— Ты можешь… мм… принести мне тест на беременность? — неуверенно спрашиваю я, ощущая, как начинают гореть мочки ушей.

От неожиданности Изабелла давится сигаретным дымом, устремляя удивленные карие глаза в мою сторону.

— Тебе настолько нужна моя помощь?! — с ухмылкой проговаривает она, вдавливая сигарету в пепельницу, которую только что принес лакей. — Я могу договориться с клиникой….

— Нет, нам нужен именно тест, — настаиваю я.

— Вам?! — недоуменно произносит герцогиня. — Ты не перестаешь меня удивлять.

— Да, одна участница… моя подруга Грета, если ты помнишь ее, хочет подтвердить или опровергнуть беременность. Только, пожалуйста, не говори ничего Кристиану, — молю я, изгибая губы в странной улыбке. — И еще было бы замечательно, если бы ее как-то отстранили от утренней пробежки, иначе ей становится плохо после нее.

— Вас еще и бегать заставляют?! Вот изверги! Ну, хорошо, я постараюсь принести вам тест и поговорить с вашим учителем по физкультуре или как вы там его называете… — все еще недоумевая произносит Изабелла. — Но ты уверена, может, все-таки аборт?

— Это не мое решение, — выдыхая, говорю я и направляю взгляд в сторону дворца, натыкаясь на приближающуюся Каролайн. — Спасибо тебе за все.

Изабелла кивает мне с легкой улыбкой на устах.

— Ваше Высочество, не хочу вас беспокоить, но Элизабет нужно идти на полдник, — спокойно произносит наставница, делая едва заметный книксен.

— Как скажете, госпожа Каролайн, — с легкой улыбкой на лице проговаривает герцогиня и устремляет взгляд карих глаз в мою сторону. — Еще увидимся.

Я киваю в ответ и встаю с плетеного кресла, вместе с наставницей уходя в сторону дворца. Всем своим нутром я ощущаю, что Каролайн хочет задать мне пару интересующих ее вопросов, но продолжает сдерживать свой порыв.

После полдника мы практически предоставлены сами себе. Некоторые участницы в лиловой гостиной продолжают наводить красоту, ухаживать за волосами, бровями и просто приятно проводить время. Марта предлагает прогуляться по саду, побывать в местах, где мы еще не были и просто провести время вчетвером, вдали от стервозных взглядов Селены и двух ее подружек.

  — Люблю гулять перед дождем, — признается Марта, с удовольствием полной грудью вдыхая предгрозовой запах природы. — Эли, ты нам так и не рассказала, зачем за тобой пришла герцогиня.

Некоторое время я молчу, рассматривая чудесный сад дворца, усыпанный различного вида цветами. Где-то вдалеке сквозь бесконечные зеленые заросли выделяется силуэт садовника, с удовольствием хлопочущего за растениями.

— Она спросила все ли у нас в порядке и не нуждаемся ли мы в помощи, — спокойно поясняю я, одним движением руки слегка приподнимая белую розу, которая печально склоняет голову вниз.

— Странно, что она именно к тебе подошла с этим вопросом, а не к Расмуссен, — с недоверием проговаривает Ника. — Пол страны убеждены, что королевская семья поддерживает именно ее.

Я слегка пожимаю плечами, всем своим видом показывая, что не хочу участвовать в диалоге на эту тему. Грета устремляет на меня понимающий взгляд задорных глаз с зеленцой, и я осознаю, что она понимает о чем я попросила герцогиню. Я подтверждаю ее предположения добродушной улыбкой и как ни в чем не бывало, мы возвращаемся к Нике и Марте.

Все оставшееся время до подведения итогов мы проводим в увлекательных разговорах о том, кто же первый пойдет на свидание с принцем в эти выходные. Ника делает ставки на Марту, а та, в свою очередь делает ставки на Грету и Амели. А мне все никак не дает покоя состояние Греты. Ее бледность и синяки под глазами цвета космоса сводят с ума, порождая в глубине сознания не самые лучшие сценарии исхода событий.

