одной рукой тонкую шею блондинки, поднимая её над землёй и тут же сжимая. В глазах Урахары тут же потемнело. Она захрипела, схватившись руками за запястье парня, и стала пинать его ногами и царапать бледную кожу в надежде, что хоть какое-нибудь её действие достигнет его души и сознание. Но всё было напрасно.
— Куросаки-кун! — откуда-то сверху прилетел крик Орихиме. Её и Исиду, которого всё это время лечила рыжая от серьёзных ран, оставленных Улькиоррой, спустил на землю Локи.
Как только Айзен-младший увидел, в каком положении находится его крёстная мать, он мигом рванул к пустому, вцепляясь ему в руки. Хватка сжалась вокруг его запястья; Локи прикладывал все усилия, чтобы переломать кости пустому, но всё никак не получалось. Шок мешал парню продолжать упорствовать, как и медленно закатывающиеся глаза Эрики. Тут на спину Куросаки запрыгнул в третий раз вернувшись из «далёкого полёта» Гриммджоу. Обхватив ногами его шею, он потянул за края маски Ичиго, пытаясь содрать её насильно и вправить этим мозги разбушевавшемуся кретину.
Маска поддавалась плохо, да и кости трещали под напором рук Локи слишком медленно. Однако этого хватило, чтобы пустой перестал сжимать горло Урахары и просто держал её на весу в полуметре над землёй. Куросаки вновь начал кричать, словно в надежде оглушить надоедливых «мошек», но те упорно терпели его выходки.
Локи принялся выкачивать реацу из парня, в надежде его ослабить, и тогда пустой пошёл на крайние меры. Между его рогов засветилось ядро начинающего образовываться залпа алого серо. Увидев это Айзен и Джагерджак умножили прикладываемое старание, но ни у сына небожительницы и синигами, ни у арранкара не хватало сил одолеть непонятное, скрещенное нечто из человека, пустого и синигами. Словно в него вселился дух Ада, который раз и навсегда решил прикончить долго избегающую смерть всем известную блондинку.
В последний момент перед залпом по отключившейся девушке, за спиной пустого из сонидо вышел Улькиорра. В его руке было зелёное копье Лус де ла Луна из его духовной энергии. Им он атаковал один из рогов Куросаки, срезая его почти под корень. Из-за этого у серо сместился центр образования, и оно в ту же сторону полурассеянной волной выстрелила «вспышка пустого» и взорвалась.
Наконец, маска треснула, освобождая бледное лицо Куросаки: пустые глаза смотрели в никуда. Кости наконец треснули и хватка вокруг шеи Урахары разжалась. Подхватив крёстную мать с опалённым лицом от взорвавшегося слишком близко серо, Локи ушёл с ней на руках к Галлее — женщина до этого защищала себя, Орихиме, Исидо и Улькиорру, пока тот был рядом, щитом из своей духовной энергии зелёного цвета. Сила небожительницы после заново собранного по кусочкам тела способностями Иноуэ ещё не полностью восстановилась, да и не боевым человеком она была.
К ним присоединился и Гриммджоу, держа рукой поперёк торса Улькиорру в полусознательном состоянии.
— Куросаки-кун!
Орихиме подскочила на ноги и рванула к падающему рыжеволосому парню. От её крика Эрика поморщилась и открыла глаза, мутным взглядом осматривая всё вокруг, чтобы понять, что произошло, пока она была в отключке. Тем временем Иноуэ, тяжело дыша из-за переизбытка чувств, добежала до уже валявшегося на песке Куросаки и, рухнув около него на колени, перевернула его на спину и уложила его голову себе на согнутые ноги.
— Куросаки-кун! Куросаки-кун! Куросаки-кун!
— Её чё, закоротило, что ли? — недовольно буркнул Гриммджоу, помогая Куатро принять стоячее положение. К нему на помощь поспешила Галлея, вставая с другой стороны от брата, и придерживая его за обрубок руки.
— Органы будет сложно восстановить… — тихо пробормотала она. Сифер нахмурился.
— Да… Если это имеет смысл…
Тут личина пустого Ичиго испарилась, собравшись в воздухе над парнем. Закружившись в водовороте, эпицентром которого была дыра в груди Куросаки, она вернулась прямо в неё, моментально закрывая и повергая в шок всех присутствующих при этом действии. Мгновенная регенерация, доступная арранкарам из эспады выше четвёртого уровня… Это было немыслимо, чтобы такой силой обладал человек.
— Ку… Куросаки… кун?
Орихиме, что нежно гладила ладошкой щёку возлюбленного, аккуратно провела большим пальцем по его скуле. И тут парень резко открыл глаза, тяжело дыша, и «с разбегу» сел, пугая при этом девушку. Он схватился рукой за грудь. По его лицу текли капельки холодного пота.
— Я… У меня… прямо здесь… я помню… — словно в бреду шептал Куросаки, сжимая ладонь в кулак. — В моей груди была дыра…
— Куросаки-кун? — облегчённо позвала Ичиго Орихиме. Её лицо украсила аккуратная улыбка, полная нежности и радости.
— Иноуэ… — Куросаки упёрся рукой в довольно жёсткий песок, оборачиваясь к девушке и заглядывая её глаза. Большие карие глаза, светящиеся неподдельным, почти детским счастьем и стоящие на мокром месте от него же. — Ты цела?
Орихиме утвердительно кивнула. Ичиго улыбнулся ей в ответ и вдруг потянулся свободной рукой к её лицу. Шероховатая ладонь парня легла на нежную кожу девичьей щеки, большим пальцем Куросаки стёр сорвавшуюся предательскую слезинку с влажных длинных ресниц Иноуэ.
— Тогда почему ты плачешь?
— Потому что счастлива, Куросаки-кун.
От слов девушки у самого Ичиго стало светлее на душе. Вот она здесь, прямо перед ним, такая родная и добрая, источает запах корицы и выпечки, улыбается, словно всё что ей нужно для жизни — видеть целого и невредимого его. И мысль о том, чтобы вот так вот сидеть и просто касаться её лица, смотреть в большие, наивные и чистые шоколадные глаза, слушать её голос, просто наслаждаться её присутствием была такой правильно.
Только в момент, когда оба рыжика стали тянуться друг к другу, Ичиго вдруг опомнился (они ведь ещё на вражеской территории и где-то рядом расхаживает Улькиорра (он даже не представляет насколько рядом, бу-га-га-га-га)). Не сам, правда. Ему помогли. Точнее помог. Брезгливый, до боли знакомый голос, зазвучавший за его спиной.
— Буэ… Меня сейчас стошнит!
Куросаки слишком резко дёрнулся в сторону и обернулся, даже забыв поначалу убрать ладонь с лица Орихиме. Рука непроизвольно потянулась к поясу, но на нём занпакто не было обнаружено. Это заставило напрячься парня ещё больше, чем вид морщившегося от «омерзительного вида» двух «голубков».
— Лобызайтесь в своём Обществе душ, или где вы там тусите с этим отбросами в чёрных панталонах!
— Гриммджоу? — шокировано спросил непонятно у кого Куросаки, расширяя глаза до их предела. — Улькиорра? — его взгляд скользнул по Куатро эспаде, который мало того, что был весьма… нецелым… так ещё и грозился коньки отбросить в любую секунды. — И ты? Ты тот парень с крыльями!
