— У тебя верный глаз, — заметила она. — Почти что все впору.

— Изабелла примерно такого же сложения, как ты.

— Кто такая Изабелла?

— Шлюха, у которой мне пришлось позаимствовать одежду.

Энн вздрогнула — голос раздался прямо у нее за спиной, а она еще не успела затянуть шнурки корсета.

— Отойди, — бесстрастно приказала она.

Он и не подумал подчиниться:

— Не бойся, я пришел тебе помочь, а не насиловать.

— Почему я должна тебе верить?

— Джеймс Бонни предпочитает сговорчивых дам.

Энн позволила ему затянуть шнурки.

— Это твое имя?

— Да, барышня.

— Куда ты отплываешь?

— Нью-Провиденс.

— На каком судне?

— «Чарльстон-Бэй». Может, еще хочешь узнать водоизмещение и имя капитана?

Его пальцы поднялись по ее спине к шее, и Энн поежилась.

— Что ты делаешь? — растерянно спросила она.

— Беру с тебя плату, — просто ответил он.

Энн зажала в руке подвеску, которую Джеймс Бонни только что отстегнул. Парень не успел забрать добычу: дверь распахнулась, в погреб спустился трактирщик, и девушка воспользовалась его появлением. Вывернувшись из рук матроса, она оттолкнула трактирщика и молнией взлетела наверх, оставив теперь толстяка в полном недоумении: настал его черед удивляться странным играм, происходящим у него в погребе.

«Два часа, — твердила себе Энн, пробираясь переулками. — У меня есть два часа на то, чтобы хоть что-нибудь придумать».

Едва выбравшись из трактира, она первым делом остановилась поглядеть на чарльстонский порт. Но не позволила себе долго любоваться этой картиной, понимая, что Джеймс Бонни, оправившись от удивления, немедленно пустится в погоню.

Она приметила сохнущую под одним из окон на тихой улочке мужскую одежду. Взобравшись на ящик, сорвала вещи с веревки, затем высмотрела подходящий уголок и, моля небо о том, чтобы матрос свернул в другой проулок, проворно сбросила платье, которое он ей дал. Для того, что она собиралась сделать, куда больше подходили только что украденные тряпки.

Подвязав волосы тесьмой, оторванной от корсета, Энн небрежной походкой вышла из тупика. Джеймс Бонни не мог так хорошо разглядеть ее в подполе при свете фонаря, чтобы узнать в толпе.

Она шла вдоль пристани, забитой людьми, повозками и грузом, отыскивая «Чарльстон-Бэй» с твердым намерением забраться на судно и там спрятаться. Реакция Джеймса Бонни показала слабость ее плана. И правда — кто же захочет обременять себя не только супругой, но еще и неприятностями, которые навлечет на него ее родня? Лучше бежать. Так почему бы не на Нью-Провиденс? Энн уже с четверть часа, перебирая все возможности, придумывала способ попасть на борт, не привлекая к себе внимания. Внезапно она почувствовала, как чья-то рука схватила ее за ворот.

— Ты пока недостаточно хитра для того, чтобы меня обмануть, — прошептал ей в ухо Джеймс Бонни.

Девушка задрожала и вцепилась в подвеску. Джеймс Бонни крепкой рукой развернул девушку лицом к себе и притиснул к стене. Энн еще сильнее сжала кулак и бестрепетно встретила сердитый взгляд матроса.

Глаза Джеймса загорелись, он некоторое время всматривался в глубину ее зрачков, потом шумно вздохнул и довольно грубо схватил девушку за руку.

— Куда ты меня тащишь? — спросила окончательно сбитая с толку Энн.

Он не ответил, но поволок ее за собой с такой скоростью, что Энн вскоре совсем запыхалась. Остановился он только у входа в чарльстонскую церковь, ту самую, где она оплакивала мать и где вся ее жизнь переломилась.

— Пойдем, — только и сказал он.

— Зачем?

— Ты ведь этого хотела, разве не так? — снова вздохнул Джеймс Бонни.

Сердце у Энн забилось сильнее, глаза заблестели.

— Почему?.. — спросила она, позволив Джеймсу ее обнять.

— Потому что ты мне нравишься, мисс Кормак, — заявил он. — Должно быть, в тебе черт сидит, раз уж заставила меня так сильно захотеть тобой обладать.

