— Позволь мне узнать тогда, чего я такого не знаю, после чего я должна забыть все это и вновь верить тебе?

— Не уверен, что ты захочешь это слышать, — он подошел к ней еще ближе.

Роза остановила Скорпиуса кулаком, прислонив его к прессу. Они оба замерли. Какой он идеальный. И теплый.

— А может, ты прекратишь ревновать? — Роза с трудом оторвалась от его живота и подняла взгляд.

— Ты переучилась, Уизли? — его взгляд снова стал ледяным, а кулаки на руках сжались. — Мне плевать на тебя.

Роза убрала руку, которая разделяла их и прижалась к нему. Она убедилась, что он был возбужден.

— Уверен? — Роза продолжала смотреть ему в глаза и провела рукой от груди до самого низа живота.

Она почувствовала, как все его тело сжалось, а у самой прошел огонь по спине. Хоть она была почти раздета и в комнате было прохладно, ей казалось, что она сейчас загорится.

— Чтобы ревновать, надо любить, — сказал Скорпиус ледяным тоном, тоже не отводя взгляда. — А я тебя ненавижу…

— Ага, — улыбнулась Роза. — Поэтому с начала года зажимаешь меня в коридорах, набрасываешься с поцелуями, защищаешь от бладжеров и Розье. А потом трусишь признаться во всем мне и себе, и начинаешь грубить, обзывать, пугать, применять силу. Мне продолжать?

— Очень глупо, Уизли, — усмехнулся он. — У меня против тебя точно такое же оружие. Ты мечтаешь и хочешь, чтобы я зажимал тебя, целовал. А потом начинаешь уговаривать себя, что я самое великое зло на планете. Не поверю, что ночами тебе снится МакМиллан, а не я.

У Розы остановилось сердце и сбилось дыхание. Он был прав. И даже не подозревал, что не только во снах, но и наяву она представляет только его.

— Давай, Уизли, — холодное и одновременно горячее дыхание снова коснулось ее уха. — Расскажи мне. Что я такого делаю с тобой в твоих снах, отчего ты на всю башню стонешь мое имя.

— Не было такого, — прошипела Роза, моля всех богов, чтобы это не было правдой. — У тебя мания величия. Ты не такой весь из себя, каким тебя все представляют. И хочу разочаровать тебя, твоя девушка симулирует.

Роза хотела его задеть, но Малфой вдруг громко захохотал.

— А я знаю, что ты то еще бревно, — покачал он головой, продолжая улыбаться во все свои тридцать два идеальных зуба.

Розу это настолько разозлило, что она потеряла все остатки самосохранение и притронулась рукой к его члену. Через тонкие пижамные штаны она могла чувствовать все. Роза слегка провела рукой по его возбужденному члену, не снимая с него штанов. Малфой замер и судорожно выдохнул.

— Тебе может и удастся заставить плясать под свою дудку даже меня, — Роза начинала получать удовольствие от происходящего. — Но своего маленького дружка ты точно не сможешь обмануть.

Хоть Роза уже и убрала руку, но поняла, что насчет размера ее фраза выглядит очень неправдоподобной.

— Проверим, что будет, если я сделаю так? — Роза поднялась на носочки и поцеловала его.

Как давно она не прикасалась к этим губам. Как скучала по ним. И наконец это было в реальности, а не в ее голове.

Сейчас ей было плевать на то, что будет с ней потом. Этот раунд их игры останется за ней. Она прекрасно видела, что Малфой ничего не соображает. Она главная.

Малфой резко притянул ее к себе, еще больше впиваясь в ее губы. Руки исследовали ее спину, спускаясь все ниже.

Роза старалась не терять остатки своего разума. Она разумнее этого хорька и не последует тупо за своими желаниями. Это ее игра. Это ее план. И она сумеет все это вовремя остановить.

Но его язык заставлял забывать обо всем. Роза положила руки на его грудь, лаская его соски пальцами. Его дыхание становилось все более отрывистым. Роза сама не смогла сдержать стон, когда его пальцы прошлись по ее ключицам.

Она чувствовала, что живет. В этот момент. Что все так и должно быть. Что все это очень правильно.

Он вновь сильно сжал ее запястья. Роза ахнула. Он тут же отпустил ее, не разрывая поцелуй.

— Прости, — очень неразборчиво сквозь поцелуй произносит Скорпиус.

