Пока пытавшийся понять, что происходит, Дин настороженно озирался в поисках новой угрозы, из комнаты Кастиэля вылетел взъерошенный Бальтазар и, оглядев бесформенную кучу камней под ногами, досадливо покачал головой. Он чуть повёл рукой с растопыренными пальцами, и загромождавшие проход предметы растворились в воздухе, безошибочно подтверждая своё магическое происхождение.

— Вот и делай после этого добрые дела, — с поистине театральной удрученностью вздохнул ангел. — Да вы оба сумасшедшие.

— Ты называешь добрыми делами посещение моей спальни ночью со своим прислужником?! — прогрохотал появившийся в дверном проёме Кастиэль. Он был едва одет и заспан, и Дин внезапно подумал, что впервые с момента приезда видит наставника в подобном расхристанном виде. Несмотря на явное пренебрежение внешним, демон никогда прежде не появлялся перед ним в наполовину расстёгнутых одеждах или босым, так что сомневаться в чрезвычайности произошедшего не приходилось. Впрочем, долго размышлять Кастиэль не стал – в опасной близости от Дина пронёсся стремительный поток магии, а в следующий момент не ожидавший новой вспышки гнева Бальтазар оказался букашкой пришпилен к стене.

Распластанный по каменной кладке плотным слоем льда, словно спелёнатый матерью младенец, он даже пошевелиться не мог, что вызвало на устах Дина откровенно злорадную усмешку. Видит бог, за истекший день у него не раз и не два возникало подобное желание, но огонь в отличие от льда – изначально смертоносная стихия, поэтому он стискивал зубы и воздерживался от столь радикальных методов. От голема на полу осталась лишь крохотная лужица воды – перед тем, как покинуть комнату, тот явно получил свою порцию ледяного заряда от её обитателя. Неудивительно, что призванный помощник оказался столь нестабилен – обрушенные на него попеременно прямо противоположные стихии разрушили и без того непрочные связи между составлявшими тело камнями, да и чары создателя явно были несильными.

— Говори, что ты искал в моей комнате?! — гневно воскликнул Кастиэль, запуская в молчавшего гостя крупной сосулькой. Целься он непосредственно в Бальтазара, и его тело тут же превратилось бы в решето, но снаряд вонзился в стену в опасной близости от его головы, и ангел вопреки своей самоуверенности испуганно побледнел и зажмурился.

— Я… — не без усилия выдавил он, едва сковывавший горло лёд осыпался на пол крупной крошкой. — Я не имел ввиду ничего дурного.

— Держу пари, Архимаг прислал его сюда шпионить, — заявил Дин, но Бальтазар истерично рассмеялся.

— Шпион? Я? — ангел закатил глаза. — Воистину, вы принимаете меня за то, чем я не являюсь. Будь я столь приближен к особе Михаила, разве упёк бы он меня на Остров Грёз?

— Откуда мы можем знать, что ты вообще там был? — хмыкнул Винчестер.

— Я увёл у Михаила любовницу, — с досадой признался пленник после долгой паузы, и украсившая его скулы краска смущения заставила присутствующих изумлённо смолкнуть.

— Это всё ещё не объясняет голема в моей спальне, — напомнил Кастиэль. Бальтазар как-то странно дёрнулся в ледяных оковах, и Дин вдруг понял: не будь он ограничен в движениях, он бы наверняка небрежно пожал плечами в своей особой манере. Раздражающий тип. Сейчас больше, чем накануне.

— Мною двигало элементарное желание помочь с уборкой, — с гримасой заверил Бальтазар. — Не моя вина, что голем разбудил Вас, наводя порядок.

— То есть, твоя магия слишком слаба, чтобы держать под контролем твоё же создание? — воскликнул Дин изумлённо.

Бальтазар окончательно скуксился, и Дин отлично понял его чувства. В самом деле, кто же захочет признаться в подобном? Винчестер как никто знал, что чары призыва обычно выбирали те, кто не преуспел в остальных областях. Будучи достаточно простыми, они, тем не менее, могли наделить огромным могуществом, если конечно изучающий их мог уверенно управлять своими помощниками. Помнится, его сокурсник Гарт научился столь виртуозно руководить големами, что к концу обучения вполне мог составить с ними небольшую армию, Бальтазар же, судя по сегодняшним событиям, так до конца и не овладел несложной в принципе наукой, признаться в чём являлось величайшим стыдом для любого выпускника Магической Академии.

