— Ладно, — растерялась я.

Рюдзаки мимолетно улыбнулся, а потом поднялся на ноги, встав возле кровати. Я смотрела на него с непониманием. Неужели уйдёт?

Детектив задумчиво почесал затылок, наблюдая за мной.

— И раз уж ты подарила мне пирог, причём, один из моих самых любимых, я хочу отблагодарить тебя за это, — сказал он.

— Отблагодарить? — обалдела я.

— Что ты хочешь? — спросил детектив.

Я посмотрела на него с изумлением.

Рюдзаки снова улыбнулся, и взгляд у него стал тёплым.

— Можешь назвать что угодно. Будь уверена, я смогу это сделать, — ласково сказал он.

Фортануло!

Обрадовавшись, я вскочила на кровати, откидывая одеяло. Взгляд детектива немного задержался на моей пижаме, но он тут же перевёл его на моё лицо, ожидая моего ответа. О, Боже, да! Моя давняя мечта наконец-то сбудется! Ур-р-р-ра-а-а-а-а!

— Рюдзаки! — я подскочила к L и заключила его в крепкие объятия. Тот в долгу не остался и обхватил меня руками в ответ, ласково проводя пальцами по спине. Я просительно взглянула в его тёмные глаза, и он прижал меня к себе ещё крепче.

— Всё, что угодно, Харука… — услышала я его нежный шёпот.

— Рюдзаки, пожалуйста…

— Да?

— Пожалуйста… Пожалуйста, прокати меня на своём вертолёте! — с надеждой попросила я.

Детектив опешил, слегка отстраняясь от меня.

— Что?! — изумлённо спросил он.

— Ну, пожалуйста-а-а-а-а… — проныла я. — Я с детства об этом мечтаю! Ты ведь умеешь водить вертолёт, да?

— Да. — Рюдзаки рассматривал меня так, будто впервые видел.

— Прокатишь? — я с мольбой заглянула ему в лицо и распахнула глаза, пытаясь подражать одному небезызвестному коту из всем знакомого «Шрека».

Рюдзаки сглотнул, отводя взгляд, затем отпустил меня и засунул руки в карманы джинсов.

— С удовольствием, — ответил он тихо. — Ночной Токио очень красиво смотрится с высоты птичьего полёта. А ты не боишься?

— Не боюсь! — заверила я его.

— Ну, конечно, нет, — со смешком сказал Рюдзаки. — По-моему, ты вообще ничего не боишься. Хорошо. Я тебя покатаю.

— Ура-а-а-а! — я подпрыгнула на месте, а потом, обняв детектива, наградила его нежным поцелуем, скрадывая с его губ сладкий вкус клубники. Рюдзаки охотно ответил, закрыв глаза и крепче прижав меня к себе.

Но, к моему сожалению, L отстранился через несколько секунд, сжав мои пальцы в своих ладонях.

— Тогда идём на крышу, — мягко сказал он, глядя на меня потемневшими глазами, потом скользнул по моей пижаме мимолётным взглядом и задумчиво хмыкнул.

— Что? — почти шёпотом спросила я.

— Такой ты мне больше нравишься, — прямо сказал Рюдзаки, приложив палец к губам. — Милая, уютная и теплая… Сразу такое странное ощущение возникает… — Он сглотнул. — Словно я знаю тебя всю жизнь. Хотя, мы с тобой знакомы не так уж и давно.

— О… — протянула я, тронутая его словами.

Рюдзаки взглянул на меня исподлобья, коротко поцеловал меня в уголок рта, а потом подхватил халат, лежавший на кресле, и дал его мне.

— Накидывай. Не трать время на переодевание. Нашего с тобой времени осталось слишком мало, чтобы тратить его на такие мелочи, — сказал он, направляясь к двери.

— Хорошо, — ответила я.

В сердце кольнуло, но я старательно не обратила на это внимание, быстро надевая халат поверх пижамы и выбегая из спальни. Я хочу побыть счастливой сейчас, хочу лететь с L над городом, говорить с ним, обнимать и целовать его, и просто быть рядом, не думая ни о чём. Он прав, это время — только наше.

Я вложила свою руку в ладонь Рюдзаки, и он, крепко сжав её, повёл меня за собой. И всё остальное, включая страхи, тревоги и боль, незаметно отступило на задний план и растворилось в ночи.

========== Тридцать шестая часть. ==========

— Понравилось? — Рюдзаки улыбается, засунув руки в карманы джинсов. Я же ещё киплю от восторга и адреналина, которые вызвал у меня полёт над ночным и вечно не спящим Токио.

