— Такое было с одним человеком… — вздохнула Дейла, перебив себя.
— Да, Эфларус с ключником пришлось попотеть. — добавила Диана.
Василиса невольно скосила взгляд на Норта, над головой которого навис зловещий шевелящийся шар. Вот интересно, рубиновый ключик в курсе, какой у него гад хозяин? Ведь вначале ключ подарили Василисе, а вдруг он будет слушаться ее охотнее?
— Наверное. — пожал плечами Норт. — Не знаю.
— Чувствуют наверное. — ответил Марк.
Кажется, брата занимали схожие мысли, — заметив, что Василиса смотрит на него, он ответил ей злобной гримасой.
— Вещи — это материальное отражение Вечности, — неожиданно произнесла Маришка. Над ее головой парила огромная разноцветная бабочка. — На протяжении всей жизни люди вкладывают в любимые вещи частицу своей души, энергии, помыслов и даже мечтаний. Но люди умирают, а вещи зачастую переживают своих хозяев. Например, Черный Ключ.
— Вот Резникова — коза. — злобно произнесла Диана.
— Да, я была настоящей козой. — улыбнулась Маришка.
Василиса вздрогнула.
— Ведь когда-то, очень давно, он принадлежал Эфларусу, — с гадкой улыбочкой дополнила хрустальная ключница.
— Есть мертвые вещи, — добавил Ярис. — Это брошенные, забытые предметы, без единой капли энергии. Таких много плавает в безвременье.
От этого помрачнел Марк и Ярис. Хорошо, что они сейчас живут в другой параллели, а не в безвременье. Но они оба успокоились, объятимм девушек.
Василиса живо вспомнила свое путешествие по Колодцу Времени, когда она летела в потоке самых странных вещей: часов, стульев, старых расчесок… Как странно, подумала она, получается, что вещи имеют куда большее значение в жизни людей, чем виделось ей раньше.
— А клокер — это вещь или все же человек? — неожиданно спросила она у Астариуса.
— Если честно, я думаю, что это бездушное существо. — пожал плечами Лёшка.
— Иногда есть такие, что клокеры могут, что — то чувствовать. — добавила ЧК.
— Да ладно?! Не верю!
Часодей тотчас повернулся к ней, словно ждал этого вопроса:
— А ты как думаешь, Василиса?
— Ну-у, мне кажется, что вещь, — начала она, смущенная пристальным вниманием. — Потому что у клокера нет души, которая перемещается по временному коридору. С другой стороны, клокер внешне так похож на человека.
— Да, но есть у некоторых. — пояснил Нортон.
— Не верю! — завопил Лёшка.
— Отправлю тебя в ЗолМех, увидишь. — цокнула ЧК. — Просто это сама редкость.
— Ладно. Посмотрю.
— В данном случае сходство куда менее важно, чем различия, — заметил Астариус.
— Скажите, а человек может стать клокером? — неожиданно вновь спросила Василиса. В ее голове мгновенно вспыхнула столь знакомая картина из сна — бесстрастное механическое лицо с золотой кожей.
Астариус прищурился. И неожиданно обернулся к другим ученикам:
— Сможет ли кто-то ответить на этот довольно непростой вопрос?
— Непростой вопрос?! — засмеялся Нортон. — Даже я это знаю!
— Ну и сможет ли человек стать клокером? — спросил Миракл.
— Может. Им же Астрагор стал?
— А Астрагор- то да, но мы же про человека.
— А я привёл пример. Астрагор хоть и Дух, но человек ведь.
— Я лучше промолчу. — закатил глаза Миракл.
— Да, если у него хватит силы и энергии прижиться в механическом теле, — с ухмылкой произнес Марк. — Так что, если кто-то из нас вдруг расстанется с душой навсегда, он вполне может пожить в механическом теле.
— Но недолго, — вставила Диана, мрачно взглянув на златоключника. — Потому что нельзя заключить душу в вещь, чтобы ни писали в сказках.
— Вот, реально моя школа. — улыбнулась Диара.
— Я многому у вас научилась. — усмехнулась Диана.
— Все верно, — поддержал железную ключницу Астариус. — Часовщики научились наделять вещи часовой энергией — заставлять их двигаться, что-то делать, но не мыслить. Клокер — механическое существо, а не духовное.
— А феи — духовные существа? — состроив невинную рожу спросил Марк.
Диана тотчас вспыхнула от негодования, но Астариус невозмутимо ответил:
— Все люди — духовные существа, даже если порою ведут себя бездуховно, — мягко произнес он, глядя на вмиг стушевавшегося Марка. А затем повернулся к Василисе. — Ну что, Василиса, мы ответили на твой вопрос?
