— Объяснишь? — просит Гермиона.

— Думаешь, что Северус улучшал только твои навыки окклюменции?

— Но почему ты раньше не применял её?

— Зачем напрягаться, когда нечего скрывать? То, что нужно — спрятано слишком глубоко и никто к нему не докопается.

— И что же там спрятано?

— После тебя, Грейнджер. Что спрятано в тебе?

Она без особо желания поднимается на нужный этаж и закрывает глаза. Глубоко вдыхает и открывает двери нужного кабинета. Осталась всего минута до начала урока и Гермиона прямо-таки заставляла себя прийти на очередное Прорицание.Каждый урок заканчивался одинаково для неё — Трелони озвучивала на весь класс очередное идиотское видение и гриффиндорка в слезах выбегала, не досидев до конца.

— Ты как? — тихо спрашивает Поттер, когда она приземлилась на своё место. — Я думал, что ты не придёшь.

— Я тоже так думала, Гарри, — отвечает Гермиона, гневно вцепившись в книгу. — Я жду конца этого семестра, как никогда раньше. Более абсурдного предмета, нежели это недоразумения, нужно постараться придумать. Я бы лучше ещё раз выучила курс Зелий и сдала его Снейпу.

— Всё будет хорошо, — Поттер обнял подругу. — Кто, как не ты, Гермиона, должна выстоять этот курс.

— Ох, я надеюсь, Гарри.

Трелони опоздала на несколько минут. Она что-то долго рассказывала о сегодняшнем занятии. Гермионе только оставалось гадать: станет ли легче от того, что кружки с гущей заменились магическими шарами? Перед ней, Гарри и Роном образовалась три идентичных шара, внутри которых была непонятная дымка. Очередная инструкция от профессора и весь класс принялся вглядываться в загадочные артефакты.

— Профессор, я вижу голого Теодора Нотта, — в приступе хохота залился Блейз Забини. — Это должно что-то означать?

— Лишь то, друг, что тебе стоит задуматься о своей ориентации, — в ответ крикнул Нотт.

— Дети, не отвлекайтесь! — затараторила Трелони. — Магические шары — очень тонкая материя, вам следует сосредоточиться.

— Ага, как же, — пробубнена себе под нос Гермиона. — Тоньше не придумаешь.

Гермиона снова напрягла глаза и попыталась хоть что-то высмотреть в сером дыму шара. Похоже, что даже у Рона и Гарри стало что-то выходить, судя по их увлечённым взглядам. Гриффиндорка начала закипать в желании покинуть класс и направиться в библиотеку. Очередная попытка и она уже собиралась поднять руку, но вдруг, туман в шаре начал приобретать какие-то очертания, а в ушах послышался шум.

Все вокруг начинает плыть, а картинка перед глазами становится всё чётче и чётче. Она видит Гарри, но тот лежит посреди какой-то травы и деревьев. Это похоже на Запретный лес. Гермиона пытается окликнуть друга, но не выходит. Картинка смещается с бессознательного друга на толпу людей в нескольких метрах от него. Это Нарцисса Малфой? Да, точно. И Хагрид? А это кто? Быть не может. Это же Волан-де-Морт.

— Мёртв, — говорит Нарцисса, подходя к Гарри.

— Гарри Поттер мёртв! — выкрикивает Реддл.

Гермиона хочет кинуться к Гарри, но её тут нет, она лишь зритель со стороны. Рациональная часть подсказывает, что это лишь глупое видение, что её друг сидит возле неё и точно так же видит какой-то бред в шаре. Но сердце неистово стучит, вырываясь из груди.

— Способность изменить то, что изменить нельзя — дорогого стоит. Заплати цену, которую не жаль за собственную душу, чтобы спасти чужую, — голос из вне раздаётся криком в голове. — Жизнь других равна жизни одной. Потеряй себя, чтобы не потерять их.

— Замолчи! Хватит!

— Когда ложь из твоих уст станет правдой — погибель его придёт. Кровью друзей руки свои омой, чтобы голову перед ним склонить. Продай свою жизнь смерти, чтобы тени чёрные солнце не заслонили.

— Прекрати! — она смахивает шар со стола и выбегает из кабинета, пока голос продолжает звенеть в голове.

