— Милая, Тэхён построил красивый дом, и хочет, чтобы мы стали его первыми гостями. Ему будет очень приятно, если ты согласишься.

— Поэтому мы едем на его машине?

— Да. Я не знаю дорогу.

Юна сводит брови к переносице, давая себе секунду на раздумья, и задрав голову смотрит на застывшего Тэхёна.

— А у тебя есть карандаши и бумага? Если мне понравится твой дом, я хочу его нарисовать.

— Мы сможем купить их по дороге, — голос Тэхёна звучит немного хрипло и он откашливается. — Мы купим все, что ты захочешь.

— Ладно, — великодушно соглашается Юна и забирается в салон. На лице ее отца мелькает заметное облегчение, каким не могу похвастаться я, ведь мне еще предстоит объяснить Юне, почему мы остаемся ночевать в его доме, а это будет куда сложнее.

Дорогой мы едем молча: Юна увлеченно играет в стрелялки на телефоне, я перебираю в голове список вещей, которые мне будет необходимо взять. Тэхён едет медленно, и я то и дело замечаю его взгляд в зеркале заднего вида, устремленный на дочь. Несмотря на то, что он против воли заставляет нас ехать к себе, я не могу на него злится — сейчас он действует так, как привык. Существует большая разница между тем, чтобы добиться успехов в бизнесе и завоевать любовь четырёхлетней девочки — не его вина, что он не успел об этом узнать.

Когда машина останавливается возле родительского дома, Тэхён отстегивает ремень, демонстрируя неуклонность своего намерения.

— Нет необходимости в том, чтобы ты шел с нами, Тэхён. Мы соберем необходимые вещи и спустимся.

— Не обсуждается, Лиса. У меня нет ни малейшей причины доверять твоим родителям.

Мама замечает нас еще до того, как мы успеваем зайти в дом — она по обыкновению занята в саду. При виде Тэхёна ее глаза расширяются, а лицо заметно бледнеет.

— Почему вы здесь… я имею в виду, втроем?

— Думаю, ты догадываешься почему, мама.

Мы никогда не говорили об этом, но я уверена, что она в курсе того, что Джексон не является биологическим отцом Юне. Если Суа не была лично знакома с Тэхёном, то моя мать вряд ли могла проигнорировать сходство, но разумеется, все эти годы предпочитала засовывать голову в песок: правда в ее системе ценностей равносильна тому, что признать единственную дочь шлюхой.

— Я возьму карандаши и тогда нам не нужно будет заезжать в магазин, — выкрикивает Юна, громко топая ногами по ступенькам.

Я иду за ней, но почувствовав, что Тэхён отстает, оборачиваюсь. Застыв, он оглядывает стены, в которых не был много лет, и в груди начинает тянуть. Было ли у него когда-нибудь место, которое он считал своим настоящим домом? Не уверена.

— Поднимешься с нами?

Тэхён отмирает и, кивнув, следует за мной к лестнице.

Следуя составленному в машине плану, я упаковываю вещи свои и Юны: ее любимые футболки, шортики и джинсы, пока она сама носится по дому в поисках любимого набора карандашей.

— Тебе необязательно брать много вещей, — произносит Тэхён, наблюдающий за тем, как я методично открываю и закрываю шкафы. — Я куплю ей все, что ей понадобится.

— Она очень тактильная и ей не так просто подобрать одежду. Если ткань ей не нравится, она никогда ее не наденет.

— И ты не пыталась ее переубедить?

— Я никогда на нее не давлю и уважаю ее выбор. Для меня главное, чтобы Юне было комфортно, и если ты хочешь наладить с ней контакт, моя рекомендация — придерживаться того же.

Когда я застегиваю молнию сумки, то улавливаю движение в дверях спальни и, повернувшись, встречаюсь с взволнованным взглядом мамы. Она с опаской оценивает Тэхёна, сидящего на кровати, затем вновь смотрит на меня.

— Юна сказала, что вы едете в гости. Тогда для чего столько вещей?

— На случай, если мы решим задержаться, — говорю как можно спокойнее. — Тебе не стоит нервничать, мама. Тэхён о нас позаботится.