— Не урыл, а закопал! — засмеялась Дейла.
— Я старался сам не заржать. — улыбнулся Ярис.
— Да идите вы, друзья блин! — засмеялся Марк.
— Да, конечно, — смущенно пробормотала та. Как ни странно, она испытала большое облегчение — и ее постоянный кошмар вдруг побледнел и сплющился, как старый, ненужный рисунок.
— Ой ребят, предупреждаю, что сейчас будет очень скучно. — предупредила Дейла.
— Ну ладно, готовимся не уснуть. — улыбнулся Примаро, взяв за руку покрасневшего Рэта.
— Вот и отлично. От себя лишь добавлю, что человек может заточить свою душу в любую вещь, но должен совершить сей поступок добровольно. Но вряд ли найдутся подобные желающие, готовые расстаться с жизнью ради сомнительного пребывания в неодушевленной материи… А теперь вернемся к нашей теме… — Астариус обвел всех лучистым, сияющим взглядом. — Любая вещь, сделанная человеком, неразрывно связана с ним, его жизнью, помыслами и событиями. Как и с судьбами других людей. Вот почему можно сказать, что вещи — это наблюдатели. Они впитывают наши эмоции и чувства — смех, радость, горе, любовь, восторг или сомнение, запоминают наши слова, следят за поступками. Но, как вы знаете, вещи неразговорчивы. Они предпочитают молчать. Непросто разбудить их, пригласить к диалогу, попросить поделиться своей мудростью. Я хочу, чтобы вы разбрелись по этому залу, нашли свой личный уголок в нем, свое энергетическое пространство. То место, где вам было бы комфортно и уютно. Возьмите ваш ключ, окружите его часовым флером. Попытайтесь представить, что может он вам рассказать, какую тайну поведать… Для этого вам просто надо закрыть глаза. Расслабиться. Поймать ритм, дробный перестук секунд, ощутить дух Времени… И душа вольется в реку душ и разыщет в ней тайный знак…
От этого чуть не успели все.
— Ну и нудную речь ты произнёс, дед. — зевнул Нортон.
— Извините. — пожал плечами тот. — Не знал, что про нас книги напишут.
— Точнее про меня. — с улыбкой поправила Василиса.
— Про тебя, про тебя.
Слушая речи Астариуса, Василиса пробежалась взглядом по Лазурной зале, гадая, где же ей было бы комфортно начать разговор с ЧерноКлючом. Как вдруг увидела, что за одним из шкафов стоит Маар и старательно внимает словам великого часодея. Интересно, он здесь тайно находится? А может, его тоже пригласили?
— Василиса?
— Заснула наша радость. — улыбнулась Захарра.
— Как и всегда. — добавила Диана.
— Ничего нового! — засмеялась Дейла.
— Абсолютно. — хмыкнула Эсмина.
Девочка словно очнулась. Оказывается, все уже давно разбрелись по залу в поисках укромного места. Она торопливо вытащила из ножен Стальной Зубок.
— Тебе что-то непонятно? Спрашивай.
Василиса помотала головой.
— Все понятно, учитель. Просто… Знак Стального Зубка уже известен. Поэтому я подумала, не взять ли мне какую-нибудь другую вещь. Книгу, например?
— Нет, не думаю, что книга получится. — хмыкнул Фэш. — Нужен другой предмет.
— Точно. — вдруг осознала Василиса.
— Мы собрались здесь не только ради этого, Василиса, — мягко произнес он. — Твой ЧерноКлюч уже не раз выручал тебя, не так ли? Будет очень неплохо, если ты установишь с ним связь. Раскроешь его душу… Кто знает, что он тебе еще расскажет или покажет… Да, и пока нас никто не слышит. — Он улыбнулся в усы. — Не расскажешь ли мне, как дела с твоим личным часовым флером?
Василиса расстроенно покрутила головой:
— Больше не было.
— Но скоро будет. — улыбнулась Василиса. — Уверена, что именно в этой книге.
— Я тоже надеюсь. — хмыкнул Родион.
— Очень жаль, очень жаль, — искренне огорчился Астариус. — Возможно, твой дар больше и не проявится, кто знает… В любом случае, если вдруг это произойдет, хотя бы слабое мерцание цифр вокруг тебя, — постарайся усилить их с помощью мысли, раз за разом повторяя свое числовое имя. Чтобы часовой флер задержался надолго… И конечно, сразу ко мне. Возможно, мы смогли бы развить его, например, начать с простого упражнения: построить все цифры по порядку. Или же снова создать фигуры. Если ты научишься управлять ими с легкостью, то сможешь делать очень интересные вещи. Великие дела.
