Азирафель взглянул на него со странным выражением лица.
— Свалим вместе? — с горечью повторил он. — Ты хоть сам себя слышишь?
— Как долго мы дружим? Шесть тысяч лет! — воскликнул Кроули.
— Дружим? Но мы не друзья! — вскрикнул Азирафель, на миг отведя взгляд в сторону. — Мы — ангел и демон. У нас нет ничего общего! Ты мне даже не нравишься!
— Нравится! — уверенно возразила Пейдж. Ангел вздрогнул.
— Нра-а-авлюсь! — с надеждой подхватил Кроули.
— Если бы я знал, где Антихрист, я бы тебе не сказал! — внезапно крикнул ему Азирафель, и Стил заметила выражение вины на его лице.
И тут ее осенило.
Азирафель действительно нашел Антихриста. Слава Гиппократу, он смог его найти, неведомо как, но смог. И попытался скрыть это от Кроули и ее самой. Он — идиот? Зачем он это сделал?
— Мы по разные Стороны! — заявил ангел демону.
— Мы на нашей С-с-стороне! — прошипел Кроули, явно теряя терпение.
Азирафель разозлился.
— Нет никакой нашей Стороны, Кроули! — рявкнул он с таким гневом, что Пейдж стало не по себе. — Больше нет! Все кончено!
— Ой, — пробормотала Пейдж тихо. Отошла подальше, не рискуя вмешиваться в начинающуюся ссору ангела и демона.
Но ссоры так и не случилось. Кроули замер на месте, словно громом пораженный. Он слегка приоткрыл рот, словно ему вдруг стало не хватать воздуха. Стоя в стороне, Пейдж смогла уловить выражение боли в глазах демона даже через глухие линзы очков. Но Азирафель эту боль не видел. Понимал ли он, как подло поступает со своим единственным другом?
— О. Ладно, — только и сказал Кроули, кивнув ангелу. — Что ж. Тогда, пока. Удачного Конца Света.
Развернувшись, демон быстрым шагом покинул беседку.
— Нет! Стой! — воскликнула Пейдж, пораженная его бегством.
Кроули полуобернулся к ней, не сбавляя шага.
— Ты говорила, что я ему нужен? Так вот, ты ошиблась, Стил! — обиженно бросил он напоследок, и устремился к выходу из парка.
Разозлившись не на шутку, Пейдж повернулась к Азирафелю. Впервые за всю жизнь она решила как следует выматерить настоящего ангела господня. Но запнулась на полуслове.
Азирафель неотрывно смотрел вслед удаляющемуся из парка демону, продолжая стоять на месте. Казалось, что сама Всевышняя не сможет заставить его уйти из этой беседки.
— Что? — только и спросила Пейдж. Несмело подошла к ангелу ближе.
Азирафель посмотрел на нее. В его голубых глазах стояли слезы и видеть это Пейдж было печально и страшно.
— Ох, что же я наделал, — сказал ангел срывающимся и дрожавшим голосом.
И неожиданно тихо заплакал. Уткнулся носом в плечо Стил в поиске поддержки и она не могла ничего на это возразить. Просто молчала, слишком пораженная происходящим и поглаживала белые волосы Азирафеля, стараясь его успокоить.
Вокруг медленно светало, и мрачное серое утро возвещало собой последний день оставшейся жизни.
Был девятый час, когда Азирафель и Стил неспешно шли по улице. Ангел больше не плакал, но вид у него был по-прежнему потерянный и совершенно разбитый. Не выдержав, Пейдж купила ему мороженое, пытаясь хоть немного приободрить.
Азирафель не стал есть, так что мороженое целиком досталось ей.
— Бедный мой мальчик. Он никогда меня не простит. Никогда, — удрученно бормотал ангел, глядя себе под ноги.
— Простит, если ты извинишься, — сказала Пейдж. — Это очень просто.
Азирафель взглянул на нее со слабой улыбкой.
— А ведь я хотел просто поступить правильно, — удрученно сказал он. — Но Кроули никогда бы этого не понял.
— Чего именно?
Азирафель промолчал, стыдливо покраснев.
— Да ладно, мне-то ты можешь рассказать, — настойчиво сказала Пейдж. — Ведь я всего лишь обычная глупая смертная, которая сегодня умрет в «кипящей луже», как выразился Кроули.
Ангел вздохнул, и внезапно взял ее за руку, заставив остановиться.
— В том-то и дело, моя дорогая, — с волнением сказал он. — Возможно, что ты сегодня не умрешь. И никто не умрет. Потому что я выяснил, кто такой Антихрист и где он живет.
