— Я могу идти? -она выглядела измотанной.

— Да, только сначала растяжка, а ты, -Роб указал на брата, пытаясь завладеть его вниманием, — давай сюда. -Он уже хотел предложить Бескостному что-нибудь интереснее, чем просто ножи, но Ивар остановил его. Когда они дрались в рукопашную, то даже перчаток не надевали. — Я знаю, что тебе уже приходилось убивать зомби, но уверен, ты чем-то все равно пользовался.

— Я столько раз оставался ни с чем, -сказал Ивар, — устал, что меня застают в расплох. -Роберт терпеливо ждал, пока младший брат нападет, ему совсем не хотелось калечить его без причины. Он бил быстро и яростно, беспорядочно. Постоянные удары не мешали Роберту разговаривать.

— Ты же в курсе, что чтобы избавиться от противника быстрее, лучше целиться в голову? -Роб дразнил его.

— А еще лучше молчать.

— Ты становишься предсказуемым, когда выключаешь голову. -ему пришлось несколько раз ударить Ивара так сильно, что тот с грохотом падал на пол. Зато он вставал более сосредоточенным.

После таких тренировок Роберт делал паузы в несколько дней, чтобы ссадины и синяки Ивара зажили. Ивар отказывался использовать вампирскую кровь для восстановления. Ему не нравилось видеть его побитым, но Роб понимал, что для людей это было единственным способом привыкнуть к боли и стать сильнее. Он заметил, что за то время, что они провели поразень, у Ивара появилось несколько новых шрамов. У него и до этого их было не мало, в основном на ногах. Они оставались напоминанием об его операциях.

Тренировку пришлось завершить ближе к полуночи, по большому настоянию Роберта. Ивар не горел желанием вернуться, но Роб не хотел нести его на себе.

Когда Бескостный все-таки дошел до постели, то застал Томаса уже спящим, черные волосы, совсем как у него самого, но мягче, непослушно растрепались, а рука свисала с кровать. После душа он еще час ворочался в кровати, атакованный назойливыми мыслями.

Когда он проснулся, то, к его сожалению, Томас тоже пробудился от сна. Механические часы на тумбе показывали девять утра, что, в целом, было весьма поздно.

— Когда ты вернулся? -потирая лицо, спросил Том. Он уже сел на край своей кровати.

— Не знаю. -уткнувшись в потолок, ответил Ивар.

— Роберт вас совсем не жалеет. -улыбнулся тот.

— Тогда почему ты тренировался с Алленом? -его голубые глаза встретились с серыми Томаса, весьма напряженными, но тот быстро пришел в себя.

— У него нет времени нянчиться, -Томас потянулся за своей одеждой, — он не осторожничал.

— Это делает тебя лучше меня или Ванессы?

— Я того не говорил. -Ивара забавляло напрягать Тома.

— Нет, ты только что назвал нас беспомощными детьми, хотя это мы отправились на запад, пока ты развлекался здесь.

— Ну проти, забота о нашей семье это то еще развлечение. -съязвил Том.

— А что насчет Шерил? -Ивар увидел, как напряглось все его тело. — Она тоже развлечение?

— Кому ты рассказал? -теперь Томас говорил совершенно холодно, словно, Ивар больше не был его братом. Он продолжил стоять, когда Ивар остался сидеть на краю своей кровати.

— Никому.

— Не играй со мной, Ивар.

— А то что? Думаешь, что сможешь сделать что-то со ной? -ухмылка инстинктивно появилась на его лице. — Ты конечно бесишь меня, но я не хочу, чтобы Александр еще и тебя убил. Хотя, признаюсь, это было бы весьма справедливо с его стороны.

— Ты не расскажешь?

— Никому, Том, но ты должен прекратить с ней видеться. Шерил слишком не стабильная для таких секретов.

— Мы не сделали ничего опасного, детей у нас не будет, никто не узнает.

— Рад, что вы додумались воспользоваться запасами ранчо, но на этом ваши интеллектуальные способности закончились.

— Ивар прекрати играть со мной, -он сел на край своей кровати и они оказались напротив друг друга, — мне нужно знать, что она будет в безопасности.

— А мне нужно зать, что у тебя с башкой все в порядке. -наконец-то выпалил он, его тон перестал быть вежливо-холодным. — Нежели ты не понимаешь, что наш гребаный отец по-настоящему способен убить тебя? И сейчас он находится гораздо ближе к нам, чем хотелось бы.

