— Разве я… принес присягу Северу? Я не помню этого, — не помнил, но… Ужас и Тень оставались за его спиной. И умаиа с усмешкой предложил повторить присягу, раз эльф ее забыл.

Ужас был позади и впереди Морнахэнду, и идти ему было некуда — он уже присягнул Северу. И нолдо побелевшими губами произнес — повторил, как он считал - клятву служить Владыке Мэлькору…

Волк с удивлением поднял голову, также с удивлением голову подняли и другие умаиар Волчьего Острова, почувствовав клятву Тьме. Довольно усмехнулся Владыка Севера, добавив еще одну душу в свою копилку. Воистину Маирон был одним из лучших его приобретений.

***

До завтрака Волк пришел к Хэлйанвэ. Время, что было дано фэанорингу на раздумье, истекло.

— Что ты надумал, эльф? — спросил Волк.

Юный воин Лорда Тйэлкормо был поражен и тем, как много стало известно Саурону, и тем, что рассказал Акас. И все же он отказался открывать то, что знал сам.

Волк не стал торопить Хэлйанвэ — у эльфа еще будет возможность передумать.

***

Вторым Волк навестил Химйамакиля.

— Почему ты не хочешь уходить, эльф? Или ты хочешь дождаться, когда твой же родич тебя безвозвратно искалечит? Ты можешь получить свободу для себя и облегчение для своих товарищей.

— Я не могу уйти, но если… Ароквэна больше не будут принуждать к тому, чтобы калечить родичей, причинять им боль, я расскажу, что знаю, — нолдо смотрел на Саурона с ненавистью.

— А что, если ты получишь и то, и другое? И Ароквэна не будут принуждать, и ты получишь свободу?

— Нет, — ответил Химйамакиль. — Я остаюсь с Ароквэном. - Пусть сейчас он не в силах защитить своего Лорда, но одного он его не оставит. Химйамакиль обдумал все и принял решение, и сейчас эльф не понимал, для чего Саурон предлагает свободу при том, что пленник и так все расскажет. Наверное, здесь крылся подвох.

— Хорошо, — согласился Волк. — Тогда рассказывай. А я постараюсь дать свободу и Ароквэну тоже.

Химйамакиль не пробовал запираться, и правда, быстро и четко рассказал все, что ему было известно о посольстве. Тем более, что все это Саурон уже знал. Кроме, разве что, роли самого Химйамакиля:

— Я следую за лордом Ароквэном, чтобы защищать его и остальных, — губы нолдо чуть дернулись в невеселой усмешке: сейчас Саурон, конечно, скажет, что никого он защитить не смог и не сможет… А все же смог. Сейчас.

— Так вот почему ты без Ароквэна уходить не хочешь, — понимающе кивнул Волк. — Я поговорю с ним.

***

Наступило утро, и Март вновь зашел за Вэрйанэром и Линаэвэн, зовя их на кухню.

Вчера вечером была тризна, и Вэрйанэр не говорил о постороннем, но сейчас эльф не мог не рассказать Линаэвэн новости, пусть и кратко, в общих чертах: Саурон теперь немало знает о посольстве, но многие товарищи обретут свободу. А позже, на кухне, Вэрйанэр за работой говорил с Мартом - о дичи, дав совет, как ее лучше готовить, и о лесах, в каких эту дичь лучше ловить. Через какое-то время нолдо спросил:

- Ты считаешь, это возможно, чтобы мы побывали на землях Норэтаниона (Norethanion - Дортониона)?

- Да, думаю, это возможно, - ответил Март. Он был сегодня задумчив и порой даже ронял вещи. - Мы можем попросить Повелителя об этом. Только... я не знаю, можно ли тебе покидать крепость. Ведь ты можешь сбежать.

- Меня держат не только стены или стража, - ответил Вэрйанэр, - но и обещание остаться, и угроза Хэлйанвэ. Если я уеду и не буду готовить, не знаю, останется ли он под защитой.

- Мы поговорим с Повелителем, - вновь тряхнул головой Март.

Когда они закончили готовить, Линаэвэн обратилась к Марту:

- Фуинор сказал мне, что я могу по-прежнему говорить с тобой, но вначале... Гортхаур поставил условие, чтобы я спустя три дня... перестала смущать тебя. Можешь ты спросить, разрешено ли нам общаться?

- Говори со мной, не смущая, вот и все, - улыбнулся Март. - Повелитель Маирон не против нашего общения, мы говорили об этом.

- Это хорошо. - Значит дева могла беседовать с Мартом, и оставалась надежда, что однажды он изменится... И все же, разве ей не следовало уйти? Вэрйанэр оставался в гостях, ради других и ради них отказался от свободы. Эльдэ же никого не защищала, кроме себя. И если отношение Марта могло измениться, то это тоже было больше заслугой Вэрйанэра. Или судьбой, что привела на кухню из всех пленных именно нолдо Норэтаниона (Norethanion - Дортониона), что знал брата Марта. Однако сейчас у тэлэрэ снова была надежда помочь Марту, и, быть может, еще кому-то. Получается, смысл оставаться здесь был? Линаэвэн вновь сомневалась.

***

Волк постучал в покои Ларкатала.

- Доброе утро, нолдо. Ты хотел говорить с Ароквэном, время сделать это. А после я предложу ему свободу.

В скором времени Ароквэна почти притащили к Ларкаталу. И Ларкатал рассказал пленному лорду, что ни его, ни других пленников в отряде больше не заставят причинить друг другу боль.

- Это... очень хорошо, - ответил Ароквэн. Младший лорд беспокоился о цене этого "дара", но доверял Ларкаталу. - Я не мог не причинить боль, но мог поступить иначе... А так, я соучаствовал в пытке. Ты был прав, говоря, чтобы я не делал этого своей волей, но я не увидел тогда, как это возможно. Перед моими глазами стоит то, что я делал...

- Образ можно ослабить, я думаю, Лаирсулэ мог бы помочь тебе, - отозвался Ларкатал. - Но будет ли этого достаточно?

Ароквэн качнул головой.

- Даже если мы упали, мы можем встать, - продолжил Ларкатал, - и идти дальше. Начать все сначала. Пусть ты не забудешь этого, твой взгляд не должен быть прикован к сделанному, но устремлен в мир и на других.