Я лишь кивнул, ковыряя когтём подлокотник стула, дерево поддавалось, как мягкий пластилин. Было интересно, смогу ли я проткнуть толстую планку одним нажатием пальца, и ведь получилось.
– Илвус, не мог бы ты вернуть свой человеческий вид? Очень трудно общаться с… – запнулся Кироний, теряя терпение и очень желая выругаться, но сдержался: – С демоном!
Я вздохнул и, нехотя, второй раз за всё время моих трансформаций самостоятельно вернул себе человеческий облик. Первый был, когда моя ненаглядная супруга в мире двух лун специально поколотила меня палками, вызывая моего зверя, таким образом, устроив мне курс психотерапии.
Пока я заново привыкал к человеческой оболочке, ресурсы которого были очень ограничены, Мелотон, посоветовавшись о чём-то с Киронием, аккуратно поинтересовался: – Илвус, а почему ты сразу нам не сообщил о закрытых землях? Ты не мог бы поделиться с нами информацией? О твоих источниках мы догадываемся и даже спрашивать не будем.
Я пренебрежительно хмыкнул, и решил, что наступило время поставить на место эту хитрожопую троицу и морально их вздрючить. Иногда надо стать ядовитым, чтобы отравились те, кто пытается тебя сожрать.
– Того монстра, что вылез из своей могилы, зовут Пожирателем Жизни. Этим всё сказано! – я сделал паузу, чтобы все прониклись этим фактом, – Этот Бессмертный не является богом, так как верующие ему не нужны, но моё мнение, что это существо боятся даже боги. Сейчас он ушёл из этого мира. Даже Аригат не знает – куда, но бог удачи уверен, что рано или поздно Пожиратель вернётся. Это лишь вопрос неопределённого времени, и вот тогда нам грозит большой и толстый карачун, причём не только нам, но и всему этому миру. А теперь вы трое, облечённые властью, расскажите, что вы сделали для защиты этого мира? Твой сынок, Намирлоун, пытался меня убить, да и не только он. Вы, ваше величество, и ты, Кироний, только что хотели меня в ссылку отправить, лишь потому, что я проучил высокородных идиотов, при этом поступил по совести, но подобное должны пресекать ещё в зародыше именно вы двое, переписав свои законы. И что теперь? Тоже преклоните колено и прощения попросите, как эльф?
Все трое молчали, понимая, что я прав, но и заткнуть меня не могли, осознавая, что теперь их будущее зависит только от меня.
– Думаю, что на этом мы закончили, и если не собираетесь меня арестовывать, то мы пойдём, – вставая, сообщил я и направился к выходу, Таврон молча последовал за мной, а перед дверью, вспомнив важный момент, я обернулся и напомнил: – Кстати, если вы запамятовали, то наши услуги за поездку в Мирзанию до сих пор не оплачены.
Мелотон кивнул, давая понять, что решит этот вопрос, а когда я уже собрался выйти, меня окрикнул Кироний: – Илвус, я уже распорядился, чтобы тебе принесли новую одежду. Подожди меня на улице, у меня к тебе есть разговор личного характера.
Я пожал плечами, кивнул и вышел. За дверью, действительно, ждал тот гвардеец, что доставил письмо главе безопасности, и передал мне лёгкую куртку и шёлковую рубаху, штаны я не стал менять, решил, что и эти сойдут, а то светить задницей в коридоре не очень хотелось.
А когда мы вышли и к нам присоединился Вой, вокруг которого собралась детвора, Таврон их разогнал и, положив мне на плечо руку, с довольным лицом сказал: – Спасибо!
– За что? – опешил я.
– Илвус, ты единственный, кто смог ткнуть в собственное дерьмо самого императора и его злобного пса – Кирония, к тому же чуть не прибил эльфийского короля, которого до недавнего времени, вообще, мало, кто видел. Если бы я воочию не узрел это собственными глазами, то ни за что бы не поверил в эту историю. Если боги будут благосклонны, и я увижу детей и внуков, то буду рассказывать им эту сказку на ночь! – поделился впечатлениями Таврон, и было смешно видеть щенячий восторг в глазах взрослого мужика.
– Надо иногда опускать власть с небес на землю, так что хрен им в стакан! Ты тоже молодец, вовремя меня прикрыл, – похвалил я мага.
