Услышав шаги, женщина мысленно скрестила пальцы, готовясь отыграть свой акт в этом спектакле. При ее виде в полном боевом облачении Дельцы удивились и спросили, что подвигло местную начальницу переодеться в срочном порядке.

- То-то и оно, что давно пора, – усмехнулась мадам Горски и выпустила в голову каждого не менее трех патронов из обоих пистолетов, которые резко вытащила наружу. Она молча стояла и смотрела, как ничего не понимающие Дельцы превращаются в пепел, заодно убеждаясь, что не зря заранее припасла для себя глушители, иначе после громких выстрелов ее давно бы накрыла толпа сторонников Виктора, не так давно наводнивших Башню.

Обыскав то, что парочка почивших уронила на пол, женщина брезгливо отбросила от себя мужскую сумку, которую один из Дельцов панибратски бросил на кресло после того, как вошел. Оттуда Вера извлекла потрескивающую рацию, после чего с помощью морзянки отбила по деревянному столу ответ, что Этаж Вентру находится под полным контролем.

- Вас понял, – отозвался мужской голос с другой стороны. – Продолжайте наблюдение. Любого, кто появится на горизонте, расстрелять, никакой пощады. В противном случае, глотки повырываю.

- Вырвешь, вырвешь, – фыркнула Вера, отключая рацию и ломая ее на кусочки с помощью Могущества, чтобы ее невозможно было восстановить. – Смотри, как бы тебе самому что-нибудь не оторвали.

Убедившись, что вокруг по-прежнему тихо, женщина быстро набрала СМС-ку и направилась туда, откуда собиралась выводить бывшего пленника и марионетку Виктора. Заложенную Доминированием программу было вывести сложно, но все-таки возможно, единственной ложкой дегтя оставалось то, что Себастьян ЛаКруа находился немного не в себе. Тем не менее, Горски считала, что его нужно вывозить из Башни Вентру как можно скорее.

Оказавшись рядом с ним, дама первым делом посмотрела ему в глаза, желая убедиться, что никто не вмешивался в ее работу.

- Ты помнишь, кто я?

- Вера Горски, – немного монотонно ответил француз.

- Почему ты здесь? – несмотря на внешнее спокойствие, мертвое сердце чуть в пятки не ушло от одной только мысли, что все усилия окажутся напрасны.

- Вы снимали с меня внушение и приводили в чувство, – медленно произнес ЛаКруа и напрягся – опасения по поводу срочной эвакуации только усилились, но были тут же заблокированы. – Мадам Горски, что происходит? Куда вы хотите меня увезти?

- Подальше отсюда, – выдохнула Горски и, пользуясь тем, что ЛаКруа практически недееспособен, потащила его за собой. – Шевелите ногами, Ваше Высочество, уходить пора.

Однако в коридоре обоих поджидало неожиданное препятствие. Дорогу двоим Вентру перегородил целый отряд Дельцов Смерти, вооруженных с головы до пят и готовых применить это самое оружие в любой момент. Прорваться напролом не представлялось возможным.

- Вот мы и встретились, – ухмыльнулся тот Сородич, что стоял к женщине ближе всех. – Неужели вы думали, что сможете совершить государственный переворот? Впрочем, неважно, вас двоих приказано отправить прямиком на тот свет. Сорен, – внимание лидера отряда переключилось на Тореадора, который до того мгновения скучающе поигрывал складным ножом, – убей их.

Сорен, даже не подумав увеличить скорость хотя бы на чуть-чуть, медленно убрал нож в карман плаща и достал такой же пистолет, какими была вооружена мадам Горски.

- Ты чего, придурок? – удивился вампир. – Промажешь с такого расстояния.

- Это вряд ли, – к большой неожиданности первого, Сорен резко приставил пистолет к его голове, после чего обернулся назад и обратился к своим людям: – Либо вы служите тому, кому давали присягу, либо я отправлю вас к праотцам. Выбор за вами, леди и джентльмены.

Горски еле слышно засмеялась – все-таки не зря она надеялась на Фэйт Линч, все-таки у нее получилось осуществить задуманное. Да и вряд ли кто-то из рядовых солдат решится пойти против своего настоящего начальника, а не того, кого по большому недоразумению поставили на позицию лидера и кому оказалось так просто снести башку с тонкой цыплячьей шеи.