Мама сжимает подол своего платья, в ее глазах — испуг и беспомощность, но возражать она не решается. В нашей ситуации это хорошо, потому что Тэхён всем своим видом дает понять, что завоевание расположения моих родителей больше не входит в его планы.

— Позвони мне, как доберетесь, Лиса.

Я ободряюще ей улыбаюсь, потому что уверена — ее волнение совершенно искреннее.

— Я позвоню, мам.

Тэхён помогает мне спустить сумки, и мы втроем садимся в машину. В предвкушении новых впечатлений Юна начинает ерзать по салону, тыча в кнопки на потолке и дверях, и засыпает Тэхёна вопросами: далеко ли ехать, есть ли у него в доме бассейн, с кем он живет и занимался ли он когда-нибудь танцами. Тэхён отвечает, что бассейна у него нет, но если Юна считает, что это необходимо, то он обязательно появится у него во дворе; живет один и что танцами никогда не занимался, но любит фильмы про танцы. Последний ответ попадает в цель, и Юна восторженно начинает пересказывает Юна биографию своего любимого актера. Он сосредоточенно ее слушает, черты его лица смягчились, помимо жадности в них отражается любопытство и нечто теплое, чему пока рано давать название.

— У меня совсем нет еды, поэтому нужно ненадолго зайти в магазин, — припарковав автомобиль возле входа в супермаркет, Тэхён оборачивается к нам. — Вы можете пойти со мной, если хотите.

— Я останусь в машине, — мгновенно отзывается Юна. — Не люблю супермаркеты.

Тэхён переводит взгляд на меня, в нем мелькают вопросы, недоверие и растерянность. Знаю, почему: он боится, что в его отсутствие я заберу Юну и сбегу.

— Юна любит спагетти и персиковый сок. Мы можем подождать тебя в машине или же заказать доставку по приезде.

Я почти слышу, как он облегченно выдыхает, когда развернувшись, вновь заводит двигатель.

— Да, лучше закажем доставку.

Комментарий к Глава 37

Жду ваших отзывов и лайков 😄

========== Глава 38 ==========

— Твой дом напоминает дом моих бабушки и дедушки, — Юна выглядывает в окно, пока автомобиль Тэхёна въезжает в открывшиеся ворота. — Только он еще больше.

Юна права, этот дом — увеличенная копия особняка моих родителей: тот же строгий классический стиль, коричневая черепица и идентичная балконная терраса. Я машинально смотрю на Тэхёна, который в молчании паркует автомобиль, в попытке найти ответ, является ли подобная схожесть простым совпадением, но выражение его лица остается непроницаемым.

Тэхён покидает салон, мы с Юной вылезаем следом, и я машинально беру ее за руку, подтягивая к себе. Они оба дороги мне, но сейчас материнский инстинкт берет вверх, требуя защищать своего ребенка. Решениям ее отца в этой ситуации я не слишком доверяю.

— У тебя много здесь много места, — продолжает комментировать свои наблюдения Юна, обводя глазами территорию дома. Ландшафтному дизайнеру действительно есть, где разгуляться: на первый взгляд здесь с пол акра неухоженной земли. — Бассейн должен быть вот здесь, — Юна несколько раз топает ногой посреди двора и смотрит на Тэхёна: — Только не делай его детским, как у моего друга Роуна — в него невозможно нырять.

— Любишь плавать? — Тэхён задает этот вопрос так быстро, словно боится прервать нечаянно сложившийся диалог.

— Мне нравится плавать под водой. Мы с мамой должны были полететь во Францию, и я бы ныряла там с маской, но потом у нее появилось важное дело и поездку пришлось отменить.

Тэхён смотрит на меня — думаю, в этот момент нас обоих посетили воспоминания о том самом «важном деле».

— Ты еще хочешь туда полететь?

— Хочу, но послезавтра у меня начинается учеба.

— В следующие каникулы сможешь выбрать любую страну и поехать туда с мамой. Это будет мой подарок. Я сделаю бассейн настолько глубоким, насколько ты захочешь — ты обязательно сможешь в него нырять.