Мелотон на меня сначала взглянул, как на слабоумного олигофрена, а потом заржал, видимо, представив, как его пинают и тут же дают пару серебрушек, чтобы не плакал.
– Законы писались ещё моим дедом, – начал оправдываться император: – А если их поменять не в пользу дворянства, то начнутся волнения, которые могут перерасти в бунт. А пролитие крови никому не выгодно, в первую очередь пострадают обычные горожане.
– Ну да, если бы на один день я стал императором, то подождал бы с реформами до завтра, – язвительно блеснул я умом.
На что оба хмыкнули, но не стали комментировать, зато выдвинули мне ультиматум.
– Илвус, у нас к тебе есть требование, – попытался предать уверенности своему голосу Кироний, но получилось плохо, – Ты с вампирами и волколаками должен покинуть столицу. Это не изгнание, можешь обосноваться где-нибудь неподалёку. Ты же понимаешь, что это не прихоть! Ты уже не первый раз взбаламутил весь город. Таврон может остаться, у него есть поместье, да и без тебя маг проблем не создает. Гном, которого ты приютил, так же может и дальше руководить твоими лавками с амулетами.
– Хорошо! – не задумываясь, брякнул я, а про Кирония подумал: друг у власти – потерянный друг.
Мелотон, Кироний и даже Таврон уставились на меня с неподдельным удивлением. Наверное, даже подумать не могли, что я не буду артачиться и сразу соглашусь. Все ждали от меня ещё какой-то реакции, но я нарочно молчал, и создалась неловкая пауза.
– Илвус, – нерешительно нарушил молчание император, – Для переговоров с тобой хочет встретиться правитель эльфов, но решение за тобой. Если ты сейчас готов к мирным переговорам, то я приглашу Намирлоуна.
Я предполагал такое развитие событий и знал, что рано или поздно наши дорожки пересекутся, но не мог ручаться, что в процессе общения смогу себя контролировать и не порву на куски эту сволочь. Сосредоточившись, я дал себе установку сохранять спокойствие при любых обстоятельствах и ответил: – Я согласен!
Кироний, глядя на меня с подозрением, предупредил: – Если эльфийский правитель сегодня умрёт, то начнётся война, в которой погибнут тысячи! Я должен быть уверен, что ты это понимаешь.
– Более чем… – кивнул я.
Каким образом Кироний подал знак – я не понял, но дверь отворилась, и вошёл король леса, которого было трудно не узнать по первому же взгляду. С ним вошли два сопровождающих, которые наверняка были не хилыми магами, не мог же Кироний довериться одному моему слову. Ну, я на его месте поступил бы так же.
Выбрав стул напротив меня, Намирлоун кивнул и, прежде чем сесть, поинтересовался: – Я так понимаю, что вы, молодой человек, и есть Илвус дэ Мор?
– Ходили такие слухи, – уклончиво ответил я и пристально разглядывал эльфа. На вид это был мужчина с богатым жизненным опытом. По крайней мере, раздражения он не вызывал, но его прямой взгляд бросал вызов, этим он мне даже понравился, значит, яйца были на месте, так как он не мог не знать, что отсюда его могут вынести по частям.
– Лир Илвус, я знаю, что вашего друга это не вернёт, но, тем не менее, я прошу прощения за действия своего сына и тех представителей нашей расы, которые посмели обратить против вас оружие. Я знаю о пророчестве и готов предоставить любые ресурсы, которыми располагает мой народ.
Я очень хотел, чтобы эльф сдерзил, но, даже слушая такую сладкую речь, начал заводиться: – Ты ещё скажи, что сильнее всех побед – прощение! Вспомнили про пророчество, и до вас дошло, что плюнули в собственный колодец?! Твои ушастые трижды пытались меня убить, мой друг отдал за меня жизнь, и ты думаешь, что извинений достаточно?
Реакция Намирлоуна была противоположной от ожидаемой мной: не поддавшись на провокацию, он опустился на колено, склонил голову и предложил: – Забери мою жизнь, но друга я тебе вернуть не смогу.
