- А что на это скажет наш следующий тандем? Я к вам обращаюсь, милые дамы! Не пора ли подать голос и для начала представиться.

   Женщины никак не отреагировали на вопрос, будто обращались не к ним. Лишь мисс "У" - крашеная блондинка неопределенного возраста поправила старомодные очки на переносице, повернула голову в сторону более моложавой мисс "Z" - конопатой рыжей пампушке, широкое лицо которой на наших глазах покрывалось красными пятнами, полыхая застенчивостью старой девы. Ожидание диалога несколько затянулось. Дамы продолжали безмолвно переглядываться. Создавалось впечатление, что умение молчать, было их единственным достоинством, которым они владели в совершенстве.

   Когда я училась в школе, в нашем классе на первой парте, как раз, сидели две такие девчонки. Их даже к доске не вызывали, а разрешали говорить с места. Одна заикалась от страха, если приходилось отвечать урок, глядя в глаза одноклассникам, другая, вообще, не могла выдавить из себя ни слова. Чаще всего, им просто выдавали листочки, чтобы получить ответ, хотя бы в письменном виде. В силу своей закомплексованности девочки общались только между собой и мгновенно замыкались в себе, если кто-то пытался нарушить их узкий мирок. Возникал закономерный вопрос: как могли затесаться в ряды лидеров предприятий обыкновенные статистки?

   Олег, выдержав паузу, предпринял новую попытку вызвать на откровенность странную парочку:

   - Ну, хорошо... Вы можете подтвердить слова господина Костромского?

   - Вы становитесь похожим на дотошную домохозяйку, ищущую пыль, незамеченную самой же, - съязвил Костромской.

   Олег повторил свой вопрос.

   Женщины представляли жалкое зрелище: об эмоциональном состоянии мисс "У", глаза которой прятались за темными стеклами очков, можно было судить по нервному подрагиванию тонких губ, а тревожный облик мисс "Z" выдавал целиком и полностью страх перед надвигающейся опасностью. И Олег поспешил успокоить разволновавшихся не на шутку дам:

   - Не стоит так переживать. Здесь никто никого не принуждает говорить, директора просто забавляются, не найдя для развлечения более изящные методы, а я им в данной ситуации потакаю, вернее, женщине, к которой не равнодушен...

   - Ах, как трогательно! Я сейчас расплачусь, если поверю в эту сентиментальную галиматью! Автором этого комментария (кто бы сомневался), была Клавдия Петровна. Конечно, она не расплакалась. Зато мисс "Z" зарыдала взахлеб и выбежала из зала, за ней стремительно вышла мисс "У".

   Что же так расстроило "Пампушку"? Наверное, ей никто не признавался в своих чувствах и обделенная мужским вниманием... или... может быть, дешевый розыгрыш, чтобы уйти от ответа? В любом случае, всем было жаль бедную девушку. Даже Клавдия Петровна пыталась оправдаться и заручится поддержкой у окружающих:

   - Причем здесь я? Это ваша привилегия, Олег Абисалонович, задавать бестактные вопросы, так уж карта легла.

   - А не вы ли та самая пиковая дама, которая мне все карты путает? - ухватился за подброшенную аллегорию Олег - Эти ваши эффектные выпады погружают нас в пучину недоверия, неприязни и прочих дискомфортных ощущений и превращают задуманный легкий детектив в тяжеловесную драму. На сегодня игра закончена: не моя масть пошла. Отыграюсь завтра, возьму козыри в свои руки и, согласно классике жанра, представлю вашему вниманию последний расклад, в котором, исходя из известных мотивов, каждый из вас мог стать виновником смерти Веры Яковлевны. После чего, надеюсь, у вас не останется ни малейшего желания продолжать этот театр абсурда!

   Директора не спешили расходиться, всем хотелось обсудить разыгравшуюся драму. Мисс "У" и мисс "Z", которых раньше никто не замечал, превратились в главных героинь вечера. Одни настаивали отправиться на поиски таинственных незнакомок, другие считали это занятие бесполезным. Светлана обратилась за советом к Олегу. Он, бесспорно, оставался лидером после блестящей победы в очередной баталии.

   - Предлагаю воспользоваться партизанским методом, - вмешалась я.

   - Что вы имеете в виду? - переспросила Светлана.

   - Женщины чем-то напуганы. Может быть, это их естественное состояние, когда кто-то проникает за границы их бытия, а может, ловкий трюк. Они не пойдут на контакт прямым путем. Нужно заслать казачка.

   Олег посмотрел на меня с удивлением:

   - Браво,Ватсон! Не ожидал от вас такого тонкого психологического подхода. Вот вы этим и займитесь. По-моему, лучшей кандидатуры не найти. Как на это смотрит общественность?

   Общественность не возражала.

   - Тогда расходимся, - постановил сыщик и, подхватив меня и Абисалона под руки, первый подал пример.

   Покидая собрание, я все время чувствовала чей-то пронзительный взгляд, провожающий нас до самого выхода. У двери я невольно оглянулась. Видимо, мне показалось. Никто не смотрел в нашу сторону, сокурсники продолжали обсуждать происшествие. Уже в холле Олег обратился ко мне, ласково погладив меня по головке, как маленького неразумного ребенка:

   - Ну что, твоя душенька довольна? Шпионские страсти продолжаются. Ты идешь на ответственное задание, а я займусь разгадкой вскрытого номера. И это не обсуждается.

   - Когда и где встречаемся? - сухо спросила я.

   - Будем действовать по обстоятельствам. Мы же не знаем, кто из нас и когда, освободится первым.

   Оставшись одна, я немного растерялась. Предоставленная мне свобода действий почему-то не радовала. Непоследовательность Олега выбивала меня из колеи. Все-таки, он непредсказуем: то самоотверженно вызывает огонь на себя, предоставляя всем право выдвигать обвинительные версии против него, то почти бойкотирует начатое им же представление нежеланием в нем участвовать, то с энтузиазмом берется разобраться в новых обстоятельствах, подброшенных Клавдией Петровной... Буквально сегодня признался мне, что общение со мной для него гораздо важнее, чем вся эта затея с Холмсом и Ватсоном, которая ему только тем и интересна, что предполагает тесные контакты между сыщиком и его помощником. Конечно, разделение труда и у знаменитых друзей имело место, но, тем не менее, обидно... Вместо того чтобы пойти вместе в разведку, отправляет меня в самостоятельное плавание. Вот куда мне сейчас податься? Фамилии дамочек неизвестны. Где их искать? Выбора нет, придется тащиться к дежурному администратору, описывать внешность... А не пошлет ли он меня куда подальше? Нет, не пошлет, конечно. Они здесь все вежливые, как обитатели другой планеты. Но, безусловно, отметит про себя... Хотя, какая разница, что он подумает. Можно соврать, что на лекции нечаянно прихватила с собой чужую тетрадь, хочу вернуть ее хозяйке, а фамилию и где та остановилась, не знаю. Да... глупость какая-то. Или нет? Вполне правдоподобно!