— И это все что тебя беспокоит? А как же ты сам?

— Да мне насрать с кем ты трахаешься. Хотя навряд ли остальные члены нашей семьи будут такими равнодушными. Пока Шерил хорошо справлялась с ложью, тебе придется сохранить в тайне то, что я знаю про вас, а то она начнет суетиться.

Они вместе направились к завтраку. Томасу не нужны были гарантии, он знал, что Ивар будет молчать пока чем-то не взбесит его, и тот захочет наказать его таким способом. Роберт с Меган уже сидели там, Лиди с Германом сидели напротив них. Они сели напротив друг друга, с краю.

— Сегодня не будет тренировки, -сказал Ивару Роб, — мы пойдем достраивать дом.

— Хорошо. -машинально ответил тот. — Где мама?

— Она уже позавтракала. -Ответила Лидия, доедая яичницу.

— Раздались шаги, а за ним и гул, в помещение зашли ополченцы, вернувшиеся с миссии. Они были уставшими, но все равно пытались шутить и веселиться. Их всегда встречали, как героев. Сэм выделялся не только по томному и хмурому взгляду, сдержанному поведению, но и по сильно окровавленной одежде. Он подошел к ним и встал за Робертом, тот не оглянулся на него. Сэм взял у него их рук его стакан с кофе который Роб сам собирался выпить, и допил его. Лидия с Германом улыбнулись ему.

— Все прошло успешно? -поинтересовался Герман.

— Нормально. Кто отправляется сегодня?

— Годвин, -ответил Роб, недовольный тем, что лишился своего напитка, -но он не в лучшем настрое.

— Может останешься? -с надеждой спросила Лидия. Все знали, что Сэм почти не отдыхал, и по меркам вампира даже у него могло затупиться внимание.

— Смотреть на ваши страшные рожи? Нет спасибо.

— Они уйдут после обеда, у тебя еще будет время. -добавил Герман.

— Хорошо. -выдохнул тот, поставив перед Робом его пустой стакан. Все проводили Сэма взглядом, когда тот скрылся.

— Что на него нашло? -Меган первая осмелилась прервать тишину.

— Кто ж его знает. -пожав плечами, сказал Роб.

— Разве ты его не чувствуешь? -нахмурился Том, все знали про их странный недуг, но часто забывали об этом.

— Да, к сожалению, слишком хорошо. Мне не приятно постоянно испытывать чужие эмоции, поэтому мы пытаемся их блокировать.

— И как? -ухмыльнулся Ивар.

— Хуево. -раздраженно ответил Роб. — Он на грани того, чтобы дернуть рубильник. -все вопросительно уставились на него. — Наши эмоции в разы сильнее, чем ваши, -объяснил он, — как хорошие, так и плохие. Иногда, это, будто, кипятит нам мог. Некоторые вампиры могут отключить свои эмоции.

— Это такая метафора для чего-то? -нахмурилась Лидия, анализируя услышанное.

— Нет, в прямом смысле. Тогда вампиры руководствуются либо разумом, либо только инстинктами. Но в обоих случаях, у них не добрые мотивы. Я не встречал таких и здесь таких нет, но нам рассказывали об этом явлении в школе. Так можно попрощаться с чувством вины, совестью или долгом. Нет никаких тормозов. Все становится безразличным. Но после того, как включаешь их обратно, тебя захлестывает с большей силой.

— Получается, он отключил эмоции? -спросил Герман.

— Нет, пока нет. Я чувствую его сомнения. Думаю, он просто хочет быть хорошей машиной для убийств.

— Разве он не будет опасен, если ему будет плевать на нас? -в голосе Ивара звучало скорее любопытство, чем беспокойство.

— Только если в глубине души всегда желал нам смерти. -с издевкой сказал Роберт. Он встал из-за стола.

— Ты куда? -оглянувшись на него, спросила Меган.

— Поговорю с им, пока он не уехал.

Роберт нашел своего близнеца в штабе ополчения, во время инструктажа перед вылазкой. Годвин всегда напрягал Роберта, для него он был крепким орешком. Ни одна мелочь не выдавала в нем то, что могла бы описать его человеческую натуру. Словно, Годвин никогда и не был человеком. Они слышали о том, что он невероятно старый вампир, и некоторые внешние признаки выдавали его.