Учитывая, что это был правитель самой высокомерной и заносчивой расы, то этот поступок вызывал уважение. И тем не менее я вспомнил лицо уже мёртвого Иргарта, вспомнил убитых вампиров из боевой тройки Везунчика, вспомнил того ушастого клоуна, который хотел крови Мариэн и которому я выпустил мозги наружу. И вопреки моим стараниям, сохранить спокойствие не удалость. Кироний, видимо, проведя со мной много времени и предвидя мою реакцию, мотнул отрицательно головой, пытаясь образумить от необдуманных действий. А я в этот момент вспомнил, как выходя из храма богини Икмирис после процедуры бракосочетания Кирония, мы с вампиршей увидели в толпе презренный взгляд сыночка Намирлоуна, и тогда я пообещал Виоле, что сцежу с этого ублюдка кровь. Глядя на всю троицу властьимущих, я принял решение и прорычал: – Некоторым кажется, что я ненормальный. А многие уже поняли, что им не кажется.
Кироний понял, что сейчас произойдёт, но сделать ничего не успел. Уйдя в ускорение, я толкнул руками обоих магов, отбросив их к двери, и, схватив эльфа за горло, припечатал его к стене между светильниками. Демон явил себя во всей красе. Краем глаза я заметил, как Таврон встал у меня за спиной, прикрывая от магов. Я правильно рассчитал, взяв его с собой, единственное, чего мне стоило опасаться – это магия. От Намирлоуна постепенно по нарастающей начала исходить волна ужаса. Ну, если бы я увидел перед своим лицом разъярённую морду демона, наверное, тоже бы опустошил кишечник.
Ещё сильнее сжав кисть на горле эльфа, я прорычал: – Ты зззачем сссюда припёрссся? Есссли меня раззздражать, то у тебя ззздорово получаетссся! – я представил, как хрустят позвонки ушастого и голова безвольно болтается на сломанной хребтине, но всё же сдержался и, наклонившись к самому лицу, прорычал: – Решил сам сссдохнуть и легко отделатьссся?! А ты посссмотри, как умирают твои близззкие, а потом поживи с этим! Пусссть твой сссынок вылезззет из лесссной норрры и сссюда явитссся, вот тогда и поговорррим. Возззможно, я с него сссцежу пару литррров крррови, но жизззнь оссставлю, а может пррросссто раззздавлю, как клопа.
Меня отвлёк звук открывающейся двери, я отпустил эльфа и обернулся, в проёме стоял гвардеец. Увидев меня, он выпучил глаза и схватился за меч, оба мага Кирония, судя по их стойкам, тоже были готовы померяться силой с Тавроном, а я, не задумываясь о последствиях, решил пробиваться с боем. В теле демона я мыслил другими мерками – силовые воздействия были в приоритете.
– Все успокоились! – заорал Мелотон и, гневно на меня посмотрев, приказал: – Илвус, если ты закончил – сядь на место! Таврон, ты тоже!
Я, помня, что император не прятался за спинами своих подданных при нападении на дворец, сейчас добавил ему своего уважения. Не каждый решится орать на демона, который к тому же с похмелья и в плохом настроении. Я, как и Таврон, подчинился и, сорвав лоскуты разорванной верхней одежды, сел на свой стул, как ни странно, но штаны уцелели, хоть и ниже колена торчали тёмные шипы. Пока Кироний разбирался с гвардейцем, который нарушил наше милое общение, а Намирлоун и Мелотон, скрывая прямой взгляд, разглядывали меня с любопытством смешанным со страхом, я наслаждался демоническим телом. Чувствуя свою мощь и неуязвимость, с перевоплощением появилось желание разрушать и убивать, но это были скорее врождённые рефлексы зверя, и я с ними пока успешно справлялся. Проскочила мысль грохнуть всех в этом зале и самому стать местным корольком, но здравый смысл победил. Власть – это обязанности, которые мне нужны, как аквалангисту парашют.
Кироний, вскрыв малюсенький конверт и прочитав содержимое, вернулся на место и то ли спросил, то ли констатировал: – Илвус, ты же наверняка знал, что случилось в закрытых землях и поэтому так просто согласился покинуть столицу, зная, что мы сами прибежим к тебе на поклон.
Я, разглядывая резцы на своей руке, лишь ухмыльнулся в ответ, насколько позволяла мимика морды демона.
На вопросительный взгляд императора глава безопасности отослал обоих магов, видимо, информация предназначалась не для их ушей, и пояснил: – Пришло письмо с птицей. Купол в защитных землях исчез. В тот момент рядом было больше двух тысяч человек и сейчас они мертвы. Со слов случайного кладоискателя, который выжил: люди без видимой причины в один момент начали убивать друг друга. Подробностей он не знает, так как хватило мозгов бежать без оглядки, – потом Кироний посмотрел на меня и спросил: – Илвус, это то, о чём ты мне рассказывал? Спящий бог пробудился?