- Ты о чем? – Настороженно спросил он.

- О тебе. – Началов вздохнул. – Ты говоришь – работа, а я слышу – пиар, слава, управление...

- Ну, скажем, это тоже далеко не последнее... – Начал было Красовский, но Владимир Петрович перебил его:

- Да брось! Мы оба знаем, что для тебя это первое. Кирилл, ведь даже тогда тебя больше задело то, что тебе предложили не руководящую должность. А ведь на ней ты мог достичь многого. И руководства в том числе.

- Да, я люблю власть. – Резко ответил Красовский. – И у меня она есть. А у тебя?

- А у меня есть работа. – Просто ответил Началов. – Любимая работа. И люди, которые меня уважают.

Красовский промолчал. Но Владимир Петрович и не ждал ответа. Он продолжил:

- Кирилл, я хочу попросить об одном. Раз уж тебе наконец досталась эта должность, то не потеряй ее, пожалуйста. Я слишком много сделал для этой больницы. И прошу не разрушить то, что было построено до тебя. Ты можешь срываться на мне. Но не трогай коллектив.

Красовский вернулся и сел возле кровати, молча глядя на Началова. Наконец он произнес:

- Ты хоть когда-нибудь поменяешься? Все такой же...

- Какой? – Владимир Петрович усмехнулся.

- Все такой же... Началов.

- Да уж какой есть. Кирилл, пообещай мне, что не развалишь клинику. Я вряд ли встану, но хочу знать, что больница в надежных руках.

Красовский посмотрел в глаза коллеге и понял, что не может ничего съязвить или притвориться, будто его это не волнует. Не может.

- Обещаю. – Наконец произнес он.

- Я тебе верю. – Началов откинулся на подушку. – И по поводу Риты...

- Я тебе сказал, пока ничего не ясно. – Красовский снова занервничал.

- Если есть то, о чем мне стоит знать...

- Нет.

- Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Ты же знаешь, Рита... – Началов замолчал. Они поняли друг друга без слов. Владимир Петрович знал, что Красовскому известна их тайна, и Кирилл это понимал.

- Знаю. Она спасла моего сына. – Внезапно сказал Красовский.

- Значит, ты тем более меня поймешь. – Владимир Петрович бросил на Кирилла быстрый взгляд. Он видел, что внутри того идет борьба, но что стояло на кону – он не знал... И это пугало.

- Пойму. – Красовский встал. – А теперь извини, мне действительно пора.

Началов кивнул. Он чувствовал, что сказал не все и не так, как хотел.Но для первого раза достаточно.

Кирилл Евгеньевич закрыл за собой дверь палаты и хмуро уставился на нее. Мысли в его голове устроили хоровод. Он оказался между двух огней. Один обжигал и грозил сжечь дотла, другой же согревал. И сейчас Красовскому предстояло сделать выбор. На кону стояла не должность. На кону стояла жизнь и не только его. Выбор был нелегким. Но действительно ли он был таким сложным? Внезапно Красовский понял, что выбора у него на самом деле нет. Решение было очевидным. Оставалось лишь дождаться понедельника...

====== Часть 34 ======

Наташа дрожащими пальцами удаляла сообщение за сообщением. Тридцать штук – и все об одном: Престон настаивал на встрече. Что ему нужно было – Наташа не могла понять да и не хотела. Хватит. Прошлое должно остаться в прошлом. И кошмарам нет места в ее жизни. Очередное сообщение улетело в корзину. Не дождется. Она не настолько глупа, чтобы идти на встречу с сумасшедшим.

Наташа поморщилась при виде очередного сообщения. Уведомление о пропущенном звонке. Наташа редко отключала телефон, но в эти дни ей не хотелось никого видеть и слышать. Поэтому телефон просто валялся на тумбочке в авиарежиме. И как оказалось – не зря. Ведь среди сообщений от Престона затесались пара пропущенных вызовов от матери. Уж ее Наташа хотела слышать еще меньше, чем даже бывшего мужа. Очередные рассуждения на тему: “Стерпится – слюбится”, “В Америке лучше” и “Как можно упускать такое счастье”? Нет уж, увольте!

Почистив список входящих сообщений, Наташа удовлетворенно вздохнула и отбросила телефон. У нее мелькнула было мысль закинуть номера ненавистных абонентов в черный список, но что-то ее остановило. Ей не тяжело просто удалять сообщения. Но лучше все же быть в курсе планов своих врагов насчет тебя.

