— Значит, Шингу устроил панику, — в том, что это Шингу, уже никто не сомневался, — чтобы в это время убить главного врача? Итак, Сайто–сан, Миуда–сан, кто из вас ходил на первом этаже?

— Я, но… — тихо простонал Сайто, — Миуда тоже спускался «в туалет», хотя туалет на первом этаже только для персонала.

— Эй, я просто перепутал! — моментально оправдался Миуда, — Сайто сказали быть на первом этаже, он более вероятный подозреваемый.

— Ага, а может тогда, когда ты поднялся на второй этаж, ты хотел убить Сагуру–куна?

— Ха, ты тоже тогда поднялся!

— СТОП! — резко рявкнул Мегурэ, — Такие разборки нам не нужны. Расскажите Такаги, что произошло, а я пойду, посмотрю на бомбы. Сато со мной.

— Есть!

Когда несколько полицейских удалились, Такаги с большим смущением, неловкостью и непреодолимым желанием сесть, обошёл стол главного врача и присел на стул. Все остальные встали напротив, готовые отвечать, как у доски. Это даже вызвало у полицейского странный неловкий румянец.

— Эм, начнём с… инспектора Накамори. Ваша версия?

— Что ж, — Накамори несколько раз прокашлялся, пытаясь устранить внезапный комок в горле, — Когда я прибыл в больницу, ко мне подбежал главный врач. Он был в полном порядке и сообщил мне о бомбах в здании. Тогда я позвонил полиции и сапёрам у лестницы, а потом пошёл на третий этаж.

— В это время Вы заметили что–то странное?

— Нет. Сагуру пошёл вместе с Сайто к лестнице, врач за ними, но, как говорит Сайто, в кабинет, а я шёл в другую сторону к пожарной лестнице, чтобы пресечь подозрительных личностей.

— И?

— Никого не было.

— А где был Миуда–сан, когда вы расходились?

Инспектор замялся. Миуду он не заметил, но он вполне мог первым побежать к лестнице и скрыться до того, как инспектор обернулся. Однако это звучало подозрительно.

— Возможно, он первым побежал к лестнице и успел дойти, — инспектор мог думать только о таком варианте, — Когда я поднялся, он уже был на третьем этаже.

— Понятно. Что он делал?

— Обходил палаты… То есть, открывал двери палат, заглядывал в них и шёл к следующей.

— Он что–то говорил?

— Да, он отпросился у меня в туалет, и я сказал, чтобы он попросил одного из врачей. Мы перекинулись ещё парой фраз, и он спустился вниз по пожарной лестнице. Потом я нашёл бомбу, просидел около неё некоторое время, пока меня не нашёл Сагуру–кун, и мы не ушли.

— Понятно.

Такаги положил раскрытый блокнот на стол, а рядом ручку. Он подпёр подбородок рукой и такой грустью посмотрел в окно, будто этот врач был его отцом или братом, а не очередной жертвой, дело который нужно раскрыть. Такаги всегда был мягкосердечным.

— Сагуру–кун, теперь твоя очередь, — однако полицейский быстро восстановился, почти в момент. Опыт помог.

— Хорошо. Я зашёл внутрь после инспектора вместе с Сайто–саном и Миудой–саном. Когда мы подошли к регистратуре, я предложил разделиться по этажам — Сайто–сан пошёл на первый, я — на второй, Миуда–сан — на третий. Тогда я пошёл наверх по обычной лестнице и видел, как Сайто–сан шёл в её направлении, а потом свернул в кабинет первой помощи и закрыл за собой дверь. Но я успел заметить, что там ещё находился врач и перебирал документы… Правда, я не понял, женщина это была или мужчина, у этого человека были очень длинные волосы.

— Длинные волосы?

— Да, врач с длинными волосами. Лица я не видел, но волосы почти до пояса, — Сагуру–кун всплеснул руками, хотя для экспрессивности времени не было, — Потом я поднялся на второй этаж и сразу направился к своей палате. Сначала мне помешала убегающая толпа пациентов, но потом коридор стал чистым и пустынным, и я быстро прошёл внутрь.

— Хорошо, — Такаги внезапно зевнул и неловко протёр один глаз. Вчера в соседнем районе случилось убийство, после которого он и глаза не сомкнул. Может, это тоже было причиной его печали? — Что ты нашёл там? Почему ты сказал инспектору, что бомбы не настоящие?

