Литмир - Электронная Библиотека

Земли храма птицы являлись северной границей Союза, за которой располагались горные владения вардарагхов, племени ящеров-отступников. Эти человекорептилии поклонялись так называемому Духу-Изменнику, злобному полубогу Элендораду, которого, по легендам, запер в водах волшебного озера горбатый змеедух Ману-Каутилья. Культ Элендорада был под запретом во всех Зоократиях мира. В глубокой древности Элендорад намеревался стать богом и монополизировать духовную власть над язычниками, за что многочисленные духи жестоко отомстили недобогу руками Ману-Каутильи.

Последователи плененного божества по всему миру мстили остальным зоократам за унижения и мучения их господина, а равно за гонения, которым отступники подвергаются со стороны прочих язычников. Как следствие, вардарагхи не признавали власти Союза и постоянно устраивали кровавые набеги на его территорию, грабя и убивая всех без разбора. И вот эти чокнутые безбашенные кровавые ублюдки терзали Зоократию уже очень и очень давно. Конечно, многие наилучшие пытались покончить с последователями Элендорада, но горы служили им естественной защитой, которой они очень умело пользовались. Даже когда союзным войскам удавалось нанести сокрушительное поражение черным ящерам, вардарагхам каждый раз неведомым образом удавалось оправляться после разгромов, и все начиналось по новой. А уж сколько раз войска зоократии не возвращались вообще из походов на высокие горные перевалы!

Поэтому политика Союза уже давно была направлена не на уничтожение рептилий-еретиков, а на их сдерживание. И именно иглиты были тем щитом, который ограждал прочие княжества и земли от налетчиков черных ящеров. И быть такого рода буфером было крайне сложно, а без поддержки наилучшего и вовсе невозможно, поэтому храм птицы был вынужден всячески поддерживать политику наилучших в обмен на их содействие в борьбе с поклонниками Элендорада.

Дорога в Матарапи занимает около двух недель и на протяжении всего пути пролегает сквозь густые, почти непроходимые джунгли. Узкий тракт, зажатый с обеих сторон в тиски дремучих лесов, был едва различим в этом царстве дикой и необузданной природы.

В Матарапи объединенной процессией направились представители храма пса и свита наилучшего. Столица Союза, озерный город Тагараски, была для Зоократии уникальным местом, так как являлась в наибольшей мере людским поселением. Как и подобает столице, Тагараски был не только политическим, но и религиозным и торговым центром со всеми вытекающими отсюда последствиями. Большую часть населения города составляли купцы, представители касты шрени, которыми были в основном люди, так как только человек может в свойственной ему эгоистической манере делать деньги, ничего не создавая своими руками. Также столица была домом для людского сословия лучших, правящей элиты Союза. Третьей группой жителей города были жрецы, брахманы.

Вообще форма той или иной общности язычников в первую очередь зависела от доминирующей в ней расы зверолюдей. Так, княжества, отличающиеся жесткой вертикалью власти, характерной для воинских объединений, чаще всего возникали на базе общин ящеров и насекомых, так как они отличались наибольшей воинственностью по сравнению с другими зоократами. Храмы создавали коты, псы и птицы, более других склонные к магии, которая, как и у большинства народов мира, была привилегией жречества. А в племена объединялись трудолюбивые и покладистые копытные, единственные млекопитающие зооантропоморфы, не имеющие ни тяги к волшебству, ни буйного характера воинов. Племена других зоократов встречались намного реже.

Так вот, в Тагараски помимо людских районов располагались два храмовых квартала: храм кота и храм пса. Каждый из них представлял собой город в городе, в которых были свои хозяйства и обслуживающие их крестьянские общины, органы управления и даже суды. Как следствие, в обсуждении нового союзного договора от Тагараски должны были участвовать сразу три делегации: делегация наилучшего, делегация псов, которую представлял Акинок и его люди, и делегация котов.

Наилучший и верховный брахман псов направились на переговоры вместе, а вот глава храма кота отправился в Матарапи намного раньше, чтобы обсудить какие-то иные вопросы, поэтому его сторонников в процессии не было.

