Установилось молчание, которое нарушила сиреневая единорожка:

     — Ещё один раз мы сможем воспользоваться Элементами, даже если после этого окончательно потеряем с ними связь… как принцессы Селестия и Луна. Что же до второго… нам нужен шестой пони, подходящий хотя бы частично, чтобы активировать «Сады». Раньше я об этом не заговаривала, так как вчетвером… мы бы не справились, но вместе с Рарити вероятность успеха повышается до девяноста процентов.

     — В качестве шестого члена команды, пусть и временного, я предлагаю мисс Дитзи Ду, — изрекаю так быстро, что никто не успел возразить ученице Селестии.

     — Меня?! — воскликнула пегаска-гуль, до этого момента считавшая, что присутствует на совещании только для того, чтобы Трикси могла через неё воспринимать информацию.

     — Её?! — воскликнули почти все остальные (Флаттершай и Свити Белль промолчали, а Твайлайт я уже убедил… насколько это возможно).

     — Но… почему я? — работница почты выглядела растерянной и даже испуганной, что с учётом её нынешней внешности лишь подчёркивало ситуацию. — В смысле… ведь много тех, кто лучше меня…

     — Есть вариант с использованием жеребёнка, которому ещё и месяца нет, либо же мы можем воспользоваться некромантией и призвать дух Пинки Пай, чтобы попросить её принять участие в операции, — отвечаю монотонно-механическим голосом, пресекая все возмущения. — По всем моим расчётам, именно мисс Дитзи Ду способна синхронизироваться с Элементом Смеха. Вероятность успеха любого другого пони значительно ниже.

     «И если мне не изменяет архив моей памяти, именно она в будущем должна была стать членом команды бандитов-спасателей. На совсем уж крайний случай у нас есть Пинки Гам, да и некромантия… Но вряд ли подруги Пинки Пай на это пойдут даже ради спасения мира. Слишком уж характерно дёрнулись их мордочки, когда я это озвучивал», — пронеслись размышления в моём процессоре, которые не заняли и секунды.

     — Что скажешь, дорогуша: готова рискнуть собой ради спасения мира? — нарушила молчание белая единорожка, лежащая в постели с подключённой капельницей.

     — Я… — Дитзи зажмурилась, напряглась, и наконец произнесла: — Я сделаю всё, что в моих силах!

     — Вот и славно, — тепло улыбнулась Рарити. — Добро пожаловать в команду, дорогуша.

<p>

</p>

     Примечание к части

     Всем добра и здоровья.

<p>

<a name="TOC_id20312146"></a></p>

<a name="TOC_id20312148"></a>Подготовка машины

     В полумраке лаборатории, где по потолку на наспех закреплённых рельсах передвигались счетверённые манипуляторы, похожие на трёхпалые металлические руки, вспыхнули жёлтыми огоньками глазницы шлема, своей формой повторяющего чуть увеличенную голову пони. Из динамика, встроенного в нижнюю челюсть, раздалось шипение и кряхтение, ноги киборга несколько раз дёрнулись в креплениях, металлические крылья распахнулись, сверкнув острыми гранями широких полотен.

     — С пробуждением, капитан Лаенхарт, — произношу через динамик шестилапа, как раз в этот момент вошедшего в поле охвата объективов глазных камер гуля. — Вы меня понимаете?

     — Где я? Что происходит?.. Крусейдер, это твоих лап дело?! — мозг жеребца, сигналы с которого снимают специальные высокочувствительные датчики, начал отчаянно подавать сигналы конечностям, по поступившему от меня приказу ушедшим в режим ожидания. — Что всё это значит?..

     «Объект контролирует себя. Терапия, разработанная в Мэйнхеттенском госпитале и направленная на восстановление функций мозговой ткани, сработала. По крайней мере, подопытный не стал диким или зацикленным, что после запекания в драконьем пламени очень хорошо», — составив краткий отчёт своих наблюдений, подкреплённый данными с оборудования, внедрённого в механическое тело киборга, отправляю его Целителю и Мыслителю, чтобы они выдали выжимку информации докторам-гулям.

     — Что последнее вы помните, Лаенхарт? — данный вопрос мне действительно интересен, так как раньше мне не доводилось работать с представителями понижизни в его положении.

     — Что помню… — голос из динамика шлема ночного гвардейца стал задумчивым, а спустя несколько секунд он ответил, по всей видимости всё же решив сотрудничать с тем, в чьих стальных манипуляторах находится его жизнь: — Тьму и тишину… Много тьмы и тишины, в которых не было ни проблеска света, ни самого тихого звука… Лишь мои собственные мысли и воспоминания, которые путались и перемешивались, временами замещая друг друга. Из-за этого я не уверен, что происходящее сейчас — реальность, а не очередная игра моего воображения. А до этого была схватка с драконом и пламя, которое должно было меня сжечь… Это ты хотел услышать? Удовлетворён?

     — Полностью, — отвечаю собеседнику ровным тоном, мигнув башенной лампочкой дрона-разведчика.

     «Значит, он был в сознании всё это время? Ну, или часть этого времени. При этом, будучи запертым в собственном разуме, он не сошёл с ума… Во всяком случае, Лаенхарт не стал более безумным, чем был. Что в этом сыграло большую роль: воля, природа существования, терапия?» — если бы я мог, то почесал бы затылок (хотя, как говорилось в анекдоте из моей прошлой жизни, умные люди чешут лоб), но вместо этого лишь отправляю дополнение к своим наблюдениям в общий архив моих подпрограмм.

     — Твоя очередь отвечать, Крусейдер, — констатировал бэтпони, сумевший взять под контроль функции своей головы… к которым у него есть доступ.

     — Мы находимся на одной из вспомогательных роботизированных баз ЭСС, обустроенных в пригороде Мэйнхэттена, — решив вознаградить собеседника за сотрудничество, монотонным голосом начинаю повествовать о минувших событиях: — Операция по взятию под наш контроль Разбитого Копыта прошла успешно, однако же дракон успел нанести некоторый ущерб объединённым силам ЭСС и Кантерлота. Первое время после операции все считали вас погибшим, но более глубокое обследование показало, что мозг и некоторые внутренние органы продолжают функционировать и даже восстанавливаются, пусть и медленно. Мной было принято решение не оповещать об этом других пони, а взяться за реабилитацию и восстановление боеспособности лично…