— Мадемуазель! — громко восклицает Каролайн, заходя в лиловую гостиную. Сейчас помещение выглядит, как и прежде, без бесконечных кресел и кушеток. — Сегодня мне есть кого похвалить, но также есть и те, кому следует сделать выговор. Начнем с хорошего, — она одаряет нас сдержанной улыбкой, удерживая руки на уровне солнечного сплетения. — Элизабет Хансен, похвально, что сегодня ты решительно побежала помогать своей подруге, которой резко стало плохо. Также хочу похвалить Нику Йоргенсен, которая тоже хотела помочь Грете Шульц, но Элизабет ее остановила. Мы всегда помогаем ближним в беде и это даже не обсуждается. Молодцы, девочки.

Мы с Никой переглядываемся легкими улыбками на лице, и я аккуратно накрываю своей ладонью руку Греты, слегка сжимая ее.

— Эмили Уолгерсен, Тильда Женсен и Селена Расмуссен, вы сегодня вели себя неподобающе будущей принцессе, позволяя себе не держать осанку и складывать нога на ногу, за это вам объявляется выговор, — строгим голосом сообщает наставница, оглядывая девушек суровым взглядом.

Мы с Никой ошарашенно переглядываемся, услышав среди перечисленных имя Селены. Неужели администрация наконец открывает глаза на ее проделки и больше не оставит ее действия безнаказанными? Неужели она будет находиться здесь наравне, а не на голову выше остальных участниц?

— На этом у меня все. Желаю вам приятного аппетита и спокойной ночи, — проговаривает Каролайн, покидая лиловую гостиную.

Ника демонстративно открывает рот, все еще приходя в себя после собрания подведения итогов, пока остальные участницы ровным шагом направляются на ужин.

— Я оглохла или мне показалось?! — удивленно произносит девушка, вставая с белоснежной софы.

— Нет, мы все это слышали, — проговариваю я, направляясь к двери.

— Ура, значит, справедливость восторжествовала, — Грета поднимает кулачки и радостно трясет ими, выходя из гостиной.

— Нас похвалили, а ей влепили выговор. Она, наверное, сейчас задыхается от злобы, — хихикает Ника, одновременно торжествуя благодаря всей этой ситуации.

После ужина мы принимаем решение отправиться в свои комнаты, чтобы наконец провести время наедине с самим собой и отдохнуть перед предстоящим днем. Я обессиленно падаю на большую мягкую кровать, некоторое время разглядывая узорчатый потолок.

Решая проверить, сработает ли завтра будильник в нужное время, я разворачиваюсь к прикроватной тумбочке и замечаю небольшую белоснежную картонную коробочку. Вопросительно изгибая бровь, я открываю ее и все содержимое мигом падает мне в руки. Несколько секунд я недоуменно рассматриваю две прямоугольных конструкции с небольшими окошечками и колпачками на концах, больше похожих на какой-то механизм, размером с обыкновенную шариковую ручку и только спустя время до меня доходит, что я держу в руках два цифровых теста на беременность.

Восхищённо раскрывая рот от неожиданности, я удивляюсь оперативности Изабеллы и направляюсь к Грете, в глубине души надеясь, что тот, кто принес эти тесты не смотрел содержимое коробки. Ступая в комнату подруги, я буквально чуть не сбиваю ее с ног, когда она выходит из ванной комнаты.

— Боже, что случилось? — испуганно спрашивает она, отдаляясь от меня на пару шагов назад.

Запыхаясь от бега, я показываю ей два теста, оглядывая ее недоуменное выражение лица.

— Иди делай тест, — говорю я, восстанавливая дыхание и вручаю ей оба предмета в руки.

— Ты серьезно?! — удивленно проговаривает Грета, принимая тесты в руки. — Но как ты…

— Сначала тест! — восклицаю я, открывая дверь в ванную комнату.

Подруга заходит вовнутрь, закрывает за собой дверь, а я нервно складываю ладони, преподнося их к губам. Некоторое время продолжаю наворачивать круги по комнате в ожидании результата, но подруга все не возвращается. Что мы будем делать, если тесты окажутся положительными? Сразу ли она покинет отбор или будет оставаться здесь до последнего? Как она придет к родителям с животом и объяснит им всю ситуацию? Мои руки дрожат так, словно это меня тошнит по утрам, это я сейчас нахожусь в туалете и это я сейчас делаю тест на беременность, решая свою дальнейшую судьбу…

Раздается щелчок в затворе и дверь медленно открывается, слегка поскрипывая. На пороге появляется заплаканная подруга, держащая оба теста в разных руках. Слезы ручьем льются из глаз, размазывая остатки туши по лицу, а подбородок и нижняя губа продолжают нервно дрожать.