Роза почувствовала, как руки снова оказались на ее талии и спине. Но только холодные пальцы трогали голую кожу, а не ткань ее пижамного топика. По телу пробежал разряд тока, а кожа под подушечками его пальцев покрылась мурашками. Низ живота начал ныть с рекордной силой. Розе казалось, что она сейчас сойдет с ума.

В комнате было так тихо, что она слышала каждый его неровный выдох, каждое прикосновение его губ к себе.

Розе казалось, что от ее губ уже ничего не осталось. Он будто хотел ее съесть. Скорпиус прижимал ее к себе все сильнее, начав покусывать нижнюю губу, при этом издавая рык. Это было так дико, животная страсть. Но Розе это безумно нравилось.

Роза сама не заметила, как пальцы, все еще находившиеся под ее топиком, переместились на живот. И вот его большой палец коснулся одного из ее сосков.

— Скорпиус, что… — сказала Роза, но осеклась.

Малфой отстранился от ее губ и уставился на нее. Роза понимала, чем вызвана такая реакция. Она впервые в жизни назвала его по имени.

Скорпиус лишь усмехается и прижимается губами к ее шее, откидывая назад волосы. Как приятно. Его язык ласкает кожу. Казалось, шея больше не способна держать ее голову. Стоны так и рвутся изнутри. Тело пылает огнем. Пижамные шорты, должно быть, уже мокрые насквозь.

Роза запустила руку в его волосы. Реакция последовала незамедлительная. Горячий воздух обжег кожу.

Резкое движение и Роза почувствовала, что она парит в воздухе. Обвив Малфоя ногами, она прижалась к его губам, затем перевела поцелуй на шею, оставляя на ней ответный засос.

Она чувствовала, как дрожит его тело. Как из его рта тоже вылетают стоны. Он зарылся носом в ее волосы, жадно вдыхая.

Он посадил ее на письменный стол, продолжая сжимать ягодицы и встал между ее ног. Роза ощущала его каменный стояк внутренней частью бедра.

Роза лишь прижалась к нему, рисуя узоры на его мускулистой спине. Пальцы опускались все ниже. Роза вновь провела рукой по прессу, опускаясь к штанам.

— Я больше не могу, — прохрипел он ей в ухо.

Резким движением он убрал ее руку от себя, а сам опустил ткань топика с одной стороны, наклоняясь и обхватывая губами ее сосок.

Роза задохнулась от воздуха, которого стало слишком много.

Тело требовало, чтобы он немедленно вошел в нее. Но Скорпиус лишь продолжал дразнить, играясь пальцем, языком и губами с ее соском. Волны жара разносились по ее телу.

— Малфой, — прошептала Роза.

Он вновь вернулся к ее губам, а руки оказались на ягодицах, максимально плотно прижав к себе. Она тоже примкнула губами к его соску, слегка водя по нему языком и оставляя влажные следы на груди, которые мигом испарялись на его горячей коже.

— Я хочу тебя, — гортанным голосом проговорил Скорп.

Он упирался возбужденным членом прямо в нее. И вот его руки потянулись к штанам. Он почти их снял и…

— Нет, — выдохнула Роза.

— Что? — прошептал Малфой, больнее кусая кожу на ее плече.

— Нет, Малфой, — Роза оттолкнула его от себя, спрыгнула со стола и отошла к двери в свою ванную.

— Уизли, что… — он смотрел на нее затуманенным взглядом.

— Я просто доказала тебе, что ты меня хочешь, — улыбнулась Роза. — И ты в этом сам признался меньше чем минуту назад. Ты сказал это. Что хочешь меня. А теперь пошел вон из моей комнаты.

Малфой стоял неподвижно, а его глаза были пустыми.

— Как думаешь, через сколько секунд МакМиллан вышвырнет тебя из своей жизни, когда узнает, что я с тобой тут делал? — Роза слышала, как он лязгнул зубами.

— Он тебе не поверит, — хмыкнула Роза.

— А ты, Уизли? — тихо спросил Малфой. — Ты поверишь, что он за твоей спиной трахает других девок?

— Чего? — замерла Роза.

— Я не случайно сказал тебе, что ты его ни капли не привлекаешь, — зло усмехнулся Малфой. — Я во время дежурства застукал его с одной из когтевранок. У тебя был прекрасный шанс отомстить ему. Но… Ты все упустила.

— Ты врешь, — тихо сказала Роза, поджав губы.