<a name="TOC_id20335725"></a></p>

<a name="TOC_id20335728"></a>Отступление 21

     Примечание к части

     Новый путь Шимуры Данзо.

     Возможно это станет завязкой для нового фанфика.

<p>

</p>

     Открыв глаза, он уставился в серый каменный потолок, не имеющий ни трещин, ни иных неровностей. Под ним находился тонкий жёсткий матрац, уложенный на довольно жёсткую узкую лежанку, расположенную у левой стены маленькой комнатки без окон, которая была не более пары метров в длину и ширину, но при этом не меньше трёх метров в высоту. Никаких источников света обнаружить не удалось, но при этом вместо кромешной темноты помещение заполнял приятный полумрак.

     "Карцер", - пришла на помощь своя-чужая память, в данный момент больше похожая на море из осколков зеркал, в которых отражаются те или иные события жизни.

     Так как прямой угрозы жизни не ощущалось, а в сером каменном мешке, непонятно как освещаемом и проветриваемом, из примечательных вещей имелись только лежанка, ночной горшок и металлическая дверь, можно было спокойно разобраться со своими ощущениями, телом и памятью (тем более, что беспокоиться было о чём). Во-первых, отсутствовала система циркуляции чакры, что ощущалось как утрата дополнительных рук и ног, которые всю жизнь являлись чем-то неотъемлемым, из-за чего их утрата заставляет бояться и считать себя неполноценным; во-вторых, у него были оба глаза, которые видели абсолютно одинаково, что из-за привычки носить повязку поверх имплантированного додзюцу вызывало дополнительный дискомфорт; в-третьих, осмотр рук показал, что тело принадлежало молодому мужчине, который не пренебрегал физическими упражнениями, учился владеть мечом, но не сражался по-настоящему, не знал крестьянского труда, а ещё - ухаживал за ногтями.

     "Аристократ... ну или сынок аристократа", - привычно отметил разум, пока шиноби принимал сидячее положение, складывая ноги в позу "лотоса", а руки в печать концентрации (отсутствие чакры вовсе не делало его беззащитным, как и не являлось причиной перестать считать себя воином).

     Чистая белая рубашка и чёрные плотные штаны, довольно свободного покроя, своим видом только подтверждали первый вывод мужчины. Ткань была слишком добротной, а швы - ровными, аккуратными, чтобы их мог позволить себе кто-то беднее торговца средней руки... пусть они и предпочитали одеваться во всё пёстрое и дорогое, дабы бросить пыль в глаза впечатлительным клиентам, в то время как настоящие богачи в первую очередь заботились об удобстве (что отличало их от аристократов, пестрота одежд коих демонстрировала их статус в обществе).

     "Что же, жизненная и духовная энергии во мне есть, но они не смешиваются, а заполняют тело на разных уровнях материальности. Воспользоваться ими я смогу, но только для моментального усиления-укрепления, либо для направленного неструктурированного выброса. На большее без СЦЧ рассчитывать не стоит. Ощущается ещё какая-то энергия, которой довольно много, но как к ней подступиться я пока не знаю. Вывод? Тело в хорошей форме, так что за счёт эффекта неожиданности я смогу одолеть в открытом бою одного молодого генина. А если буду действовать с умом, то и команду из трёх человек уложу. В конце концов шиноби, достигший уровня каге, даже без чакры - это профессионал, умеющий выживать и убивать", - убедившись, что не столь беспомощен, как могло бы показаться, мужчина решил разобраться со своими-чужими воспоминаниями, в чём ему должны были помочь практики работы с сознанием, правдами и неправдами узнанные у клана Яманака.

     Замедлив дыхание, а следом за этим и сердцебиение, обитатель камеры стал погружаться в своё подсознание. Он не опасался производить подобные манипуляции сейчас сразу по двум причинам: во-первых, его держали в карцере, который является местом отбывания проступка для провинившегося воспитанника, ученика или военнослужащего; во-вторых, рефлексов должно было хватить для того, чтобы отреагировать на вторжение в помещение кого-либо постороннего. А память прежнего владельца тела была нужна как воздух...

     ...

     Его звали Геллерт Грин-де-Вальд, шестнадцатилетний ученик пятого курса Академии Волшебства Дурмстронг. Довольно высокий голубоглазый блондин с чистой светло-розовой кожей, действительно являющийся представителем древней династии, которая когда-то давно пересекалась с некоторыми королевскими семьями. Ныне же у него не осталось по-настоящему близких родственников, ну а дальние, как подсказывали ощущения, предпочтут отречься от "паршивой овцы"...

     "Очередной юнец, посчитавший себя уникальным, гениальным и самым сильным. А ведь у него были такие перспективы, которые оказались спущены в выгребную яму из-за нетерпеливости. Отсутствие розг в период полового созревания плохо сказалось на характере", - краем сознания Данзо отметил, что в этом мире год состоит не из четырёхсот восьмидесяти дней, а лишь из трёхсот шестидесяти пяти, из-за чего нынешнему возрасту своего тела можно смело срезать четыре года.

     Геллерт родился осенью одна тысяча восемьсот восемьдесят второго (отсчёт вёлся от рождения сына самого влиятельного бога этого мира, который сумел подавить всех конкурентов и стал почти единоличным владетелем), в одна тысяча восемьсот девяносто третьем поступил на учёбу в академию магии Дурмстронг, расположенную в затерянной среди гор долине, где пять лет познавал таинства чар, трансфигурации, зельеварения, ритуалистики, некромантии, прорицания... Недавно, в уже наступившем восемьдесят восьмом, он нашёл старые записи по демонологии, которая считается запретным знанием, за применение коего могут приговорить к смерти...

     "Сопляк нашёл технику призыва, вызвал Шинигами и потребовал дать ему знания и силу, чтобы он мог стать великим и могущественным. Мой патрон дал всё то, что хотел контрактор: знаний у меня много, а запас духовных сил многократно превосходит предыдущего владельца тела. Ещё и заявил мальчишке, вырвав его душу из тела: "Ты мог стать великим и могущественным". Учитывая же, что исторические хроники рассказывали о демонах, которые напускали на людей чуму, уничтожая до трёх четвертей жителей континента, не удивительно, что они всеми силами ограничивают демонологию", - попытавшись себе представить подобную ситуацию в Конохе, новоявленный наследник рода Грин-де-Вальд понял, что его новая жизнь, скорее всего будет интересной, но очень недолгой (впрочем, это зависело от многих факторов, в том числе и того, как произошедшие события будут интерпретированы судом).