— Да, да! Это было прекрасно! — Не удержавшись, я начинаю кружиться на месте, пытаясь дать выход накатившим эмоциям. — Я в жизни не получала такого удовольствия!

Почти весь полёт мы с Рюдзаки молчали, наслаждаясь процессом, но сейчас, когда мы стоим на вертолётной площадке, мне хочется подпрыгивать от нахлынувших эмоций, а ещё лучше — зацеловать своего детектива, который по-прежнему остаётся спокойным и задумчивым.

Эл наблюдает за мной, откровенно любуется моими движениями. Я улыбаюсь ему счастливой улыбкой. Он делает шаг вперёд и внезапно подхватывает меня на руки и отрывает от земли. Я вскрикиваю от неожиданности, пока он держит меня на руках, и глядит на меня снизу вверх. Его глаза похожи на тёмные омуты.

— Ты такая красивая. Ты словно сияешь изнутри, Харука…

Он вглядывается в моё лицо.

— Это из-за полёта? Тебе так нравятся подобные вещи?

— Нет. Я сияю, потому что влюблёна в тебя, — отвечаю я, протягивая руку к его лицу и поглаживая щёку.

Эл вздрагивает, смотрит на меня взволнованно. Целует мои пальцы, прошедшиеся по его губам. Опускает меня на землю. Сжимает мои руки и смотрит мне в глаза неожиданно серьезно и пристально.

— Мне очень хорошо с тобой…

Я улыбаюсь и целую детектива в нос. Он вздыхает и обнимает меня, зарываясь лицом в мои волосы. Я чувствую, как его сердце колотится, словно бешеное. В этот момент меня накрывает безотчетное желание. Я хочу быть с Рюдзаки сегодня. И мне плевать, будет потом больно или нет, когда настанет время расставаться. Я хочу видеть, как разбивается самоконтроль детектива с мировым именем, уступая место нежности и блаженству, пока у меня ещё есть возможность увидеть это. Более подходящего случая не представится.

— Давай не будем спать всю ночь, — тихо шепчет Эл.

— Хорошо. — Я глажу его плечо, улыбаясь своим мыслям. — Не будем.

Начинается холодный ливень, и нам с детективом приходится отстраниться друг от друга. Смеясь и держась за руки, мы с ним убегаем с крыши, и отправляемся в мою комнату.

— Да что с вами обоими такое?! — возмутился Айзава. Ягами Лайт и Мацуда лишь мрачно наблюдали за сонным детективом и зомби в моём лице, однако комментарии оставили при себе.

М-да, мы с Рюдзаки, наверное, сейчас представляем собой жалкое зрелище. Даже кофе не спасал ситуацию, что было совсем паршиво. Я почти лежала на столе, положив голову на руки, а Рюдзаки сидел, обхватив руками колени, и таращился пустыми глазами в монитор компьютера, пытаясь придать лицу умное выражение.

— Вы чем занимались всю ночь?! — продолжал возмущаться Айзава.

— Я размышлял о третьем Кире, — отстранёно ответил Рюдзаки.

— Фильм смотрела, — брякнула я, роняя голову на руки.

Ягами фыркнул, глядя на меня с подозрением, грозящим перейти в обвинение и смертельный приговор.

О, да пошёл ты, Кира. Не до тебя сейчас. Я слишком хочу спать, чтобы бояться тебя и твоей дурацкой Тетради, так что, отвали. К тому же, я так счастлива, что мне вообще всё равно, убьют меня или нет. Наверное, даже если бы Лайт прямо сейчас достал Тетрадь и начал писать туда моё имя, я бы только дебильно улыбнулась ему и пожелала сладкой жизни в тюрьме.

Я включаю музыкальный центр, который стоит в моей комнате, и улыбаюсь детективу. Он сидит на кровати, держа в руке тарелку с остатком клубничного пирога. Смотрит на меня с удивлением.

— Как же я по этому скучала… — медленно выдыхаю я, грациозно кружась по комнате. Из музыкального центра льётся красивая медленная мелодия, и я медленно скидываю халат, оставаясь в пижаме, взлохмачиваю волосы, а потом смотрю на Рюдзаки. Он наблюдает за мной, открыв рот, и на его лице любопытство перемешивается с очарованием.

— Что ты делаешь?

— Иди сюда, потанцуем. — Я маню его пальцем.

Детектив округляет глаза.

— Я не умею танцевать, Харука. Я лучше посмотрю, как это делаешь ты, — немного смущённо бормочет он.

— Рюдзаки, я хочу потанцевать с тобой. — С этими словами я хватаю детектива за руку и заставляю встать с кровати. Эл с сожалением смотрит на пирог.