Воспоминания и зловещий голос вновь всплывают в голове, будто бы она когда-то это забывала. Прорицания, которые она так ненавидела в школе рассказали её судьбу наперёд. В последнее время она начала часто задумываться о том, как бы всё случилось, ослушайся она судьбу. Так же много об этом она думала в самом начале.

— Да, это я общалась с Сириусом, — наконец-то выдаёт Гермиона. — Я ему сообщила, где находятся некоторые из крестражей.

— Если так, то зачем отправилась на поиски диадемы?

— Я ему не говорила о ней. Хотела сначала ослабить там защиту, а потом дать ему координаты, — она не смотрела ему в глаза. — А потом узнала, что кто-то побывал в хижине. Я боялась, что это может быть кто-то другой, кто не знает, что нашёл.

— Почему ты сразу не связалась с ним, чтобы попусту не тратить силы?

— Он не выходил на связь. Да и бездействовать нельзя было. Как бы Тёмный Лорд мне не доверял, он всё равно продолжал за мной наблюдать.

— Что случилось с Нагайной? — продолжал допрос Драко. — Она была тоже крестражом?

— Да. И я тоже не понимаю, кто и как её уничтожил.

— Как ты вообще оказалась среди Пожирателей?

— Тебе необязательно идти, — Рон с жалостью смотрел на подругу. — Неужели МакГонагалл тебя не отмажет?

— Всё нормально, Рон, — она пыталась звучать, как можно беззаботнее. — Я просто слишком впечатлительная.

— Точно? Я переживаю за тебя.

— Да, точно.

Она заходит в кабинет, не обращая внимания на ядовитые насмешки Паркинсон и её подружек. Слышит, как что-то подшучивает Нотт и Малфой, а к ним подключается Забини с Гойлом. Гермиона начинает привыкать к тому, что её начали считать немного странной. Зато теперь она начинает понимать Полумну, хотя та вряд ли страдает от подобных видений. С каждым разом голос в голове пугал сильнее, а картинка в шаре становилась яснее.

Тот же сценарий. Трелони рассказывает о ценности таких навыков, как прорицание и выдаёт студентам шары. Гермиона боится заглядывать в серый туман, со всей силы зажмурив глаза. Она и так по ночам просыпается от отголосков страшных предсказаний в голове.

— Милая, у тебя что-то не получается? — профессор подходит к гриффиндорке, которая единственная со всего класса сидит, отвернувшись от шара. — Тебе помочь?

— Нет, профессор, — тихо отвечает Гермиона. — Я просто настраиваюсь. Сейчас.

Как бы не менялись локации, но сюжет остаётся тот же: Гарри мёртв, а над его телом склонился Волан-де-Морт с победоносной улыбкой на лице. Он вновь громко вещает о смерти парня и заливается мерзким смехом, будто бы есть, чем хвастаться. В этот раз Гермиона пытается не смотреть на тело друга, отвлекая себя тем, что рассматривает лица остальных присутствующих. Глаза цвета карамели задерживаются на том, кого она прежде не видела в шаре. Это Малфой-младший. Он стоит за спиной матери и смотрит в спину Лорда. Гермиона точно знает, что в прошлых видениях его не было. Что изменилось теперь?

Девушка старается рассмотреть его и понять, почему он вдруг появился. Это тот же Малфой, которого она ежедневно видит в коридорах Хогвартса.И всё в нём точно такое же: чёрный костюм и чёрная водолазка. Идеально уложенные волосы с характерным платиновым отблеском. Даже перстень на пальце тот же, который подчеркивает принадлежность парня к старинному чистокровному роду Малфоев. Изучающий взгляд останавливается на палочке, крепко зажатой в правой руке слизеринца. Это не его палочка.

Она где-то видела такое подобное волшебное древко, но не может вспомнить. У кого-то из волшебников или где-то в книге? Гермиона пытается закрыть глаза, чтобы прошерстить огромную библиотеку в своей голове, но пугающий голос вновь раздаётся криком:

— Впиши своё имя в этот сценарий. Заморозь чувства, чтобы позже разжечь их холодным снегом.

Картинки быстро начинают сменяться, она еле успевает их рассмотреть. Замечает Дамблдора на Астрономической башне. Он летит вниз с потухшими глазами. Он мёртв. А перед ним стоит Малфой с той же палочкой и Чёрной меткой на левом предплечье.

Это Бузинная палочка, которую Малфой забрал после убийства директора Хогвартса — Альбуса Дамблдора.