Энн обхватила руками мощную шею и пылко ответила Джеймсу Бонни на его страстный поцелуй.

29

«Бэй Дэниел» на всех парусах несся вдоль отмелей Силвер-Бэнкс. До грузового парусника — такие из-за длинного узкого корпуса называли «флейтами», — за которым они гнались, оставалось всего несколько кабельтовых. Мери улыбнулась ветру, трепавшему ее волосы. Четыре месяца, как вышли в море, а она все не нарадуется на ход своей посудины: не просто идет — пляшет на волнах, красуясь, словно молоденькая девчонка.

Никлаус-младший рядом с новым старшим матросом Констаном стоял у руля. Команда была под стать своему капитану. Он сам набрал людей — молодых, крепких, смелых и почтительных. Никто из них не был кровожадным, никому из них не пришло бы в голову восстать против его власти. Никлаус многих из них знал раньше. Как только Мери объявила, что «Бэй Дэниел» готов снова выйти в море, многим захотелось попасть на его борт. Мери отказалась что-либо решать — не ее это дело.

Она гордилась сыном, отдающим приказания: настоящий капитан — бывалый моряк, опытный пират.

Мери поднялась на ют. Люди были готовы к абордажу, но интуиция подсказывала ей, что ничего подобного не потребуется: «флейта» же не военное судно.

— Эй, купец! Сдавайся или не жди от нас пощады! — прокричал Никлаус в рупор.

«Веселый Роджер» хлопал под ветром. Капитан «Марии» знал, что его ждет. Ему не уйти.

— Ложитесь в дрейф, — скомандовал Никлаус.

Мери удовлетворенно вздохнула. Паруса «флейты» повисли.

«Бэй Дэниел» подошел к ней вплотную. Крючья просвистели в воздухе, цепляясь за «Марию», еще мгновение — и с борта на борт брошены сходни, матросы с пиратского судна мчатся вперед с оружием в руках…

— Очень уж легко, — вздохнул Никлаус-младший. — Мне нравится, когда хоть как-то сопротивляются.

Мери расхохоталась и похлопала сына по плечу:

— Давно не работал плотником?

Подмигнув ему, она спрыгнула на среднюю палубу и шагнула на сходни. Никлаус в три шага догнал мать. Сын перерос ее на голову.

— Капитан Кальви, — представился человек, стоявший на юте «Марии».

Матросы держались спокойно. Даже слишком спокойно, подумала Мери. Оставив их под присмотром пиратов, она поднялась по трапу.

— Капитан Ольгерсен, — вежливо ответил Никлаус. — Нас интересует исключительно ваш груз, и, как только мы его заберем, вы сможете беспрепятственно продолжить путь.

— Сомневаюсь, что наш груз окажется вам интересен. Его не так легко сбыть.

— Откуда вы идете? — спросила Мери, не опуская пистолета.

— С Юкатана, — произнес за спиной у Мери сиплый, надтреснутый голос, неприятно царапнувший ее слух.

Обернувшись, она увидела перед собой какое-то закутанное в ниспадавший до щиколоток плащ существо с лицом, наглухо закрытым маской. Существо, должно быть, вышло из каюты, которую пираты еще не обыскали. А теперь поднялось на ют, хоть и без видимого труда, но — Мери сразу заметила — слегка прихрамывая… Впрочем, какое там «существо»! Таинственный облик и величественная осанка незнакомца на мгновение заставили растеряться и ее, и Никлауса-младшего.

В прорезях маски горели глаза, и Мери почувствовала, как в сердце ей вонзился острый шип. Она вспомнила взгляд такой же силы и постаралась как можно быстрее прогнать сожаления о нем.

— Это судно везет мате, — объяснил незнакомец. — Лекарственное растение. Майя используют его в своих религиозных обрядах.

— Кто вы? — спросил Никлаус-младший, которому явно стало не по себе. — И почему так странно вырядились? Может, я запамятовал дату карнавала? — прибавил он, прикрываясь насмешкой, чтобы скрыть смущение: пирату подобает выглядеть беспощадным.

— Я владелец этого судна, — ответил загадочный человек. — И пусть моя маска неприятно вас поражает, раны, скрытые под ней, поразили бы вас еще более неприятным образом, капитан.

— Ну, так не снимайте ее, — пожал плечами Никлаус. Перегнувшись через фальшборт, он крикнул своему старшему матросу: — Надо побыстрее перенести груз!