— К слову, — Сагуру даже чуть позабыл об этом, — Первым делом я нашёл пустую банку от таблеток для сердца. Их сейчас проверяют, да? — получив утвердительный кивок, парень выдохнул, — Потом я подошёл к двери, но ручка не повернулась. И тогда включился компьютер, где проигралась аудиозапись.

— Как некий механизм?

— Да. В первые дни мы с Шингу прятали друг от друга «клады» и заставляли искать их по больнице. Это же мне и сказал голос из записи. «Ты упустил клад!» — так.

— И ты начал поиски снова?

— Да. Я обнаружил бумагу под кроватью, а на ней информацию, что все бомбы здесь — поддельные. Сначала я не поверил, но… Шингу тогда не врал и…

Сагуру печально опустил голову. Нет, верить убийце очень сложно, почти невозможно. Может он смог бы простить солдата, понять самозащиту, но даже убийство таких людей… Как Шингу вообще выбирает жертв? У этого есть некий принцип? Может, они связаны чем–то? Но чем?

Казалось, что один один раз видел странный документ с именами жертв, но на следующий день он был уничтожен, и парень уже не был уверен, что это не сон.

А ведь если жертвы не связаны, так ещё хуже. Такие убийства заслуживают наказания, а он… продолжал помнить того странного мальчика и верил ему. «Идиот, нет?» — на лице почти расползалась печальная улыбка, но Такаги ждал продолжения.

— Я вышел в коридор и столкнулся с парнями. Я спросил: «Где инспектор?», а потом сказал им спускаться и побежал к третьему этажу. Дальше всё сходится с рассказом инспектора Накамори.

— Ясно.

Такаги вновь зевнул. Сначала он приложил кулак к одному глазу, усилено потёр (даже слишком), а потом нажал костяшками сразу на два глаза, как будто хотел вдавить яблоки в глазницы. Кажется, Такаги правда утомился. Но он ещё чуточку соображал, чтобы вновь взять блокнот.

— Давайте начнём с Миуды–сана, раз он был на третьем этаже… Что произошло с того момента, как ты разделился с Сагуру–куном и Сайто–саном?

— Ну, — смутился бармен, — Я побежал на третий этаж по обычной лестнице. Сагуру–кун и Сайто шли за мной, пока Сайто не свернул в кабинет первой помощи. Поднимаясь по лестнице на третий этаж, я видел, как Сагуру–кун заходит на второй этаж.

— Почему вы просто заглядывали в кабинеты, а не заходили?

— Ну, очевидно, — неловко улыбнулся Миуда, — Я боялся, … что есть ещё бомбы. Или сам маньяк где–то спрятался. Ах, к слову!

— Да?

— На третьем этаже я видел… возможно это не связанно, — мужчина замотал руками, отказываясь от своих слов, но все лишь внимательней посмотрели на него, — Как бы сказать… Сейчас не утро, значит пациенты давно встали, да?

— Ээ, да? — внезапно заинтересованно кивнул Такаги. Такие внезапные странные вопросы обычно мог задавать только Шиничи или его друг из Осаки, — Медсестра?

— Да? — юная медсестра, под глазами которой высохли слёзы, хлипко пробормотала, — Да, мы делали обход.

— Вы заправляете постель?

— Пациенты сами заправляют, всегда. Мы проверяем, а если что поправляем сами, — так же беспокойно ответила она, не понимая, о чём речь. Миуда улыбнулся ей, как если бы хотел успокоить. Потом снова посмотрел на застывшего Такаги.

— Мне показалось странным, что… в одной палате, кажется, четырнадцатой, была смята и не заправлена постель.

— Э?! — синхронно пропели абсолютно все, кроме медсестры, которая тихо пикнула и пробормотала:

— Подождите, моя подруга делала обход после, показывая всё сапёрам, и та кровать была в порядке.

Всё напоминало нелепую немую сцену из комедии. Сагуру почему–то опирался на полку с папками и документами и с широко раскрытым ртом наблюдал за всей компанией. Справа от дворецкого стоял инспектор Накамори, который просто нелепо уставился на подозреваемых, пока его руки и ноги почти буквально были «по швам» и не двигались, как если бы оледенели. Такаги тоже, кажется, немного призабыл о недавнем недосыпе и долго обдумывал два очевидных ответа на эту загадку, чем занимались и Сайто с медсестрой. А вроде такая мелочь?

— Хочешь сказать, — Накамори ещё раз прокашлялся, — Шингу — не один из вас или… у него есть сообщник?