— Извините, профессор, — улыбнулся Малфой. — Я только что встретил директора. И нам с мисс Уизли нужно срочно исправить график дежурств. Это не долго. Но чтобы никому не мешать, могли бы мы с ней сесть на последнюю парту?

Класс загудел. Герда вскочила со своего места и недоверчиво посмотрела на него. Раньше на этих теоретических занятиях он всегда сидел с ней.

— Так, — поднял палочку преподаватель, прося всех успокоиться. — Мистер Малфой и мисс Уизли занимайте последнюю парту слева, за мистером Поттером. Только как можно быстрее включайтесь в занятие. Мисс Фоули, прошу на первую парту к мистеру МакМиллану. Начинаем занятие.

Пока Уизли шла к нему, Скорпиус гадал, что было в головах у однокурсников, а в особенности у Фоули. Хорошо хоть они будут на последней парте. Меньше на них все будут пялиться.

Но Скорпиус ошибся. Казалось, весь класс только и был готов наблюдать за тем, как они сидят вместе. Об их ненависти и невозможности терпеть друг друга знала вся школа. Он снова все испортил в один момент. До деда точно дойдет информация обо всем этом. Но и оставить ее рядом с МакМилланом он не мог. В конце концов, это его обязанности. И дед сам говорил ему, что быть старостой школы это очень важно. Поэтому придраться ему будет не к чему.

Только лишь с пятой просьбы профессора все повернулись и смотрели на него. Но студенты все равно предпочли сесть в пол оборота, чтобы изредка, но посматривать на них. Малфой чувствовал, как Роза, сидящая рядом, сжалась и отдалилась от него на максимальное расстояние.

— Нет никакой МакГонагалл, да? — тихо спросила Роза, когда профессор начал лекцию.

— Замолчи и сделай вид, что мы заняты графиком, — шикнул на нее Скорп. — Или иди к МакМиллану.

Роза замолчала и придвинулась к нему. Их ноги соприкасались. Скорпиус даже порадовался, что на ней сегодня была обычная юбка. Иначе соображать он бы уже не смог. И потерял контроль над собой прямо на уроке. Хотя…

Одной мысли обо всех их играх хватило, чтобы тело загорелось. А то, что на них постоянно оборачивались и посматривали, заводило еще больше. Скорпиусу безумно хотелось с ней поиграть вне башни старост.

Роза записывала лекцию, посчитав, что им было достаточно времени для того, чтобы «подправить график». Ну, да, Уизли не была бы Уизли, если бы пропустила какой-то материал. А Скорпиус начал игру.

Правой рукой он писал какие-то отдельные слова в своем пергаменте, а левую опустил под стол и положил на ее колено.

Уизли тут же напряглась и прекратила писать, даже не дописав слово. Она слегка повернула на него голову. Скорпиус посмотрел в ее глаза. Недовольство, просьба прекратить все это. Поджала губы, но Скорп был готов поспорить на все свои деньги, что она сделала это только для того, чтобы побороть соблазн закусить свою нижнюю губу.

Скорпиус лишь усмехнулся, начиная вести руку по ее бедру все выше и выше. Она попыталась сжать ноги, но, очевидно, от его прикосновений они перестали ее уже слушаться. Скорпиус чувствовал, как на горячей коже появляются мурашки.

— Кхм, — Роза кашлянула.

Но это получилось так громко, что весь класс мигом на нее обернулся.

— Не отвлекаемся, — сказал профессор, возвращая внимание класса себе.

Рука, не останавливаясь, медленно ползла все выше. Роза настолько сильно сжала перо, что оно разломилось на две части. Умоляющий взгляд на него. Умоляет остановиться или наоборот не останавливаться? Скорпиусу все это сносило голову, но он продолжал сохранять невозмутимость.

Ее щеки краснели. Она хотела было опустить руку, чтобы остановить его. Но Скорпиус был быстрее. Он уже дотронулся через ткань трусов до ее самой горячей точки, слегка надавливая.

Роза судорожно выдохнула. Это было не громко, но Скорп был уверен, что Альбус, сидевший перед ними, это услышал. Скорпиус хотел ее здесь и сейчас.

Как же это заводит и сносит крышу. Впервые делать то, что хочется. Впервые плевать на всех.

Скорпиус интенсивнее водил пальцами, все сильнее возбуждаясь от того, что она еле-еле сдерживалась. Впрочем, он тоже. В паху все болело.