Объединенный отряд состоял из двадцати брахманов, тридцати солдат-лучших, телохранителей государя, самого правителя и небольшого контингента слуг.

К вечеру третьего дня устроили привал в руинах давно заброшенного храма. Когда-то здесь было святилище птицелюдов, но сто пятьдесят девять тысяч лет назад княжество ящеров Ясамаль заявило свои права на эту землю, в результате чего небольшая община орлов и сов была уничтожена, а часовня разрушена. Конечно, тогда наилучший встал на сторону иглитов, но мертвых из могилы не вернуть, а другие птицы не захотели вновь обжить это место.

Жрецы и воины аккуратно и тщательно обыскали развалины, ведь дремучие леса Зоократии смертельно опасны даже для зооантропоморфов. Дикая природа джунглей, живущая по законам охотника и жертвы, порождает невероятно больших и опасных хищников. Стоило чуть углубиться в лес, как можно было навсегда в нем и остаться. На каждом шагу человек или зверолюд мог стать едой гигантских аллигаторов, анаконд или варанов, от могучих саблезубых пантер и ягуаров невозможно было убежать. Трехметровый адский боров – эдакий скалоподобный плотоядный кабан с мордой, покрытой рогами и шипами, – невероятных размеров сумчатый волк, комары и шершни с человеческий рост – и это далеко не полный перечень ужасных хищников языческих лесов, одинаково беспощадных как к самим язычникам, так и к иноверцам. Так что даже у многочисленной и вооруженной до зубов процессии были все основания опасаться размещаться в руинах, пока не станет ясно, что там не поселилась какая-нибудь зверушка или не выросло массивное плотоядное растение.

Язычники укрылись от ветра за уцелевшими стенами храма, вместо давно обвалившихся потолков растянули шкуры, развели костры, и очень скоро у переговорщиков было весьма достойное место для ночлега. Все лучше, чем спать в лесу под сенью деревьев вместо крова.

Люди и зверолюди поужинали и стали укладываться спать. По периметру лагеря расставили часовых, ведь нельзя оставлять без охраны верховного брахмана и наилучшего. Не спали только Акинок и царь Тарапа. Храм пса был у государя в особом почете как самый надежный сторонник среди всех участников Союза, поэтому два лидера очень часто советовались по политическим и не только вопросам. В этот раз они решили устроить очередное совещание.

Главным камнем преткновения на этих союзных переговорах, как обычно, будет дележ земель и освобождение от уплаты налогов и податей. Расширения границ хотят все, но не все его получат. А вот денег… с деньгами дела обстояли сложнее. Храм птицы, защищающий остальной Союз от вардарагхов, не платил податей короне, а, наоборот, постоянно пользовался дотациями из казны. И каждый раз орлы просили все больше и больше денег. Само собой, бремя содержания войска иглитов несли другие племена и княжества. Большая часть этой нагрузки легла на богатое княжество насекомых, биститов. Их город располагался у моря, на юге Зоократии, и они единственные вели торговлю с внешним миром.

Вход иноземцев в леса язычников запрещен и карается смертной казнью, однако многие иностранцы желают обладать перьями и шкурами экзотических джунглевых животных, а также редкими видами древесины. И предприимчивые торговцы совместно с насекомыми нашли, как обойти это досадное ограничение. Биститы везли товар на пограничные острова, куда и прибывали заморские купцы, именующие себя варийцами. Формально придраться было не к чему, язычники не нарушали священных законов леса. Впрочем, предъявлять претензии было и незачем, ведь от столь бойкой торговли в казну наилучших постоянно текли реки налоговых выплат.

При таком положении дел весьма логично, что периодически налог на бойкую торговлю биститов повышался, дабы направить их непомерное богатство на пользу Союзу – на обеспечение армии орлов, защищающей Зоократию от вардарагхов. Насекомым это очень и очень не нравилось, ведь они жили на другом краю страны и отродясь с черными ящерами не сталкивались, и их недовольство тем, что они вынуждены кого-то кормить, дабы защититься от непонятно кого, нарастало.

2
{"b":"747809","o":1}