— Так и знала! — с чувством сказала Пейдж, заставляя Азирафеля подскочить от неожиданности. — Ну, если точнее, я об этом догадывалась. Но, ради Гиппократа, как тебе это удалось?!
Ангел заулыбался.
— Мне помогла книга, которую ты нашла в машине Кроули. «Пророчества Агнессы Псих».
— Чего? — переспросила Пейдж, ожидая услышать что угодно, но только не это.
— Я искал эту книгу столетиями! — быстро заговорил ангел, и на его лице отразился восторг. — Я был почти уверен, что никогда не смогу ее найти. И вдруг она совершенно случайно оказывается у меня накануне Армагеддона! Если это не чудо, то я тогда не знаю, что!
— Что еще за пророчества? — с удивлением спросила Стил.
— Самые точные Пророчества в мире! — с восхищением сказал Азирафель. — В тексте этой книги зашифрованы самые важные события, когда-либо случавшиеся на Земле. Все до единого эти пророчества правдивы! Это изумительно, моя дорогая!
Пейдж хмыкнула.
— Там есть пророчество даже про тебя! — добавил ангел и девушка едва не споткнулась об асфальт. — Было написано «И юная дева в нужный час откроет неудержимый рот свой и скажет самые нужные слова, подарив вместо Конца Начало». Я почти уверен, что Агнесса писала это о тебе.
— Ну-у-у…- с сомнением протянула Пейдж.
— И все, о чем бы ни писала Агнесса Псих, всегда сбывалось! С помощью книги этой чудесной ведьмы я смог найти мальчика за несколько часов! Потребовалось расшифровать лишь пару пророчеств! — воскликнул Азирафель, радостно улыбаясь. — Я послал своих людей наблюдать за мальчиком и теперь жду от них отчет.
— И ничего не сказал Кроули! — пристыдила ангела Пейдж.
— Но, моя дорогая, я ведь служу Небесам, — покраснев, возразил Азирафель. — Клянусь, я очень хотел рассказать все Кроули. Но я должен был рассказать Небесам.
— Нет! — сказала Стил, вставая посреди улицы и разглядывая ангела в упор. — С самого начала ты должен был рассказать все Кроули. Хочешь знать, почему?
Ангел неуверенно кивнул.
— Потому что твоя настоящая семья — это не Небеса. Ты просто работаешь на них, и дрожишь от страха при одной только мысли, что Гавриил или Сандальфон к тебе явятся. Но ты им не доверяешь, и похоже, что и они тебе тоже. Твоя семья — это Кроули. Это всегда был он. С ним ты живешь на Земле уже целых шесть тысяч лет, с ним ты обедаешь, напиваешься, ходишь на концерты, гуляешь в парке, познаешь постоянно меняющийся мир. Кроули возвращался к тебе всякий раз после того, как ты его прогонял. Кроули спасал тебя, когда ты попадал в беду. Не ангелы, не Всевышняя, а Кроули.
— Когда я открыл свой книжный магазин, Кроули принес мне шоколадные конфеты, чтобы поздравить, — ностальгическим тоном сказал Азирафель.
— Конфеты? Серьезно? — ошарашенно спросила Пейдж и ангел кивнул. — Кхм, ладно. Я просто хотела сказать, что Кроули — самый близкий тебе человек, если можно так выразиться. Он заслужил твое доверие давным давно.
Азирафель отвел от девушки взгляд.
— Я знаю, Пейдж, — пристыженно сказал он. — И очень ценю это и не хочу терять. Я обязательно попрошу прощения у Кроули за то, что натворил сегодня. Но сначала мы должны как можно скорее остановить Адама Янга, пока он не уничтожил мир.
От неожиданности Пейдж уронила мороженое на асфальт.
Примечания:
Insanity laughs under pressure, we’re cracking
Can’t we give ourselves one more chance?
Why can’t we give love that one more chance?
Why can’t we give love, give love, give love, give love, give love, give love, give love, give love?
‘Cos love’s such an old fashioned word
And love dares you to care for the people on the edge of the night
And love dares you to change our way of caring about ourselves
This is our last dance
This is ourselves…
Under pressure…
Under pressure…
Pressure…* — Безумие смеётся под давлением, мы раскалываемся. Разве мы не можем дать себе ещё один шанс? Почему бы нам не дать любви ещё один шанс? Почему бы нам не дать любви, дать любви, дать любви, дать любви, дать любви, дать любви, дать любви, дать любви? Потому что любовь — такое старомодное слово, Любовь вызывает тебя позаботиться о людях на краю гибели, Любовь вызывает тебя изменить наше отношение к себе. Это наш последний танец… Это мы… Под давлением… Под давлением… Давлением. © Queen feat. David Bowie.