Он сразу изменился в лице: – Да у меня от страха шея так вспотела, что аж полные сапоги натекло. Если бы я в тебя не верил, то ни при каких других обстоятельствах не выступил бы против императора!
Вскоре вышел Кироний в сопровождении двух гвардейцев и Гарпии. Меня это насторожило и не зря.
Глава безопасности предложил прогуляться до домов по площади. Я согласился и вспомнил, какая здесь была мясорубка при нападении на дворец, организованная тем ублюдошным магом и по совместительству аватаром Пожирателя жизни. Именно здесь я простился со Иргартом, которого сожгли с другими погибшими. Я считал его больше, чем другом, так как мы прошли ритуал обмена кровью, практически породнившись.
Впереди нас шли гвардейцы, а Таврон, Гарпия и Вой двигались позади на расстоянии.
– Илвус, – начал разговор Кироний, сделав паузу, видимо, подбирая подходящие слова: – Ты уж на меня не обижайся, дружба дружбой – служба службой, сам должен понимать.
– Кироний, хорош мне дерьмо в уши лить! – искренне возмутился я, – Я ж тебе не девка, которая припёрлась устанавливать отцовство после ночи на сеновале. Ты об этом что ли хотел поговорить?
Кироний хмыкнул: – Нет, не об этом. После последних полученных данных ты, естественно, должен остаться в столице.
Я усмехнулся: – Вот спасибо, благодетель!
Безопасник пропустил мимо укол и продолжил: – У меня образовалась проблемка с Гарпией, – на мои удивлённо задранные брови, объяснил: – Она, после того, как связалась с вами, вышла из-под контроля и начала своевольничать. Я бы это пресёк, но из её десятка мне доложили, что она увлеклась одним из твоих вампиров. Это тот, что поспокойнее, кажется, Умарт. И как ты понимаешь, такое не лечится.
Я аж остановился, пытаясь усвоить услышанное. Конечно, Умарт был вправе распоряжаться своей личной жизнью сам, но этого маньяка-потрошителя я никак не представлял в роли романтичного воздыхателя. И в этот момент я снова почувствовал пристальный взгляд откуда-то спереди со стороны домов.
– Что-то не так? – забеспокоился Кироний.
– Не знаю! Возможно! – всматриваясь в ту сторону, ответил я.
Он тоже напрягся и, продолжая идти тем же спокойным шагом, незаметно озираясь, продолжил: – Гарпии я больше не могу доверять, а в рядовые гвардейцы у нас женщин не берут, да и она сама бы не пошла. Она долго на меня работала, и я ей многим обязан, но путать личное с государственными интересами не могу, поэтому хочу предложить тебе взять её в свою команду.
– Всё-таки есть у тебя совесть, вот только высокий ли у неё потолок? – съехидничал я, – Кироний, ты хоть представляешь, какой груз на меня вешаешь? Я итак не знаю, что делать с ведьмой, которую мы притащили из другого мира, так ты мне ещё и гордую амазонку пытаешься втюхать.
– Амазонку? – спросил он.
Пришлось рассказать ему про женщин-воительниц и ярых феминисток, которые после полового акта убивали мужчин.
Кироний, хихикнув на мой рассказ, пообещал: – По поводу Тары я поговорю с главой академии магии, он обязательно заинтересуется её способностями моментально обучать любому наречию. В этом мире проворачивать такой фокус даже сильнейшие разумники не умеют.
Меня не покидало чувство опасности, но я вёл себя, как обычно, и продолжил спорить: – Ты хоть представляешь, что будет, если Гарпия не сойдётся характером с Валькирией? Да и что ей делать среди моих оболтусов?
Кироний равнодушно пожал плечами: – Убивать! Все твои друзья – прирождённые убийцы, а она этому не плохо обучена. Даже твой друг Таврон, вроде не злой мужик, но он – тёмный маг, а эти ребята очень любят лицезреть смерть. Да и Виола по дороге в Мирзанию почти не конфликтовала с Гарпией.
– Ага, нет ничего ядовитей, чем дружный женский коллектив! – буркнул я.
Мы приближались вслед за гвардейцами к началу улицы между двух домов, и Кироний пробубнил что-то несуразное: – Защищай мальчишку… Наверное, нам лучше вернуться!
– Чего ты там бормочешь? – спросил я и ещё больше напрягся, видя, что он тоже ведёт себя нервно.