— Хватит, — прошептала Роза.

— Нет, — покачал головой Скорпиус, отодвигая ткань и запуская в нее палец.

Она издала стон. Тихий, но стон. Альбус обернулся. Но Скорпиус на него не взглянул, продолжая делать вид, что пишет конспект. Хотя мысли были далеко не в этом классе.

Он увеличивал темп, чередуя массирующие движения клитора с вхождением в нее.

— Скорп, — зажмурилась она, хватая его руку и сильно сжимая. — Прекрати.

— Уверена? — прошептал Скорпиус ей на ухо.

Он видел, как она искусала себе все губы, отчаянно пытаясь сдержать стоны, рвущиеся из нее. А Скорпиус продолжал сдерживать себя. Наверное, будет слишком заметно, если она на него сядет посреди урока… Он почувствовал, как ее мышцы начинают сокращаться, и ускорил темп.

Тут она издала какой-то странный звук, видимо, стараясь, чтобы он меньше всего походил на стон, но достаточно громко, да еще и смахнув со стола чернильницу. Скорпиус быстро достал из нее пальцы. Весь класс непонимающе повернулся и уставился на нее. Скорпиус сделал вид, что ничего не услышал и не обратил на нее и капли внимания, получая удовольствие от того, что на пальцах сохранялась ее влага. После нахождения в ней руки были горячими.

— Мисс Уизли, с Вами все в порядке? — на этот раз профессор тоже уставился на них.

— Да, — хриплым голосом ответила Роза, тут же прокашливаясь. — Просто я задела рукой чернильницу и сломала перо.

— Повторите мне этапы подготовки к дуэли, — сказал профессор.

Роза встала и начала перечислять этапы. Скорпиус отметил, что ее по пояс прекрасно закрывает Альбус, хотя все еще на них пялились. Поэтому снова проник ей под юбку, легко сжимая ее ягодицы. Роуз запнулась, но взяла себя в руки и довела ответ до конца.

Скорпиус отговаривал себя от идеи залезть под парту и провернуть все тоже самое, только не пальцами, а языком. Ее уже спросили, она блестяще ответила. Вряд ли профессор снова заинтересуется ими, когда класс еще полон студентов.

Но тут он почувствовал, как ее рука провела по штанам. Скорпиусу казалось, что он прямо тут сейчас кончит. Он резко поймал ее руку, останавливая.

Она вопросительно посмотрела на него, слегка усмехаясь.

— А мне, значит, нельзя, да? — обдало ухо горячим дыханием.

Скорпиус проклинал все на свете, что остановил ее. Но не представлял, что бы было, если бы он кончил под партой от рук Уизли. А если его еще и спросят… Он был уверен, что она больше не решится на этот шаг. И после урока, вероятнее всего, убежит.

Он взял под партой ее за руку, а их пальцы сплелись в замок. В этот момент прозвенел колокол.

Уизли быстро собрала свои вещи и вышла из класса. Яксли быстро схватила Фоули под руку, бросила на Скорпиуса уничтожающий взгляд и вывела подругу из класса. Яростным взглядом его наградил и МакМиллан.

— Ну как оно, сидеть с грязнокровкой? — усмехнулся Эйвери, когда они тоже уже направлялись на ужин.

— Неприятно, — сдержанно ответил Скорпиус. — Но я не виноват, что старухе срочно понадобился график.

— Заставил Уизли его относить? — засмеялся слизеринец.

— Конечно, — довольно улыбнулся Малфой. — Да и график она сама этот исправляла. Просто, чтобы профессор не настучал старухе, пришлось устроить этот спектакль.

Скорпиус за ужином пытался отыскать ее за столом Гриффиндорцев, но рыжей гривы нигде не было. Поэтому он быстрее покончил со своими отбивными и, попрощавшись с друзьями, направился к себе.

Однако его на выходе догнал Альбус.

— Ты что устроил? — шикнул на него друг. — То говоришь, что вам даже наедине лучше ничего себе лишнего не позволять, то распускаешь руки посреди урока. А если бы…

Но Альбус не успел договорить. К нему сзади подошла Кьяра и закрыла глаза. Поттер расплылся в улыбке.

— Хорошего вечера, — подмигнул Скорпиус и направился вверх по лестнице.

В башне Уизли не было. Хотя значок показывал, что она тут. Конечно, она тут. Ведь значок на кровати. Куда она пошла без него?