Кастиэль брезгливо покривился, но комментировать выводы секретаря не стал. Небрежно взмахнул рукой, и сковавший Бальтазара лёд опал кучкой разнокалиберной холодной крошки, несколькими минутами спустя грозившей превратиться в нехилую лужу на чистом полу. Ангел обессиленно сполз по стене, нервно потирая рукой шею и опасливо косясь на хозяина башни – он явно не ожидал такого резонанса на свой невинный, по сути, поступок.

— Убирать тебе, — хохотнул Дин, указывая на уже начинавшую растекаться воду. — Самому, — не без иронии добавил он и с сожалением поглядел вслед ушедшему к себе Кастиэлю. В последнее время тот спал всё меньше, и отнятые у драгоценного для демона отдыха минуты он тоже ставил в вину незваному гостю.

Бальтазар объявился внизу спустя каких-то пару часов – вполне оправившийся от случившегося конфуза, жизнерадостный, как весенняя птаха, и ничуть не утративший своей воистину раздражающей самоуверенности.

— Помощь нужна? — деловито осведомился он.

— Уже помог, — сверкнул взглядом исподлобья пребывавший в мрачном расположении духа Кастиэль.

Бальтазар смущённо потёр подбородок ладонью со следами царапин от утреннего происшествия, и взгляду Дина на мгновение открылся точечный след от иглы, которой Кастиэль вчера брал у него кровь для заклинания. Где-то на тыльной стороне ещё срезан крошечный клочок кожи – вот и все «эксперименты», что бы там ни навоображал Михаил. Дин невольно покривился, вспомнив о нечистоплотных способах Архимага решать свои личные проблемы. Каким бы раздражающим ни был Бальтазар, он не заслуживал доживать остаток своей жизни в главной тюрьме Союза или же стать объектом чьих-то опытов.

Демон вздохнул и, подобрав взятый со стола полузасохший цветок, одним щелчком пальцев соорудил вокруг него уже знакомую Дину магическую сферу. Насколько молодой маг мог судить, состав формулы несколько поменялся, и составлявшие теперь щит цвета играли иными, куда более сочными оттенками. К привычному синему с примесью ярко-алого теперь примешивался туманно-белый с вкраплениями чёрного, и они некоторое время завороженно молчали, наблюдая переливавшиеся грани.

— Достань.

Кастиэль указал Бальтазару на заключённое внутри растение, и тот опасливо потянулся к тонкому стебельку, будто подвешенному в воздухе. Попытка оказалась неудачной – пальцы будто упёрлись в упругую преграду, а от поверхности сферы по бледной коже ангела пробежали едва заметные разноцветные искорки. Гость поспешно отдёрнулся и оскорблённо покосился на хозяина башни.

— Смерти моей хотите? — то ли вопросом, то ли утверждением прозвучало в тишине. Дин хмыкнул и молча повторил его действия. Он ожидал, что рука как прошлый раз пройдёт насквозь, но на сей раз ощутил лишь лёгкое покалывание на коже и несгибаемую твёрдость под пальцами – барьер работал.

— Животные и птицы тоже не смогут пройти, — прокомментировал Кастиэль, заклинанием передвижения вытягивая цветок прямо сквозь стены щита. Лишившись магической опоры, тот спланировал на пол, где и остался лежать, забытый экспериментатором. Демон же снял барьер и вновь отвернулся к столу. — В остальном почти идеально, как я и думал. Три компонента работают.

— Думаете, рой – сочетание трёх сущностей? — не сдержался Дин, но Кастиэль предупреждающе сверкнул глазами – он всё ещё не доверял гостю, и Винчестер мысленно разделял его опасения. Простак или нет, в этом мире далеко не всё таково, каким выглядит на первый взгляд. Что-то внутри него самого заставляло чувствовать наравне с презрением некую нотку опасности, и это побуждало быть осторожным.

— Нам нужно кое-что проверить, — туманно бросил Кастиэль. — Ничего здесь не трогай, — взгляд его, обращённый на ангела, стал откровенно жёстким, и тот с вымученной улыбкой согласно кивнул.