- Вижу, вы уже встали? – Валентина Ивановна заглянула в комнату. Наташа вздрогнула. У соседки, конечно, есть ключи и Наташа ей всецело доверяет и рада видеть в любое время, но нужно бы попросить ее хотя бы кашлять в коридоре, а то так и до заикания недалеко!

- Да. – Отозвалась Наташа, потеплее заворачиваясь в плед. Из коридора потянуло холодом. Женщина поежилась.

- Сейчас, сейчас! – Заметила соседка ее манипуляции с пледом. – Чайник поставлю только.

- Да я сама могу... – Попыталась было возразить Наташа, но соседка уже исчезла на кухне и оттуда послышался звон чашек. Наташа улыбнулась. Надо же, ведь они посторонние друг другу люди, а насколько Валентина Ивановна стала ей близка! Наташа не привыкла, чтобы о ней заботились. Скорее, ей самой все чаще приходилось брать ответственность за других. Но, оказывается, это хорошо, когда есть кто-то, кто думает о тебе, приносит тебе чай и укрывает теплым одеялом. И целует по утрам, думая, что ты спишь... Наташины мысли незаметно сместились к Ярику. Им предстоял разговор и Наташе хотелось оттянуть его. Не готова она была говорить о своей болезни, о них, о том, что их ждет... Но нужно. Тянуть некуда. Ярик должен знать.

- А к вам гости! – Вслед за Валентиной Ивановной в комнату осторожно зашли Полина и Ира. Та неодобрительно покачала головой, но ничего не сказала. Она понимала, что когда скучаешь, никакие вирусы не страшны. Тем более, Наташе уже лучше. А уж от такого лекарства ей тем более полегчает!

- Девочки! – Ахнула Наташа и закашлялась. Она отвернулась, чтобы не кашлять на детей, но девочкам, казалось, было все равно. Они с двух сторон прижались к Наташе и наперебой выкладывали свои новости:

- У меня по английскому двенадцать за контрольную!

- Я научилась делать цветочки из бисера!

- Мне сказали, что я на олимпиаду пойду!

- А у папы борщ не получился!

- Ты сходишь со мной за платьем на конкурс?

- У тебя прическа такая лохматая!

Наташа не успевала отвечать, да девочки не особо ждали ответов. Им просто хотелось быть рядом с Наташей и рассказать обо всем, что произошло, пока ее не было. Наконец первые эмоции поутихли.

- Ты скоро выздоровеешь? – Спросила Полина, заглядывая в лицо Наташе.

- Постараюсь. – Улыбнулась та. – Ведь у тебя же скоро выставка.

- А у меня конкурс! – напомнила Ира.

- Я помню! Ты уже выбрала мелодию?

- Нет, я совсем не готова! У меня ничего не получится... – Ира опустила голову. Каждый год в их школе проводился конкурс “Мини-мисс Школы”, и только в этом году Ира решилась поучаствовать. Во многом потому, что Наташа настояла. в прошлом году папа все обещал, обещал купить платье, и забыл. Он потом извинился, да Ира и сама понимала, что он тогда заработался и вообще – не до конкурсов было. А сейчас Наташа буквально заставила ее подать заявку.

- Ну что ты? – Мягко спросила Наташа, заметив, что девочка погрустнела.

- Мне все равно не выиграть. – Ира опустила голову еще ниже, заплетая бахрому пледа в косички. Оказывается, это очень увлекательно, особенно когда не хочешь смотреть кому-нибудь в глаза.

- Поляша, помоги, пожалуйста, Валентине Ивановне с чаем. – Попросила Наташа. Полина умчалась на кухню, а Наташа заставила Иру поднять глаза.

- Что случилось? – Тихо спросила она девочку.

- Просто... Такие, как я, не выигрывают. – Вырвалось у девочки. – У моих одноклассниц такие наряды, у них хореографы, стилисты, а у меня даже платья нет.

- Даже так? Серьезно у вас все... – Наташа покачала головой. – А если честно – ведь не в платье дело? И не в стилисте?

- Алена сказала, что я уродина. И раз у меня нет мамы, то я никогда не стану красивой и модной. – Ира всхлипнула. ни разу она не призналась отцу, что одноклассники в школе над ней потешаются. Не все, но большинство. Папа всегда учил не обращать внимания на дураков. Но как можно не обращать?!