- Мои Дельцы готовы помочь, – голос Сорена звучал совершенно спокойно, будто не он пять минут назад кого-то хладнокровно застрелил и обратил в пепел. – Но это не значит, что мы друзья.

- О большем и не смею просить, – быстро вернувшись в свое амплуа, Вентру продолжила: – У нас серьезные проблемы. Буквально полчаса назад я получила известие, что к цыганскому табору движется враг, а там наши… то есть, мои подопечные, – исправила ошибку дама. – Моих людей не хватит, мы…

- Я удержу Башню, – перебил Сорен. – Когда прибудем в табор, то сделаем все, чтобы нас никто ни в чем не заподозрил. Мы дадим вам столько времени, сколько сможем. Но будьте осторожны, Вера. Виктор – не тот Сородич, который прощает.

- Постоянная бдительность, помню.

С этими словами Вера Горски повела ЛаКруа за собой, одновременно звоня и переходя на крик, чтобы ее люди поспешили как можно скорее оказаться в Санта-Монике. Нападения не ожидали так скоро, всех сил может не хватить, женщина пыталась собрать всех, кого могла. Неонаты, Фэйт, еще несколько знакомых Сородичей и не только… Она надеялась, что все откликнутся и придут на помощь.

Потеряв самообладание, Павлиди выпустила Фирузе из своей хватки, вцепилась руками в воротник плаща мадам Горски и начала трясти ее словно грушу. Выплеснув яростный порыв, она задрожала мелкой дрожью и хотела было ударить даму в лицо, благо та успела вовремя среагировать. Она крепко прижала к себе девушку, не давая ей вырваться. Иола всхлипывала и прижималась лицом к плечу Вентру, больше не сдерживая в себе ни единой эмоции. Теперь она знала, что такое настоящее горе.

Сердце вроде было мертво, как и все тело, а горело так, что еще немного, и этот огонь выжжет все внутренности. Люди вытирают с лица слезы, а Иола запачкала плащ и блузку Веры кровью. Воспоминания о роковой битве накатывали волнами, словно говоря, что слова из сна были правдой. Фирузе, просто сидя рядом и бормоча первое, что приходило в голову, сумела достучаться до ее сознания, в результате чего образовалось такое странное видение. Во время боя Бруха получила сильный удар и практически впала в торпор, но своевременное спасение и вмешательство не позволило выбыть из строя и всего лишь погрузило в транс, из которого Иола должна была выбраться сама. Фирузе просто сидела рядом и нашептывала нужные слова, чтобы помочь вернуться в реальность, Иола внутри себя сама хотела спастись, вот мозг и придумал такое своеобразное путешествие. Она не раз слышала о том, как Сородичи сходят с ума и становятся подобными Малкавианам – быть может, именно такие события и ломают что-то в не-мертвом сердце и разуме?..

Кровь текла по щекам венгерской принцессы, но она не обращала на это внимания. Теперь она знала, как плачут вампиры.

- Неправда, все ложь, – бормотала Иола, по-прежнему держась за женские плечи.

- Мне правда очень жаль, – тихо сказала Вера. – Это моя ошибка, из-за меня погибли люди... – Вентру, в первую очередь, считала виновной именно себя. Не предусмотрела, недоглядела, не рассчитала ходы наперед…

- Виноват только тот, кто устроил эту бойню, – подал голос Сэм. Видя, что подруга не в состоянии трезво мыслить и говорить, он продолжил: – Зато теперь мы можем предъявить не одно доказательство виновности Виктора. Не один человек и Сородич видели там его телохранителей. Без приказа своего шефа они бы не устроили поджог, да еще и в чужом домене. Как говорил командир моей роты, дело пахнет трибуналом.

- Конклавом, – поправила мадам Горски, не выпуская Иолу из кольца своих рук. – Сородичи называют это Конклав. И то, что произошло в Санта-Монике, не может быть проигнорировано никем. Массовое убийство, нарушение Маскарада, вмешательство в политику других городов, связь с квей-джин, причем доказанная… Как говорят смертные, целое пособие по криминалистике, – женщина четко скопировала тон Уоррена, показывая таким образом, что уловила суть. – Такое Князю точно не сойдет с рук. Засиделся Виктор на своем троне.